Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №04. 26.01.2007

КАКОЙ ВОСТОРГ! Я – РУССКИЙ!

     
     Слова в заголовке принадлежат не мне – их произнёс в минуту душевного подъёма полководец Александр Васильевич Суворов. И я вот тоже, прочитав книгу Владимира Бояринова «Открываешь ставень райский», и потому тоже находясь в состоянии душевного подъёма, не нашёл ничего лучшего, как повторить слова генералиссимуса. Тем более что на первой же странице Владимир Бояринов подтвердил слова Александра Васильевича своими строками: «Я под клятвою Отчизне расписался жгучей шашкой».
     Не зря я начал со слов победоносного полководца, не зря. Как-то уж слишком часто последнее время приходится читать стихи о России – грамотные, мастеровитые, с образами и подобиями, но какие-то горестные, будто не читают поэты свои стихи, а причитают над безвременно погибшей Отчизной. И эта вот бесконечная угнетённость возводится в ранг любви к России, будто любить её можно только с печалью в глазах!
     Ничего подобного, ребята, успокойтесь. Не все так думают, не все так пишут – заламывая руки и состыковав худо-криво строки. «С птицами на плечах, с радостью на лице вижу тебя в лучах на золотом крыльце» – это Владимир Бояринов.
     Знаете, чем зацепили меня стихи Владимира Бояринова? Весёлая победоносность. Пишет ли он о России, о Костроме, о счастливой любви или о том, что ушла любимая, когда, казалось бы, беда в душе (Ты ушла – и след простыл... Мне без воли – свет постыл!), я знаю, что в конце беды будет счастье! (Ты пришла – мои надежды мигом скинули одежды!). Хочу сразу предостеречь – здесь речь идёт не о каком-то частушечном счастье, многие стихи поэта по-настоящему глубоки и трагичны. Но он не упивается печалью и не размазывает по щекам выдавленные по случаю слёзы.
     В стихах Владимира Бояринова не надо искать повествовательность, рассказ о растроганности увиденным или о посещении мест знаменательных и знаменитых. Поэт выше этого, его стихи скачут через очевидное, в них есть пронзительность искренности, небоязнь заглянуть в себя и поделиться увиденным там, в себе.
     


     Просыпается ночью залётная боль
     И пронзает меня поперёк и повдоль,
     И над ложем мой ангел-хранитель летает.
     Мне тебя не хватает,
     Тебя не хватает!
     
Я привожу здесь эти строки, потому как знаю, что стоит за ними и как это бывает. Пусть другие приведут в своих записках другие строки, те, которые понравились им. Мне хочется отметить то, что важно для меня в стихах Владимира Бояринова – их отличает чистое, талантливое озорство. Это называется мастерством. Какие бы тяжкие муки, рисковые мысли нас ни посетили, не все слова годятся для стихов об этих муках и мыслях. Один известный поэт написал когда-то неплохие строки – «Я помню чудное мгновенье...», а знающие люди читали об этом же мгновении его дневниковую запись – отличие разительное. В стихах Владимира Бояринова очень точная выверенность и в интонации, и в словах. В книге нет ни единого слова чужого, неудачного, стоящего поперек строки или поперёк мысли («Я стал забывать про тебя, но легче не стало»).
     Поэт, овладевший истинным мастерством в своём деле, может иногда позволять себе некие шалости, которые нередко оборачиваются находками и достижениями. А о чём эти, простите, стихи? – спросит кто-то лукавый и вроде бы простоватый. А ни о чём! – ответит ему автор, и я с ним соглашусь – настоящие стихи не могут быть слишком уж конкретными – с именами, датами и названиями. Именно такие вещи мы называем стихами, а их авторов – поэтами.
     «Сорвётся стылая звезда, сорвётся лист, сорвётся слово – всё будет завтра, как всегда, и послезавтра будет снова. Всё повторится в простоте: в ночи с гнезда сорвётся птица и растворится в темноте – чтоб никогда не повториться».
     Я сознательно написал эти стихи в прозаическом исполнении, чтобы ещё раз убедить читателя – написанные и вот так они всё равно остаются поэзией. Вполне возможно, что автор более ценит другие свои строки, но это не важно – я сейчас не о нём, я о себе. Что бы он у себя ни ценил – его дело, а сейчас, в эти вот минуты, встревожен я... «Между мной и тобой – ворон с чёрною трубой. Он играет – а в соседнем сосняке от беды на волоске стая грает. Всё равно тебя люблю! Все равно ружьё куплю! – пусть не грает. Два заряда вколочу!.. А трубу позолочу – пусть играет».
     Это мне близко. Помните моего «Ворошиловского стрелка»? Там Михаил Ульянов тоже купил неплохое ружьё с оптическим прицелом... И два заряда вколотил. Удачно так вколотил, не промахнулся.
     И ещё одно – то, что мне нравится, то, в чём и я, надеюсь, грешен... Ирония. В книге Владимира Бояринова много стихотворений печальных, но он всегда находит слово, которое как бы смягчает горе и этим делает его непереносимым. Когда-то греки открыли закон – не показывать лицо человека страдающего, пусть он как бы отвернётся, прикроет ладонью искажённый судорогой рот... Вспомните Лаокоона. Я не верю, что Владимир Бояринов расчётливо следовал давнему закону, это попросту невозможно. Тем более что там скульптура, а здесь поэзия. Но своё открытие он сделал – не надо слишком уж налегать на собственные переживания, результат будет обратным. Если тема не допускает шуток – это несерьёзная тема.
     

     Всё, что было прожито – было ожиданием...
     Я как лист, что осенью примёрз к земле родной.
     
     И лучшего нет и не будет
     Ни в буднем, ни в праздничном дне,
     И молодость нас позабудет –
     Не будет, не будет вдвойне!
     Не будет прощенья у Бога,
     И память покуда жива –
     Навстречу несётся дорога
     И кругом идёт голова!
     
Хемингуэй когда-то сказал, что для писателя нет выше похвалы, чем сказать о нём: «Это хороший писатель». И я грешный в заключение своих поспешных заметок могу спокойно сказать: «Владимир Бояринов – хороший поэт».
     

Виктор ПРОНИН




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования