Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №24. 15.06.2007

     

ТОЛЬКО СТРАШНО ЗОЛУ ВОРОШИТЬ


     
     Олег МОШНИКОВ
     г. ПЕТРОЗАВОДСК
     
     

***


     Где покойней, где глубже…
     Как ты там ни крути,
     Ищет странник заблудший
     Огонёк впереди.
     
     Хлеба каликам сирым
     Не жалеет сума:
     Место жизни – Россия,
     Время года – зима.
     
     Под Ревдой и Калугой,
     В забайкальской Чите
     Сокрушается вьюга
     О народной тщете.
     
     Что просить нам у Бога?
     Чем платить за постой?
     Я окликну с порога:
     Эй, приятель, постой!
     
     Красный высветив угол,
     Посидим не спеша:
     Преломляя краюху,
     Не черствеет душа.

     
     

***


     Как спивался мой брат?
     Как спивался?! –
     Как зубами в себя он впивался,
     Резал вены и плакал без толку,
     Вырывая из горлышка пробку.
     
     Как спивался мой брат?
     Как спивался?! –
     Сколько раз он божился и клялся –
     До стакана, где жизнь его плещет,
     Продавая последние вещи.
     
     Как спивался мой брат?
     Как спивался?! –
     Как один на один он остался
     С белым чёртиком в грязной сорочке,
     В голых стенах, где гвозди как точки.
     
     Как спивался мой брат,
     Как спивался...
     Чем разжалобил, чем оправдался...
     Пил как все, не закусывал мудро,
     Оставляя надежду на утро.

     
     

Белая скрипка Вивальди


     Трепет свечи под ладонью...
     В тёмном соборе – монах:
     Прячет Вивальди Антонио
     Тайну – в зелёных глазах.
     
     Своды библиотечные,
     Дерзостный скрипки полёт:
     Прикосновение к женщине –
     В этом порхании нот!
     
     Им бы – по снегу сутаною,
     Волей смущая умы,
     В сани – по полю буранному –
     В царство карельской зимы!
     
     Им бы, играя запретами,
     Выйти на Кижи по льду
     В путь – окликаемый ведами –
     Варежкой тронуть звезду!
     
     Боже, не это ль обещано
     Вместо знамён и вериг?!.
     Прикосновение женщины,
     Музыки вечной родник!

     
     

***


     Бабушка, милая, в праздник, наверное,
     Вспомни, родимая, вспомни, как ты
     Первой в деревне была пионеркою,
     Дали на слёте тебе сапоги.
     
     Долго потом любовалась обновою,
     Были сапожки изящны, легки:
     В них по селу не ходить за коровою...
     Да записали отца в кулаки.
     
     Вёрсты, не обувь удобную, мерили.
     Мёрзли в опорках с отцовской ноги.
     Семьи крестами осели в Карелии
     И без крестов оставались «враги».
     
     Бабушка, милая, память неверная,
     Все ли оплачены нами долги?..
     Первой в деревне была пионеркою.
     Дали на слёте тебе сапоги.

     
     

Красный бор


     Будто Святый окликнул Бог:
     Тронул очи осенний крап...
     Окуная колени в мох,
     Соловецкий вставал этап.
     
     Вологодский парнишка, свой,
     Бросил хмуро: «Пришли, старик...»
     Всех, кто в силе, увёл конвой
     Под протяжный лебяжий клик.
     
     Место красно... Сосновый бор.
     «Не глубоко, смотри, копай!»
     Брызнул синий спокойный взор:
     «Напужал-то как, вертухай!
     
     Буде хлопать слюнявым ртом...
     Власти вольный расклад не люб:
     Сжёг на Спас я родимый дом,
     Приписали – народный клуб...».
     
     Как хвоя борода жестка,
     Сила Сивушке ни к чему:
     Будет стеночка высока,
     Лапник – в голову – по уму.
     
     Будет в небе ночном звезда
     Слушать сосен весёлый гуд...
     Только как же так... без креста?
     На Великий, на Божий суд?
     
     Не положено... Вязь молитв
     Для служивого – лисий лай...
     Алый свет по душе разлит:
     «Всё готово, сынок... Стреляй»

     
     

***


     Ночь, как испуганная птица,
     Тревожный проклинает кров:
     Ей досветла кричать и биться
     О каменный ночной покров.
     
     Ей бесконечно одиноко
     Нести под сердцем пустоту
     Среди бездонного потока
     И жизнь окончить на свету.

     
     

***


     Где твоё порубежье, грусть?
     Сколько можно корпеть над картами?
     Примыкает к погостам Русь:
     Что отмерено, что накаркано.
     
     Вдоль оградок – всё тот же путь
     Занесённый морозным мороком.
     Птицы, снеги – ещё не суть
     Расставания с тем, что дорого.
     
     Больно жаден вороний грай:
     Раздались на пшене да хлебушке!..
     Звёздный, крестный не виден край
     Быстрой жизни и скорой смертушки.
     
     Водит морок земных гостей
     Вдоль могилок родных сугробами...
     И мечты, и дороги былых Рассей
     Неприметными стали тропами.

     
     

Папа


     Первого листопада
     День моего рожденья.
     Первого снегопада.
     Первого наважденья...
     До немоты, до жженья
     Детской гортани, то есть
     Сердце пришло в движенье:
     «Главное – это совесть»...
     Руки твои я помню,
     Руки мне щёки греют,
     Не поведёшь и бровью,
     Только глаза теплеют.
     Только обрывки детства:
     Садик, снежки, салазки...
      Праздник – похож на бегство
     В кущи бисквитной «Сказки».
     Торт пропитал коробку,
     В креме плывут цукаты,
     Розочку трону робко:
     Как мы богаты, папа!
     Башни, леса и горы –
     Выше досадной мысли:
     Тратить на разговоры
     Лучшее время жизни...
     Жизни не хватит снова,
     Папа!.. Глухая заметь...
     В сердце целует слово:
     «Главное – это память».

     
     

***


     Часам судьбы не до ремонта,
     Когда в починке времена
     И кисть ворсит вдоль горизонта
     Заиндевевшего окна.
     
     Плывут закаты и восходы...
     Махнув на наши севера
     И на пружинные заводы,
     Сдвигают чаши мастера.
     
     Бежит за «беленькой» Иуда,
     Всё твёрже лёгкая стопа...
     И не надеется на чудо
     Животворящая судьба.

     
     

***


     Я приехал на свалку,
     Я выгружаю...
     Налетевшую чайку –
     Во всю прыть – обижаю:
     
     Всё канючит, всё тащит
     Раздобревшая птаха!..
     В куче матушкин плащик
     И отцова рубаха,
     
     Целый ворох армейской
     Отслужившей одежды:
     Равно в груде житейской
     Убывает надежды...
     
     За борт вывалю ношу,
     Вспенив белую стаю.
     Ткнулось сердце в ладоши:
     Будет легче... Не знаю.

     
     

Валентин Чекмасов. Золотая осень
     Поле


     Этот дивный Сад расцветёт, когда
     Загорланят на вешках вороны...
     Без забора в поле стоят врата,
     Створки вывернув в обе стороны.
     
     То-то в поле юдоли – одна межа
     В небеса уведёт бездонные...
     Отчего же только дрожит душа,
     Под Твоими, Господь, ладонями?
     
     Ты прости ей Россию, тоску прости,
     От которой так сладко и больно ей! –
     И за то, что не может никак отпустить
     Душу русскую поле вольное.

     
     

Дым


     Люди в пьяном бараке не чувствуют гарь.
     Дом качнулся и выдохнул дым.
     Занялся... А жильцы? Ну, зачем это им,
     Если даже себя им не жаль.
     
     В доме кроме теней заблудившихся нет.
     Чу!– огнём уже дышит стена...
     По щербатым ступеням дорога одна,
     Виден в самом конце её свет!
     
     Но заполнены дымом небес этажи:
     Пьяным – прочь от беды не уйти.
     Помнит старый барак годы жизни
     с людьми…
     Только страшно золу ворошить.

     
     

***


     Вечеря не тайны нашей,
     Не перемен...
     Стекают в пустые чаши
     Стихи из вен.
     
     Целует строку суббота,
     В ушах трезвон:
     Всего лишь постель полёта,
     Короткий сон.
     
     Всё тише слова молитвы:
     Кто мил, кто люб...
     Не зажил порез от бритвы
     Горячих губ.
     
     Коснулся волос и неба
     Багряный дым...
     И день воскресенья не был
     За днём шестым.

     
     

На площади Красной


     Ты был кумиром новой жизни,
     И площадь Красная порой
     Гремела: что при коммунизме
     Народный будет жить герой!..
     Окроплены невинной кровью
     Знамёна, звёзды, гений твой.
     Венки сухие в изголовье,
     Вощёный образ «как живой».
     Не погребённый, не покойный,
     Садовой стянутый петлёй...
     Пусть будет тем легко и больно,
     Кто кинет вслед тебе землёй.

     
     
     Олег Эдуардович Мошников родился 1 ноября 1964 года в Петрозаводске. В 1988 году окончил Свердловское высшее военное политическое танко-артиллерийское училище. Служил замполитом военно-строительной роты. После сокращения в 1991 году пошёл работать в пожарную охрану города Петрозаводска. С декабря 2005 года работает в Главном управлении МЧС РФ по Республике Карелия.




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования