Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №41. 16.10.2009

ДЕЛА ОТЦОВ – ЗНАК ДЛЯ СЫНОВЕЙ

Я хо­чу рас­ска­зать сей­час о трёх пи­са­те­лях, при­над­ле­жа­щих к са­мо­му стар­ше­му по­ко­ле­нию со­вет­ских лю­дей, при­том что ли­те­ра­ту­ра не бы­ла их ос­нов­ной про­фес­си­ей, но при­зва­ни­ем – не­со­мнен­но. И сов­сем не­дав­но вы­шли в свет три их кни­ги. Две, к ве­ли­ко­му со­жа­ле­нию, по­смерт­ные. Мне по­сча­ст­ли­ви­лось знать каж­до­го из этих уди­ви­тель­но ред­ких лю­дей лич­но. Бо­лее то­го, один из них был мо­им ду­хов­ным на­став­ни­ком – про­то­и­е­рей о. Ди­ми­т­рий Дуд­ко, ока­зав­ший на моё нрав­ст­вен­ное ста­нов­ле­ние и во­цер­ков­ле­ние зна­чи­тель­ное, ес­ли не ре­ша­ю­щее вли­я­ние. Дру­гой – Ва­лен­тин Гри­го­рь­е­вич Бей­лин­сон, уча­ст­ник Ве­ли­кой Оте­че­ст­вен­ной вой­ны, из­ве­ст­ный пе­да­гог-но­ва­тор, за­чи­на­тель в го­ды «от­те­пе­ли» школь­но­го дви­же­ния по изу­че­нию но­вей­шей ис­то­рии стра­ны, был в мою быт­ность в из­да­тель­ст­ве «Про­све­ще­ние» мо­им учи­те­лем в про­фес­сии ре­дак­то­ра и до­б­рым стар­шим то­ва­ри­щем, с ко­то­рым мы ве­ли дол­гие бе­се­ды на са­мые жи­во­т­ре­пе­щу­щие те­мы. А тре­тий – зна­ме­ни­тый ре­с­та­в­ра­тор и ис­кус­ст­во­вед Са­ве­лий Ва­си­ль­е­вич Ям­щи­ков, не ус­ту­пав­ший в яр­ко­с­ти и ос­т­ро­те пуб­ли­ци­с­ти­ки всем со­вре­мен­ным асам пе­ра (с ним мы об­ща­лись го­раз­до ре­же, в ос­нов­ном по те­ле­фо­ну или на па­т­ри­о­ти­че­с­ких схо­дах, урыв­ка­ми, но я це­ли­ком под­дер­жи­вал и раз­де­лял все его взгля­ды на про­ис­хо­дя­щее в Рос­сии). Итак, три кни­ги, три че­ло­ве­че­с­кие судь­бы.

Пять лет на­зад от­пе­ва­ли в хра­ме Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы на Пят­ниц­ком клад­би­ще, где по­хо­ро­нен и мой стар­ший брат, дру­го­го близ­ко­го и до­ро­го­го мне че­ло­ве­ка – от­ца Ди­ми­т­рия Дуд­ко. Служ­ба шла по выс­ше­му ар­хи­ерей­ско­му чи­ну шесть ча­сов, ли­тур­гию ве­ли бо­лее со­ро­ка свя­щен­ни­ков. И все они – ду­хов­ные ча­да на­ше­го ба­тюш­ки. При­сут­ст­во­ва­ла мас­са на­ро­да. Но и она бы­ла лишь ма­лой до­лей той ог­ром­ной па­ст­вы, ко­то­рую окорм­лял всю свою жизнь о. Ди­ми­т­рий. И че­рез свою свя­щен­ни­че­с­кую де­я­тель­ность, че­рез про­по­ве­ди, бе­се­ды, и че­рез свои кни­ги. На­до бы­ло знать его, ви­деть его ли­цо, до­б­рые гла­за, слы­шать го­лос, что­бы по­нять, по­че­му к не­му так тя­ну­лись лю­ди. Са­мые раз­ные лю­ди, да­же его го­ни­те­ли. Да­же сле­до­ва­те­ли, ко­то­рые са­жа­ли его в ла­ге­ря, по­том, на ис­хо­де жиз­ни, при­хо­ди­ли к не­му и ка­я­лись, про­си­ли про­ще­ния, об­ра­ща­лись к ве­ре и к Бо­гу. И да­же са­мые упёр­тые бап­ти­с­ты, ко­то­рых во­об­ще, ка­за­лось бы, не­воз­мож­но вер­нуть в ло­но Церк­ви, ста­но­ви­лись по­сле бе­сед с ним ис­тин­ны­ми пра­во­слав­ны­ми. Вот что уди­ви­тель­но. А впро­чем, и нет тут ни­че­го уди­ви­тель­но­го, по­то­му что у Гос­по­да всё воз­мож­но. А сам ба­тюш­ка го­во­рил, что преж­де все­го нуж­но по­ни­ма­ние. И ещё он пи­сал: «У каж­до­го че­ло­ве­ка есть своя Гол­го­фа… Гол­го­фа Бо­гом по­сы­ла­ет­ся не слу­чай­но, её нуж­но при­ни­мать с бла­го­дар­но­с­тью. Бла­го­да­рю и я Бо­га за мою Гол­го­фу… От лич­но­го по­ка­я­ния к все­об­ще­му… – эта те­ма в хри­с­ти­ан­ст­ве – глав­ная. Толь­ко че­рез по­ка­я­ние, лич­ное и об­щее, мы по­ни­ма­ем смысл жиз­ни».

Он об­ла­дал ред­ким ли­те­ра­тур­ным да­ром. То­му сви­де­тель­ст­во – со­рок че­ты­ре при­жиз­нен­ных кни­ги. Тут и про­по­ве­ди, и сти­хи, и рас­ска­зы, и прит­чи, и со­кро­вен­ные мыс­ли, и днев­ни­ко­вые за­пи­си, и мно­гое та­кое, что во­об­ще не по­па­да­ет в жа­н­ро­вые схе­мы. По­то­му что имен­но к его твор­че­ст­ву при­ме­ни­мо та­кое вы­ска­зы­ва­ние: «как ды­шит­ся, так и пи­шет­ся». Да­же на­зва­ния его книг го­во­рят са­ми за се­бя: «Вы­яв­ле­ние ис­кус­ных», «Сти­хи За­ка­та с Вос­хо­дом», «Как хо­дить по лез­ви­ям и не об­ре­зать­ся», «Вол­ною мор­скою», «По­сту­ча­лась ба­боч­ка в ок­но», «По­да­рок от Бо­га», «В тер­ние и при до­ро­ге», «За­пи­с­ки ка­пи­та­на Ко­пей­ки­на», «О па­с­тыр­ском при­зва­нии» и мно­гие-мно­гие дру­гие. Он не лю­бил, ког­да ре­дак­то­ры на­чи­на­ли его пра­вить, «при­чё­сы­вать» стиль. Ведь прав­ка, счи­тал он, это вме­ша­тель­ст­во в со­кро­вен­ное – в сло­во, ко­то­рым жи­ва ду­ша, в ход мыс­лей.

И вот сей­час, уси­ли­я­ми его ду­хов­ных чад, вы­шла по­след­няя кни­га: «Из ви­но­град­ни­ка Бо­жия – свя­щен­ник Дми­т­рий Дуд­ко», из­дан­ная Хра­мом Свя­ти­те­ля Ни­ко­лая в Моск­ве (со­ста­ви­тель – Н.И. Юди­на). В неё во­шли его про­по­ве­ди, на­пи­сан­ные им в пе­ри­од служ­бы в хра­ме Вла­ди­мир­ской Бо­жи­ей Ма­те­ри в се­ле Ви­но­гра­до­ве Мос­ков­ской об­ла­с­ти (не­ко­то­рые из них из­да­ют­ся впер­вые), а так­же вос­по­ми­на­ния о нём тех, для ко­го он был и дру­гом, и от­цом, и на­став­ни­ком. От са­мых пер­вых, слы­шав­ших его бе­се­ды ещё в Пре­об­ра­жен­ском хра­ме в Моск­ве с 1961 го­да, до при­шед­ших к не­му в по­след­ние го­ды. При­ве­ду не­сколь­ко ци­тат из этих вос­по­ми­на­ний. Еле­на Яков­ле­ва: «Мне ка­за­лось, что ба­тюш­ка раз­да­ёт «клю­чи», ко­то­ры­ми мож­но от­крыть мно­же­ст­во две­рей – клю­чи к твор­че­с­ким, мо­раль­ным, лич­ным, со­ци­аль­ным про­бле­мам». Вла­ди­мир Оси­пов: «Он сам пи­сал, что «пе­ре­ст­рой­ку сна­ча­ла не по­нял и ду­мал, что это хо­ро­шее что-то, но по­том уви­дел, что она ху­же ком­му­ни­с­ти­че­с­ко­го ре­жи­ма». Ме­ня ра­до­ва­ло, что о. Ди­ми­т­рий об­ли­чал ком­пра­дор­ский ре­жим, ель­ци­низм во всех про­яв­ле­ни­ях и, как и преж­де, звал к воз­рож­де­нию Пра­во­сла­вия в Рос­сии и на­ци­о­наль­но­го са­мо­со­зна­ния на­ро­да». Вла­ди­мир Бон­да­рен­ко: «Отец Ди­ми­т­рий Дуд­ко, ду­маю, при­зна­вал над со­бой толь­ко Бо­жию власть, Бо­жью во­лю. Во всём ос­таль­ном жил по соб­ст­вен­ной со­ве­с­ти. Ни­ка­кие за­ко­ны то­го или ино­го кла­на, на­прав­ле­ния при­зна­вать не же­лал… В го­ды дис­си­дент­ст­ва был пе­ри­од, ког­да его ав­то­ри­тет мож­но бы­ло со­по­с­та­вить с ав­то­ри­те­том Со­лже­ни­цы­на и Ша­фа­ре­ви­ча, но при­дя к по­ни­ма­нию, что не­го­же свя­щен­ни­ку бо­роть­ся с вла­с­тью, он рез­ко из­ме­нил свой об­раз жиз­ни». Ми­ха­ил Ло­ба­нов: «Отец Ди­ми­т­рий на­зы­вал Ста­ли­на «бо­го­дан­ным вож­дём», ко­то­рый «за­бо­тил­ся о всём на­ро­де». До­ба­вим, что да­же для ев­ре­ев Ста­лин был от­цом, спа­сая их в вой­ну от гит­ле­ров­ско­го ис­треб­ле­ния, а по­сле вой­ны, в 1947 го­ду, да­руя им че­рез ООН го­су­дар­ст­вен­ность». Алек­сандр Ого­род­ни­ков: «Че­ло­век та­лант­ли­вый и не­о­рди­нар­ный, судь­ба ко­то­ро­го не­раз­рыв­но свя­за­на с судь­бой Рос­сии, по кни­гам ко­то­ро­го мож­но изу­чать на­сто­я­щую, а не вы­ду­ман­ную ис­то­рию со­вре­мен­но­с­ти. Дуд­ко – это яв­ле­ние в ду­хов­ной жиз­ни и рус­ской куль­ту­ре; это не про­сто цен­ный сви­де­тель эпо­хи, но и сам – це­лая эпо­ха… Ес­ли взять всех его ду­хов­ных чад и тех лю­дей, ко­то­рые так или ина­че с ним в жиз­ни со­при­ка­са­лись, ко­му он по­мог лич­но ли­бо по­сред­ст­вом сво­их книг най­ти от­ве­ты, об­ре­с­ти си­лы, по­вер­нуть­ся к ве­ре, а то и вер­нуть­ся к жиз­ни – по­лу­чим не­кое ма­лое Цар­ст­во («цар­ст­во Дуд­ко»), за­ни­ма­ю­щее до­стой­ное ме­с­то в Цар­ст­ве боль­шом – Тре­ть­ем Ри­ме». И по­след­нее, Вла­ди­мир Смык: «Он вы­брал длин­ный путь. Вме­с­те с Рос­си­ей, а не с те­ми, кто рас­сма­т­ри­вал её как ма­те­ри­ал для оче­ред­но­го экс­пе­ри­мен­та – те­перь ли­бе­раль­но-де­мо­кра­ти­че­с­ко­го… На по­хо­ро­нах ко мне по­до­шла жур­на­ли­ст­ка и по­про­си­ла по­де­лить­ся сво­и­ми мыс­ля­ми об от­це Дми­т­рии. Я ска­зал, что ве­ра в Бо­га и лю­бовь к Рос­сии – глав­ные чер­ты её вы­да­ю­ще­го­ся сы­на, ка­ким был отец Дми­т­рий Дуд­ко. И важ­но, что­бы вот эта па­т­ри­о­ти­че­с­кая сто­ро­на его де­я­тель­но­с­ти, во мно­гом оп­ре­де­лив­шая его жизнь и твор­че­ст­во по­след­них двух де­ся­ти­ле­тий, не за­ту­шё­вы­ва­лась те­ми, кто за­хо­чет ис­поль­зо­вать имя ба­тюш­ки в ин­те­ре­сах, чуж­дых Рос­сии. Ду­маю, что имя от­ца Дми­т­рия Дуд­ко не бу­дет за­бы­то пра­во­слав­ной Рос­си­ей, и по­чи­та­ние его ста­нет все­на­род­ным. При по­след­них сло­вах жур­на­ли­ст­ка как-то ис­пу­ган­но по­смо­т­ре­ла на ме­ня и вы­клю­чи­ла дик­то­фон».

Вот так они все­гда и «от­клю­ча­ют дик­то­фон», ког­да го­во­рят прав­ду о Рос­сии и её луч­ших сы­но­вь­ях. Как все по­след­ние го­ды под­вер­га­ли ос­т­ра­киз­му дру­го­го ве­ли­ко­го рус­ско­го че­ло­ве­ка – Са­ве­лия Ям­щи­ко­ва, за­жи­ма­ли ему рот и вы­кру­чи­ва­ли ру­ки. Его по­смерт­ная кни­га на­зы­ва­ет­ся «Ког­да не ста­ло Ро­ди­ны мо­ей…» (из­да­тель­ст­во «Ал­го­ритм-Кни­га»). Ав­тор сов­сем не­дав­но без­вре­мен­но ушёл из жиз­ни, до са­мо­го кон­ца сра­жа­ясь за честь по­ру­ган­ных на­ци­о­наль­ных иде­а­лов, не сми­ря­ясь с ан­ти­на­род­ной по­ли­ти­кой вла­ст­ной эли­ты, с не­по­топ­ля­е­мы­ми «ге­ро­я­ми» про­даж­но­го и по­ш­ло­го те­ле­ви­де­ния, с оск­вер­ни­те­ля­ми рус­ских свя­тынь из чис­ла быв­ших дис­си­ден­тов и быв­ших же пар­то­кра­тов. До по­след­не­го сво­е­го ча­са он про­ти­во­сто­ял всем тем, кто раз­ба­за­ри­вал ду­хов­ное на­сле­дие Рос­сии. От­чёт­ли­во по­ни­мал, в ка­кую страш­ную про­пасть столк­ну­ли на­шу Ро­ди­ну ли­бе­рал-де­мо­кра­ты, из ко­то­рой, воз­мож­но, уже и нет вы­хо­да. Сло­во Ям­щи­ко­ва, его вы­ступ­ле­ния в га­зе­тах (а из них и бы­ли-то толь­ко до­ступ­ны «День ли­те­ра­ту­ры» и «За­в­т­ра») и на На­род­ном Ра­дио, по мет­ко­му за­ме­ча­нию Алек­сан­д­ра Про­ха­но­ва, яв­ля­лись «жи­вым и стра­ст­ным ору­ди­ем во­и­на, про­по­вед­ни­ка и про­све­ти­те­ля». И в этом он был не­о­бы­чай­но бли­зок к жиз­не­де­я­тель­но­с­ти о. Ди­ми­т­рия Дуд­ко. По­это­му всё вы­ше­ска­зан­ное о ба­тюш­ке мож­но от­не­с­ти и к Са­ве­лию Ям­щи­ко­ву. Толь­ко зло­бо­днев­ные и ак­ту­аль­ные про­бле­мы, за­тро­ну­тые в их кни­гах, по-преж­не­му ос­та­ют­ся не­ре­шён­ны­ми, взы­ва­ют к ду­ше на­род­ной, сжи­га­е­мой ад­ским пла­ме­нем.

Я уже пи­сал в «Ли­те­ра­тур­ной Рос­сии» о его пре­ды­ду­щей кни­ге – «Бре­мя рус­ских», они вы­шли поч­ти од­но­вре­мен­но и очень по­хо­жи. И пусть чи­та­тель не уди­вит­ся по­вто­ру от­дель­ных ис­тин на их стра­ни­цах. Они от это­го ни­сколь­ко не ума­ля­ют сво­е­го зна­че­ния. Са­ве­лий Ям­щи­ков всю жизнь со­вер­шал своё рус­ское вос­хож­де­ние, свой ду­хов­ный по­двиг, был на­сто­я­щим па­т­ри­о­том сво­ей Ро­ди­ны, о ко­то­ром мож­но ска­зать «и один в по­ле во­ин». Он, по сло­вам Ни­ко­лая Бур­ля­е­ва, ко­то­рые раз­де­ля­ют все, знав­шие и лю­бив­шие его, «был под­лин­ным апо­с­то­лом Рус­ской куль­ту­ры се­ре­ди­ны ХХ – на­ча­ла ХХI ве­ка. Сво­им бес­ст­раш­ным, по­движ­ни­че­с­ким слу­же­ни­ем он на­всег­да за­во­е­вал своё ме­с­то в пан­те­о­не куль­ту­ры Свя­той Ру­си и бла­го­дар­ную па­мять по­том­ков».

Вос­по­ми­на­ния В.Г. Бей­лин­со­на «Со­вет­ское вре­мя в лю­дях» (из­да­тель­ст­во «Хро­но­граф») по­ст­ро­е­ны как рас­сказ о соб­ст­вен­ной жиз­ни, не­отъ­ем­ле­мо свя­зан­ной с судь­бой Ро­ди­ны, и ох­ва­ты­ва­ют пе­ри­од трид­ца­тых-пя­ти­де­ся­тых го­дов про­шло­го ве­ка. Это – цен­ней­шее сви­де­тель­ст­во вре­ме­ни, во­ен­ных лет, слож­ной и не­од­но­знач­ной эпо­хи. На­пи­сан­ные при­том с вы­со­кой сте­пе­нью ху­до­же­ст­вен­но­го ли­те­ра­тур­но­го ма­с­тер­ст­ва. И со­про­вож­да­ют­ся ред­ки­ми фо­то­гра­фи­я­ми из ар­хи­ва ав­то­ра, его же кар­та­ми-схе­ма­ми вой­ско­вых опе­ра­ций. Я знаю, что Ва­лен­тин Гри­го­рь­е­вич свя­то лю­бил и лю­бит своё Оте­че­ст­во, горь­ко пе­ре­жи­ва­ет то, что с ним слу­чи­лось. И бе­ру на се­бя сме­лость ут­верж­дать, что он во мно­гом сто­ит на тех же по­зи­ци­ях, что и о. Ди­ми­т­рий Дуд­ко, и Са­ве­лий Ям­щи­ков. По­то­му что так же че­с­тен, как и они.

Он пи­шет: «По­ко­ле­ния лю­дей быв­ше­го СССР про­жи­ли очень труд­ную, на­сы­щен­ную не­о­бык­но­вен­ны­ми со­бы­ти­я­ми и слож­ней­ши­ми пе­ре­жи­ва­ни­я­ми жизнь. Её на­до по­нять. Не для все­про­ще­ния, а что­бы иметь вер­ные и проч­ные ос­но­вы в се­го­дняш­ней и за­в­т­раш­ней жиз­ни. Не толь­ко об­ще­ст­вен­ной, но и лич­ной. Для вза­и­мо­по­ни­ма­ния. Для соб­ст­вен­но­го до­сто­ин­ст­ва… С лёг­кой ру­ки А.Н. Яков­ле­ва, глав­но­го иде­о­ло­га «пе­ре­ст­рой­ки», по­лу­чил рас­про­ст­ра­не­ние вы­вод: «Мы все ви­но­ва­ты». Всех опять урав­ня­ли. Те­перь ге­рои ста­ли под­ле­ца­ми, а жерт­вы па­ла­ча­ми… То есть ес­ли ты при со­вет­ской вла­с­ти был чле­ном пар­тии, да ещё ак­тив­ным, зна­чит, ты тво­рил зло все­гда и вез­де. А ведь каж­дый ду­ма­ю­щий че­ло­век, жив­ший при со­вет­ской вла­с­ти, зна­ет, что это – не­прав­да. Бы­ли де­сят­ки, сот­ни, ты­ся­чи лю­дей са­мо­го раз­но­го об­ще­ст­вен­но­го по­ло­же­ния, ко­то­рые при со­вет­ской си­с­те­ме и в са­мых пло­хих об­сто­я­тель­ст­вах де­ла­ли хо­ро­шие де­ла. Судь­ба та­ких лю­дей – вы­со­чай­шая все­на­род­ная цен­ность, на­ша веч­ная лич­ная жиз­нен­ная опо­ра».

Имен­но та­ких лю­дей мы встре­ча­ем на стра­ни­цах его кни­ги. А сре­ди них и ши­ро­ко из­ве­ст­ные име­на – по­ли­ти­че­с­кие де­я­те­ли, вра­чи, му­зы­кан­ты, юри­с­ты, и сов­сем про­стые, со­став­ля­ю­щие соль зем­ли. (До­ста­точ­но ска­зать, что его дво­ю­род­ный дед был лейб-ме­ди­ком ве­ли­кой кня­ги­ни Еле­ны Пав­лов­ны, пол­ков­ни­ком в Пер­вую ми­ро­вую вой­ну, очень со­сто­я­тель­ным че­ло­ве­ком, а по­том ока­зал­ся ре­во­лю­ци­о­не­ром, вёл пе­ре­пи­с­ку с Пле­ха­но­вым и Ле­ни­ным, был да­же чле­ном ВЦИК). Рас­ска­зы­вать обо всех ге­ро­ях кни­ги, близ­ких род­ст­вен­ни­ках ав­то­ра, да и о нём са­мом, о его уди­ви­тель­ной жиз­ни (те­перь он чи­та­ет лек­ции в Гер­ма­нии – вот то­же по­ра­зи­тель­ные пе­ри­пе­тии судь­бы!) – всё рав­но что пи­сать ро­ман. А мо­жет быть, я ког­да-ни­будь так и сде­лаю, с со­гла­сия Ва­лен­ти­на Гри­го­рь­е­ви­ча. Уж боль­но хо­чет­ся об­лечь его би­о­гра­фию и весь дух то­го вре­ме­ни в ху­до­же­ст­вен­ную фор­му.

Нель­зя не по­ве­рить его сло­вам на за­клю­чи­тель­ных стра­ни­цах кни­ги: «Лю­ди мо­е­го пле­ме­ни по­сту­пать ина­че в ста­лин­скую эпо­ху не мог­ли. Они тра­ги­че­с­ким ста­ра­ни­ем улуч­ша­ли и оду­хо­тво­ря­ли мир во­круг се­бя. Они по мил­ли­ме­т­ру про­дви­га­ли стра­ну в то че­ло­ве­че­с­кое бу­ду­щее, ко­то­рое ког­да-ни­будь на­сту­пит. Они на­кап­ли­ва­ли опыт дви­же­ния к куль­ту­ре для мо­ло­дых по­ко­ле­ний, при­об­ща­ли их к это­му опы­ту и тем спа­са­ли от без­на­дёж­но­с­ти, пу­с­то­ты и рас­па­да».

К не­сча­с­тью, сей­час ду­хов­ная и куль­тур­ная пу­с­то­та в Рос­сии не­о­боз­ри­мая. Но это не ви­на со­вет­ских лю­дей, а бе­да ны­неш­них. По­че­му так про­изо­ш­ло? От­вет слы­шит­ся в сти­хах за­ме­ча­тель­ной рус­ской по­этес­сы Та­ть­я­ны Глуш­ко­вой:

 

…Ког­да не ста­ло Ро­ди­ны мо­ей,

в во­ро­та ада я тог­да сту­ча­ла:

возь­ми ме­ня!.. а толь­ко бы вос­ста­ла

стра­на моя из не­мо­щи сво­ей…

Ког­да не ста­ло Ро­ди­ны мо­ей,

Тот, кто явил­ся к нам из На­за­ре­та,

оси­ро­тел не ме­нее по­эта

по­след­них сро­ков Ро­ди­ны мо­ей.


Александр ТРАПЕЗНИКОВ




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования