Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №24. 15.06.2007

БЕДНЫХ ЯЗЫКОВ НЕ БЫВАЕТ!

     Бадрутдин МАГОМЕДОВ
     Союз писателей Дагестана выдвинул книгу избранных стихов Бадрутдина Магомедова на Государственную премию республики. Первую книгу он издал в 1968 году. Русскому читателю его предварял в «Литературной газете» Александр Межиров, у которого Бадрутдин учился. С тех пор вышло несколько поэтических книг, перевод «Гамлета» на кумыкский язык. Он – лауреат разных премий, в частности – Фонда «Тюрксав» (Анкара) – за вклад в культуру тюркоязычного мира.
     
     
     – С уходом Расула Гамзатова как-то не очень слышно об успехах дагестанской литературы. Или это просто до Москвы не доходит?
     
– У всех народов есть свои Гамзатовы, просто, как говорится, у многих из них карта не так сложилась. Но ведь оттого, что звезда не попала в объектив астронома, она не становится меньше.
     Во-первых, дагестанские писатели, в отличие от московских, принимают самое активное участие в жизни общества. Даже мою скромную персону избрали в консультативный совет при главе Махачкалы. Во-вторых, в московских изданиях (за исключением «Литературной России») не встретишь статей о российских национальных литературах. А ведь в том же Дагестане живут талантливые писатели разных национальностей! Никто уже не пишет в сотый раз о девушке с кувшином, идущей по тропе к роднику и что-либо в этом роде. Современная дагестанская поэзия насыщена действительно философским смыслом, экспериментирует со словом, глядит в будущее.
     – Например?
     
– Ну, в поэзии кумыков это Атав Атаев, Багаутдин Аджиев, Казим Казимов, Муса Шихавов. Вот вы помянули Расула Гамзатова. И вспомнился такой случай. В разных торжествах он часто просил меня спеть. Нравилось, как пою. И вот юбилей Эффенди Капиева в Москве. Расул позвал нескольких гостей к себе в московскую квартиру. Иностранцы, переводчики. В самый разгар он снял со стены большой пандур, аварский комуз, и протянул мне. Я заколебался: спою, а кто меня поймёт? Здесь только один кумык, и это я. Уж не знаю, что там поняли все эти немцы и поляки, но хлопали от души. Говорят, что песне, в отличие от стихов, перевода не нужно. Да и бедных языков не бывает.
     – Кстати, о переводе. Почему Шекспир? Не Шиллер, не Набоков?
     
– «Гамлет» –это ведь литература всех литератур. Там столько всего намешано. И страсти, и преступление, и размышления о смысле жизни, и любовь... Конечно, я не думаю, что все жители кумыкских аулов бросятся читать «Гамлета», но если даже пять человек прочитают, буду считать – не зря сидел ночами и бился над строчками.
     Я был в фундаментальной библиотеке в доме-музее Шекспира, где собраны книги – от старых до нынешних изданий. Из переводов на языки СНГ мне показали лишь белорусский вариант и киргизский. Директор библиотеки Сюзанна Брок вообще долго не могла понять, что у меня за язык и откуда я. Россия – понятно, но какой-то Дагестан... Она мой томик с «Гамлетом» поднесла к губам и поцеловала. Да, вот это уважение к культуре.
     И в Дагестане тоже делается много. Этот год объявлен у нас Годом русского языка. По инициативе мэра Махачкалы Саида Амирова у моря поставили бронзовый памятник безымянной русской учительнице. Самый большой проспект в городе начинается памятником Петру I.
     – Вы ведь не городской по рождению?
     
– Мой маленький аул среди невысоких гор, леса и родников. Наш дом почти в лесу. Однажды, ребёнком, вышел зимним утром на крыльцо, а всё вокруг снегом завалило. Ни заборов, ни ворот. И вот двор, постепенно расширяясь, превращался в лесную поляну. Смотрю, а рядом медвежонок, схватил мою обувь-чарык и потащил её уже было. А мне в школу идти. И стали мы чарык друг у друга отнимать.
     Ну а дальше всё вроде просто. Отец с войны не вернулся. Пришлось семью тянуть. Самим нелёгким было за колхозной пасекой смотреть, а там сто пчелиных ульев!
     – А как с московскими книгами сложилось?
     
– Да не жалуюсь. Меня переводили, мягко говоря, не самые худшие московские поэты: Юнна Мориц, Пётр Кошель, Владислав Артёмов, Владимир Бояринов. Сейчас новую поэму переводит известный поэт-переводчик, тонкий знаток восточной поэзии Михаил Синельников.
     – А что за скандал у вас в республике был с этой поэмой?
     
– Скандала никакого не было. Республиканская газета напечатала отрывки из моей поэмы, а некоторые представители мусульманского духовенства усмотрели в ней посягательства на ислам. Думаю, это попытка мелкой спекуляции. Я сам мусульманин. И второго Рушди из себя не собираюсь делать. Конечно, переживал. Но меня позвал Гамзатов и сказал: «В дерево, где нет плодов, камни не бросают». И я успокоился.
     – А с чего вы начинали как поэт?
     
– Кроме пасеки, я работал почтальоном. Зимой четырнадцать километров пешком через день отматывал. А вокруг наша кавказская природа. Ну и, конечно, первые стихи о ней. Какой дагестанский поэт не писал о горах и родниках? А вообще – это счастье и несчастье одновременно – родиться поэтом. Мы знаем случаи, когда поэты не были тождественны своему времени.
     – А вы тождественны?
     
– Думаю, да. Иначе бы на Государственную премию Дагестана не выдвинули, а застрелили, как Лермонтова.
     – Но здесь у вас сильные соперники. Одна Фазу Алиева чего стоит...
     
– Фазу Алиева, конечно, весьма уважаемая женщина. Но сколько можно... У нас по старой привычке возводят человека в литноменклатуру по разнарядке, и начинают его обвешивать, чем только можно. А моим родным кумыкам за последние пятнадцать лет и значка ГТО не дали. Обидно за нацию.
     – Как обычно, традиционный последний вопрос. Что сейчас пишете?
     
– Рывками как-то, но зато одновременно три книги. «Оборванное стремя» – этнографическая, о жизни древних кумыков-куманов, их потомки – около 300 тыс. – живут в Венгрии. Для её завершения нужно ещё раз съездить в Венгрию, Турцию, Казахстан и Киргизию. Но кому-то ведь нужно написать об этом рано или поздно. Постоянно поддерживаю связь с венгерскими учёными по этой теме. Вторая книга – «Английский дневник». И третья, небольшая – о поездке на Камчатку, где вряд ли смогу ещё раз побывать.
     


     Выше, чем звёздный свет,
     Звёздного света нет.
     
     Выше, чем труд, труда
     Не было никогда.
     
     Выше, чем правда, нет
     Правды в пучине лет.
     
     Страсти, что выше, чем
     Страсть, не найти совсем.
     
     Жизнь моя, ввысь и ввысь
     Ты над землёй тянись.

Беседу вёл Вл. ЯРУГА




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования