Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №38. 19.09.2008

ЗАОСТРЁННЫЙ МОЛОТ МАЯКОВСКОГО

     Рис. Бориса Ливанова
     Владимир Маяковский – творец самых впечатляющих по художественной неповторимости и небывалой мощи гимнов человеческому духу, всемирной революции и русскому поэтическому слову.
     
      Занимая особое место в русской истории, Маяковский писал её своим уникальным метафорическим почерком, доступным лишь тем поэтам, кому дано напрямую созерцать творение нового времени! Вместе с Есениным и Блоком Маяковский объял и выразил вселенские интересы нашей культуры. По ступеням своих стихов, словно вырубленным из самых твёрдых пород человеческого духа, Маяковский восходил по крутой лестнице – к вершинам истории и литературы. И именно в таком «лестничном», «вырубленном» шаге его метафоры мир услышал первозданный гром наступившего поэтического переворота.
     Перед глазами Маяковского мчалось красно-чёрное десятилетие блоковских двенадцати апостолов, шагавших сквозь кровавый туман разорённой России. Думать и говорить в этом тумане могли только бешеные языки пулемётов и сверкающие идеи штыков. Слова битвы рождались из ниоткуда и исчезали в никуда. С каждым новым днём блоковские апостолы проходили всё новые километры по вздыбленной копытами русской земле, за ними шли толпы есенинских крестьян, и Маяковский слушал их задыхающуюся речь. И эту речь, вырванную и выхваченную из вековой истории, подхваченную стремительным бегом времени, Маяковский записывал на кумачовых полотнах такой, какой она рождалась в безумном грохоте столкнувшихся эпох, – с обрывками знамён, криков, звоном штыков. Но сложенная Маяковским из тысяч обрывков, речь эта вновь собиралась на стяг истории, и на нём Россия представала ещё более сильной, могучей, собирающей под своим знаменем – единую волю истории!
     Слово истории, стучащей копытами конных армий, разрасталось в стихах Маяковского – до размеров развевающегося, как алое полотнище, неба!
     Маяковский первым из плеяды революционных поэтов понял, что земля, которая рождает такие слова, вскоре станет искать новое знамя! Он понял, что путь, пройденный блоковскими апостолами и толпами пугачёвских крестьян Есенина, ведёт туда, где Родине нужен будет язык кирки – для разговора с твёрдыми породами вечности! Слишком многое Маяковский увидел в ещё неподвижных камнях, слишком многое предстояло построить такого, что должно было превзойти по прочности и твёрдости неотёсанный гранит истории!
     Маяковский увидел мосты, соединяющие прошлое и грядущее России, и увидел гигантского стражника в будёновке на мосту и сверкающий штык его винтовки. Ничего кроме света русской поэзии не могло пройти из прошлого в Россию грядущую! Чтобы один лишь золотой век русской литературы мог вернуться в Россию по этому мосту!
     Маяковский языком кирки ваял из горных пород вечности монумент грядущей славы России. Маяковский ваял Красную площадь, чтобы речь её была ровной, строгой и твердокаменной. Он знал, что блоковские апостолы должны будут однажды пройти по ней в парадном величии по своим же следам, которые они проложили здесь сквозь туман. И Маяковский выстраивал каменные объятия для этой площади, которые бы хранили её от поверхностной лирики забытья и немощности.
     Кирка Маяковского смело взмывала ввысь. Её гигантский удар высекал из облаков новые Звёзды, разносил вдребезги грозовые циклоны, заставляя их разбегаться по горизонту! С непостижимой исторической высоты Маяковский мог дотянуться до любого конца своей родной страны и выхватить оттуда заветный восход нового слова! Собирая на своё небо облака, звёзды, летящие из-под копыт камни, грохот оружия и всю свою необъятную любовь к человечеству, Маяковский возвышается над нашей историей; удерживая свой заострённый молот, он разгоняет своры пустых лирических сквозняков.
     Поэзия Маяковского стремительно выстроила себе пьедестал. Но на вершине этого пьедестала лишь сам поэт мог удержать свой заострённый молот. Сверкающий язык этого молота выхватывал из твёрдых пород вечности их музыку, расправлял её на ветру эпохи, и она летит над миром, неся славу Великому поэту.
     …И апостолы Блока, и пугачёвцы Есенина прошли по мосту в наш век, и, проходя по нему, они узнали под будёновкой строгий взгляд Маяковского!

Алексей ИНДРИКОВ, г. САРАНСК




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования