Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №47. 24.11.2006

РОМАН О НОРМАЛЬНОМ СВЯТОМ ЧЕЛОВЕКЕ

     
     «У меня было ощущение, что ко мне в дом пришёл апостол, или залетела шаровая молния… Маленький, трогательный, в сандаликах, в растянутом свитере, скромный, потрясающий… Нормальный святой человек…», – так описала прототипа героя своего нового романа под названием «Даниэль Штайн, переводчик» Людмила Улицкая. Презентация новой книги писателя, вышедшей в издательстве «ЭКСМО», состоялась на днях в Доме национальностей на Новой Басманной. Роман уже окрестили долгожданным, великим, «настоящим духовным явлением мира». Поостережёмся громких слов, процитировав опять-таки самого автора: «Это выстраданная книга, над которой я работала очень долго».
     «Даниэль Штайн, переводчик» – это роман о милосердии. Прообразом главного героя стал кармелит Даниэль Руфайзен, который во время Второй мировой войны спасал обречённых на уничтожение евреев. Он работал в гестапо переводчиком, ходя по острию бритвы. Самое потрясающее во всей этой истории, что Даниэль сам был евреем. В конце 1942 года в Белоруссии он из гетто вывел триста человек. Был пойман, приговорён к расстрелу, но остался жив. Став монахом, превратил свою жизнь в каждодневный подвиг человечности и самоотречения. Улицкая писала роман по документальным свидетельствам тех, кто знал Руфайзена лично.
     Мы знаем много авторов, писавших о Холокосте. Василий Гроссман, Дина Рубина, Яков Кумок, Кама Гинкас… Безусловно, Улицкая будет выламываться из этого ряда, преодолев тему геноцида и ассимилиции евреев, выйдя на проблему межрелигиозного диалога. Такую попытку уже делали. Например, Эрик-Эмануил Шмидт, написав в 2001 году «Господин Ибрагим и цветы Корана» о дружбе еврейского мальчика со стариком-мусульманином. Роман Улицкой мощнее, провокационнее. Не зря сама Людмила Евгеньевна ждёт не только восторженных отзывов, но и непримиримых, оголтелых выпадов, потому что сама понимает, книга эта – вызов тем, кто не способен к диалогу вообще.
     Новый роман Улицкой – это великое многоголосие. Здесь проживают и католическая монахиня, ныне православная попадья, араб-христианин, израильская старуха-коммунистка, немка, искупляющая вину своего народа, работающая в христианской общине под Хайфой, араб-христианин… Как видим, «Даниэль Штайн, переводчик» – это роман, создававшийся на больших, больных перекрестках. США, Израиль, Польша, Литва, Россия, Белоруссия… А слово переводчик писать бы с большой буквы. Ведь брат Даниэль, как сказала о нем Екатерина Гениева, генеральный директор Всероссийской библиотеки иностранной литературы, тоже присутствовавшая на презентации, «переводит смыслы».
     Хемингуэй, соблазняясь той или иной темой, говорил: «Слишком многие ещё живы», боясь в своих рассказах о близких людях чём-то задеть их, обидеть. В этой истории получилось так же. С Даниэлем Руфайзеном писатель познакомилась в 1992 году, а роман о нём вышел спустя четырнадцать лет, уже после его смерти. Всё началось с того, что Улицкой предложили перевести уже написанную о Даниэле документальную книгу. Чем больше она погружалась в этот внешне безупречный, аккуратно изложенный текст американского социолога, где была выпущена сердцевина истории, тем больше хотелось написать самой. И было создано два варианта опять-таки документального романа, которые автора не устроили. И только оторвавшись от прототипа, назвав его другим именем, создав вокруг него другой круг людей, «переплавив реальность» (опять цитирую Хемингуэя), подарила нам потрясающий псевдодокументалистический роман.
     Многих читателей он заворожит своей нелинейностью. Вспомнятся и Павич, и Галковский, и Питер Корнель, кстати, в своей книге «Пути к раю» шведский искусствовед тоже не обошёл проблему терпимости, вернее, нетерпимости, написав о крестовых походах, об Иерусалиме, залитом кровью.
     Есть в философии постмодернизма понятие «ризома», основанное от французского слова «rhizome» – корнивище, и фиксирует оно внеструктурный и нелинейный способ организации целостности. Говоря иначе, ризома выражает установку на разрушение традиционной структуры текста, который начинает «расползаться», а смысл разветвляться. Здесь ризома – это образ брата Даниэля, от него расходятся тропы к людям, странам, городам. В повествование вплетаются и документы из архива НКВД, и личные письма, и туристические проспекты, и материалы из израильских газет…
     Такой замысел не мог реализоваться просто романом о человеке. Ведь судьба брата Даниэля ценна только в сопоставлении с судьбами всех тех, кого он спасал, для кого он был пастырем в последние годы жизни.
     

Валерия ОЛЮНИНА




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования