Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №14. 07.04.2006

     
     ПОСТМОДЕРНИСТСКИЙ КАРНАВАЛ
     
     Николай Шамсутдинов предан двум стихиям – женской плоти и слову. В сборнике «Пенорождённая» это два основных вектора, на которые раскладывается сила поэтического таланта автора. Женщина, а именно плотское наслаждение с ней, часто с куртизанкой, и слово, которое он смакует, лелеет, отогревает дыханием, относится к нему бережнее бережного.
     В домике, что при парке, /пряжу сучат две Парки. / В дряблых лаврах, платанах – переизбыток лимфы. / Скукою оплывают статуи-перестарки. / Тут бы петлю покрепче, / Если б не эти нимфы… / О, как частит, свихнувшись, пульс! / В безразличной аорте – / Красные мурашки, / Смехом пропитан полдень. / В белом, / Царят над сеткой нимфы на знойном корте. / Будь я, к примеру, ветром – юбки б повыше поднял. / В сердце – свистят ракетки…
     Общая эротичность стихотворений лишь немного разбавляет давление текста – чувствуется колоссальная работа над словом и звуком, и это сдавливает дыхание строфы, влияет на восприятие. Так же, как если наблюдать за грузчиком, который идёт вверх по лестнице, взвалив на плечи тяжёлое пианино. Вроде бы ничего не несёшь, а всё равно тяжело и душно…
     Кариатиды, вмерзая в слепые окна, / Студят сетчатку. В раблезианской стуже –/ Лишний глоток громкой граппы уже не впрок, но / По сердцу прошлому. В окостеневшей луже, / Внешне бесстрастной, пока не светает, зренье / Сумрачно ищет черты Горгоны, гриппозно / Пляшет термометр…
     Чувствуется некоторая громоздкость, но это поэзия. Я имею в виду, что за текстом стоит поэт, а это особые люди – их и в Москве раз-два и обчёлся. Настоящих-то… Стихи пишут все.
     Собственно говоря, автор дал сам на себя рецензию:
     Я старую тетрадь перелистал, / Где вязко, в комментариях тяжел, / Царит постмодернисткий карнавал / Цитат, аллюзий, мифов, штудий, школ, / Выстраивая образы в душе… / Тем искусимей, открывая ряд / Пустых метафизических клише / И фобий, препарирующий взгляд / Взыскательной любви. Ну, что ж, пора… / И тем, – ладони бледные ко лбу, / Ясней иносказание пера, / Но – с влажною оглядкой на судьбу.
     



     Николай Шамсутдинов. Пенорождённая. Сборник избранной лирики. – Екатеринбург: Банк культурной информации.
     
     
     
     
     ДЫХАНИЕ НЕОПИСУЕМОГО
     
     Хочу сразу сказать, в этой книге всё превосходно, кроме предисловия. Такое впечатление, что его писал некто ошалевший от своего образования. Я давно хочу начать записки, противоположные таким: «Кто делает литературу», – и назову их: «Кто литературу имитирует». Начать думаю с заумного, переобразованного Данилы Давыдова. Я его знаю и как личность и по текстам. И все с самой худшей стороны. Вообще-то он человек добрый, конечно. Но переученный, а поэтому с гонорком – это к пункту «личность». Что касается качества текстов, то переученность для настоящей литературы скорее вредна, чем полезна. Именно переученность, а не учёность – это когда твоё образование превращается в предмет твоего же поклонения. Крайне сложно такому человеку быть творцом нового, куда ни плюнь – всё вторично.
     Но у Давыдова крайняя стадия – он даже не вторичен…
     Данила обычно шипит: «Ну что мне делать, если я вас в миллион раз образованней! Ну что мне делать, если я кандидат наук!» Отвечаю – сидеть тихо и гордиться.
     Как, в худших своих проявлениях, патриотическая литература лицемерная и ханжеская, так либеральная, слюняво-тусовочно-заобразованная. Непонятная, ненужная, – и этим представители её гордятся. Опять-таки я говорю не обо всей либеральной литературе, а о некоторых провальных её проявлениях.
     Я принимаю и верю в поэзию любую, в том числе и в постмодернистскую, в вытекающую из ранее написанного, но только в поэзию…
     Давыдов любит твердить: «Мы поэты – мы высшие существа, небожители литературы!» Во-первых, говорить так глупо. Сразу видно, что автор этих слов глубоко инфантилен… Во-вторых, смешно.
     Поэтический коллективный сборник, 124 поэта, название «Братская колыбель», составитель Д.Давыдов, автор предисловия он же, там же помещены его стихи (!!!):
     «Отказной подписан лист / под названьем атавизм / человек ничто иное / как дитятко паранойи / деньги плочены уже / и легка походка / мысль вертится ужом / выветрилась водка» (Пунктуация автора. – А.Г.).
     Мне кажется, что эти строчки, как и другие его, крайне спорны с точки зрения искусства, возможно, у меня просто нет вкуса… Странные ассоциации вызывает название сборника. Может быть, это просто деформация моего восприятия.
     Предисловие к сборнику стихотворений Пухановой, как я уже сказал, отвратительное: невозможно понять, о чём оно, будто человек писал его под действием чего-то опьяняющего, когда для индивидуума сохраняется только для него понятный смысл вещей, связки слов и предложений.
     Автор предисловия не Данила Давыдов – Аркадий Драгомощенко.
     Славу Богу – Иисусу Христу нашему! Людмила Пуханова не из тех, кого я ругал в начале своих записок. Её стихи основаны на ГЛУБОКОМ – либо эти переживания личные, либо, и это ещё глубже, метафизического порядка…
     В каждой строчке стихотворений Пухановой: боль, тоска, одиночество, несложившаяся жизнь, – откровенная, красивая лирика. Самые удачные стихи автора – это те, в которых она как бы останавливается, задумывается над своей жизнью: где её место, чем жизнь наполнена. «Проём»:
     В дому моём сквозной дверной проём / и петли указующим перстом, / косяк, покрытый масляною краской – / неслышный, бездыханный, безучастный, / а дверь была, когда мне было нужно / делить пространство на «сквозит» и «душно», / на свет и тьму, на радость и беду / чтоб было слышно, если я уйду / чтоб было можно, если я вернусь: / одна – закроюсь – Богу помолюсь – / не отрешиться, нет, / забыть на час / как пропадала, как меня ты спас. / Дверная рама в рост / и тишина / мне не дают забыть, что я одна.
     Но иногда Пуханова бывает воздушной. Вот этот стих, как выдох – «В старой Риге»:
     Пики в небо, готика, / ангелы нанизаны, / жмутся флюгерочками, / ниже, под карнизами, / воздух мелкой сеточкой / отражает к ним / дудочки да веточки / пёрышки и сны…
     Поэзия – это прежде всего молитва. Людмила Пуханова – молится. За женщин, за себя, за друзей, за красоту, за искусство. Многие тексты, словно в паутинке миража, тревожного сна – по всему видно, что душа поэтессы что-то ищет. Возможно, то, что найти не дано ни одному человеку. За её текстами стоит неописуемое. Каждый, кто пишет, сталкивается с неописуемым, невыразимым. Это то, что мы пытаемся подать между строк, дать указание на священное ЭТО, намекнуть. В талантливых стихотворениях ЭТО обязательно присутствует. В стихах Людмилы Пухановой между строк читается НЕОПИСУЕМОЕ.
     



     Людмила Пуханова. До стихотворения. Сборник стихотворений. – Санкт-Петербург: Геликон+Амфора.
     
     
     
     
     ПОЭТ В ПОСТЕЛИ – БОЛЬШЕ, ЧЕМ ПОЭТ!
     
     Для того чтобы понять и оценить книгу Р.К. «Опыты» (издательство «Либр»), её нужно прочитать «от» и «до». Всё в ней взаимосвязанно, хотя и не однозначно по таланту.
     Современные молодые поэты по-разному реагируют на творчество Р.К. У меня есть хроническая привычка перед написанием рецензии показывать книгу человеку, мнение которого я ценю. В этот раз таким независимым экспертом стала поэтесса Анна Русс (лауреат литературной премии «Дебют» – 2002 год). Она отнеслась к текстам Р.К. скептически: сказала, что это недостаточно талантливые литературные пародии, и перечислила, словно по списку, авторов, которые работают в том же жанре, но качественней и интересней. Я возразил ей: мне сборник «Опыты» в целом кажется талантливым – искристым. По страницам книги тонким слоем разлито эротоманство. Сладенько и эротично. Центральным текстом книги можно назвать «Мой день (в Русской поэзии)»:
     Настанет день, придёт мой день, я знаю: / Меня, как Пушкина, с базара понесут, / Раскроют так, как я вас раскрываю, / И многократнейше перевернут, / Ища свою на это точку зренья – / В перемещенье плоскостей и сфер – / Мощь мегатонн оргазмов озаренья / Сверхнаслаждения откроет дверь. / Настанет день / И школьницы скромные / Будут трогать себя / Там / Читая меня / Мечтая обо мне / Будут / Тихо и тайно кончать / Представляя мой голос / Предвкушая меня / Моя книжка / Мой день / Это ведь / Совершенное совращение / Ты позволишь мне / Тебя сорвать (В цитатах пунктуация и орфография автора – А.Г.).
     Здесь сформулированы все чаянья, всё, для чего он пишет, – другие тексты выражают то же самое, только в завуалированной форме. Более того, Р.К. удалось сочинить настоящий гимн эротоманству:
     Люблю любить я на закате, / Люблю любить я на заре, / Люблю любить я на кровати, / Люблю любить на конуре; / Люблю любить и днём, и ночью – / В Антарктиде, на Марсе, в Москве – / Люблю любить я очень-очень: / Себя в тебе, / Тебя в себе…
     В приведённых мной текстах автор пренебрегает рифмой – выглядит это как вызов профессиональной литературе: в других стихотворениях Р.К., напротив, показывает, что он может писать в разных стилях, великолепно рифмовать, качественно пародировать самые сложные тексты. Этакий Владимир Сорокин в поэзии. Варвар, разрушающий устоявшийся порядок.
     Безусловно, Р.К. под сильным влиянием Серебряного века, но образы и мотивы современны, в каждой строчке живёт наша Москва, богемная, богатая, декаданская, греховная – Новейший Вавилон. Автор эпикуреец и эротоэстет:
     ……………………… / Официантки разбавляют / Привычно-пёстрое кино, / Подобострастно разливая / Развратно-сладкое вино. / Вином, вчерашним или этим, / Узором неснятых чулок, /Я пьян запретно-малолетним / Порханьем фарфоровых ног. / ………………………… / / ……………………… / Ты – юбкой кожаной порочна, / Развратной линией чулок / И кружев дурью, и, чуток, / Ты, как глоток: э-э-э, типа, сочна. / ………………………… /
     От обилия в сборнике слова «нимфетка» пестрит в глазах. Стоит сообщить об этом родителям девочек, знакомых с Р.К., и в милицию. Не потому ли поэт просил меня не упоминать в рецензии его настоящую фамилию? К чему такая таинственность?..
     Твоя развратная помада – / Я ел её, кусая жадно / И слизывая языком… / Твоя порочная походка – / Удачно-редкая находка / Для извращенца-нимфомана… / Меня забавляют твои сафоизмы – / Эти детские полулюбови; / Ты простишь мне мгновение боли… / Я же – дам тебе мантру – / Безнадёжный romantik: / «Поэт в постели – больше, чем поэт!»
     Кстати, автор уже подготовил к печати новый сборник. Он будет называться «Новые опыты Р.К.». Поклонники и, особенно, поклонницы, закусите нижнюю губу и ждите новых эротически-акробатически-эстетических трюков-текстов.
     



     Р.К. Опыты. Сборник стихотворений. – Москва: Либр.
     
     
     
     
     ЛЕТОПИСЕЦ СЕВЕРНОГО БЫТИЯ
     
     Как бы там ни было на самом деле, но стихотворения и проза этого автора выглядят автобиографичными. Автор плетёт летопись, в которую заносит все значительные и незначительные события из своей жизни, и делает это мастерски и интересно для читателя.
     Писательница живет у Полярного круга в Надыме, но этот край появляется в её стихотворениях редко, больше он мелькает в текстах тенью: сумрачными оттенками слов и звуков, многочисленными упоминаниями о смерти и опасности, подстерегающих людей на каждом шагу. Однако прямые стихи о Севере весьма оптимистичны:
     Ветры в вечной схватке на Ямале. / Первоцвет апрельский не в ходу. / Гнёзда снега лишь приметней стали / Да воронье племя на виду. / Выглянет душа из гардероба / И скорей за пазуху нырнёт. / Молодеют старые сугробы, – / Вон с утра опять, как чёрт метёт… / Но июню всё равно случиться! / По реке пойдут гулять суда. / Я поеду к матушке с сестрицей, / Затоскую и вернусь сюда…
     Оптимистично и с любовью к месту, где суждено жить.
     Что касается прозы, представленной в сборнике, рекомендую это чтение тем людям, которые интересуются Крайним Севером и менталитетом русских северян. Всё это в рассказах Ефремовой – отражено талантливо, точно и тонко. Местами лирично, местами с толикой искристого юмора. Эка должна быть озорливость в женщине, чтобы придумать такое: «Мой кот Тихон Клотильдович – мусульманин. Он не ест свинину. А если с голодухи и проглотит кусочек, в глазах его надолго поселяется исламская грусть…»
     



     Людмила Ефремова. На Покрова земля светла. Сорник стихотворений и рассказов. – Екатеринбург: У-Фактория.

ПОЛОСУ ПОДГОТОВИЛ Александр ГРИЦЕНКО




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования