Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №02-03. 20.01.2012

КУХНЯ – НЕ МОЙ УДЕЛ

Екатерина Васильева родилась в 1974 году в Ленинграде. С 1992 года она живёт в Германии, где закончила филологический факультет Кёльнского университета (немецкий, французский и русский языки). Преподавала в Свободном университете в Берлине. Ведёт научную работу в области современной русской литературы и культуры. В настоящее время живёт в Берлине. Автор ряда прозаических произведений. Её последний роман «Камертоны Греля» опубликован в 10-м номере журнала «Нева» за этот год.

 

ЕКАТЕРИНА ВАСИЛЬЕВА
ЕКАТЕРИНА ВАСИЛЬЕВА

– Че­ст­но го­во­ря, мне все­гда бы­ло лю­бо­пыт­но, как в че­ло­ве­ке от­кры­ва­ет­ся пи­са­тель­ский дар. Рас­ска­жи, как ты на­ча­ла пи­сать? Со­мне­ва­лась ли ты в том, что сто­ит этим за­ни­мать­ся? Что для те­бя твор­че­ст­во, твор­че­с­кий про­цесс?

– Я ду­маю, что по­треб­ность в твор­че­ст­ве про­сну­лась во мне вме­с­те с со­зна­ни­ем. Пер­вое ощу­ще­ние, ко­то­рое че­ло­век ис­пы­ты­ва­ет от столк­но­ве­ния с жиз­нью, – это бес­по­мощ­ность. Сна­ча­ла, ко­неч­но, ка­жет­ся, что это от то­го, что ты ещё ре­бё­нок. Но по­сте­пен­но ста­но­вит­ся по­нят­но, что со вре­ме­нем ни­че­го не из­ме­нит­ся и мо­жет да­же стать ещё ху­же. И вот твор­че­ст­во – это по­пыт­ка по­лу­чить хоть ка­кой-то кон­троль над си­ту­а­ци­ей. Ты на­чи­на­ешь при­ду­мы­вать соб­ст­вен­ные ми­к­ро­ми­ры, где власть при­над­ле­жит толь­ко те­бе. И в ка­кой-то мо­мент об­на­ру­жи­ва­ешь, что твой ми­к­ро­мир ста­но­вит­ся та­ким боль­шим, что за­пол­ня­ет со­бой на­сто­я­щий. Вот это и есть для ме­ня ра­дость твор­че­ст­ва и од­но­вре­мен­но са­мая эле­мен­тар­ная по­треб­ность, без ко­то­рой я се­бя не пред­став­ляю! В об­щем, у ме­ня не бы­ло та­ко­го мо­мен­та, ког­да я вдруг се­ла и на­ча­ла пи­сать. Я про­сто все­гда от­но­си­лась к жиз­ни так, как буд­то я уже жи­ву в сво­ём ро­ма­не. Прав­да, ког­да ста­ла что-то за­пи­сы­вать – в под­ро­ст­ко­вом воз­ра­с­те, – ме­ня жда­ло ра­зо­ча­ро­ва­ние. Всё бы­ло не так, как я се­бе пред­став­ля­ла! Я точ­но зна­ла, что мой взгляд на мир аб­со­лют­но уни­каль­ный, но по­че­му-то из-под пе­ра вы­хо­дил то Ва­лен­тин Ка­та­ев, то Ана­то­лий Алек­син... По­ня­ла тог­да, что са­мая глав­ная за­да­ча для пи­са­те­ля – это най­ти путь к са­мо­му се­бе. Не­воз­мож­но ска­зать что-то своё, поль­зу­ясь чу­жим язы­ком! Но во­прос о том, сто­ит этим за­ни­мать­ся или нет, для ме­ня ни­ког­да не сто­ял. Это бы­ло про­сто ча­с­тью мо­ей лич­но­с­ти! Дру­гое де­ло, что слу­ча­лись пе­ри­о­ды, ког­да ка­за­лось, что я за­шла в ту­пик и у ме­ня эле­мен­тар­но не хва­та­ет сил вы­ра­зить то, что я хо­чу. Хо­тя те­перь я ду­маю, что это был сво­е­го ро­да сиг­нал, что на­стал мо­мент за­но­во ра­зо­брать­ся в се­бе, вый­ти на ка­кой-то но­вый уро­вень от­но­ше­ний с ми­ром.

– Пе­ри­о­ди­че­с­ки мне встре­ча­ют­ся впол­не се­рь­ёз­ные вы­ка­зы­ва­ния о том, что «жен­щи­на не мо­жет быть пи­са­те­лем», ес­ли жен­щи­на пи­шет, то су­гу­бо от про­блем лич­но­го ха­рак­те­ра (мо­жет, ей про­сто на­до вый­ти за­муж, па­ру-трой­ку де­тей ро­дить и всё прой­дёт), да и жен­ский стиль пись­ма боль­ше по­хож на вы­шив­ку или вя­за­ние, чем на вы­со­кую ли­те­ра­ту­ру. Как ты от­но­сишь­ся к та­ко­му мне­нию?

– На са­мом де­ле в ли­те­ра­ту­ре, как и в лю­бой важ­ной сфе­ре жиз­ни, по­сто­ян­но идёт борь­ба за власть и вли­я­ние. Ес­ли та­кие ве­щи го­во­рят­ся, то это не столь­ко от на­ив­но­с­ти, сколь­ко от же­ла­ния за­кре­пить ка­кие-то сло­жив­ши­е­ся ие­рар­хии, что­бы мож­но бы­ло в этой борь­бе хоть на что-то на­дёж­но опе­реть­ся. На­при­мер, на то, что ты муж­чи­на и как бы «пра­во име­ешь». К то­му же, муж­ская ли­те­ра­ту­ра дол­гое вре­мя су­ще­ст­во­ва­ла имен­но за счёт жен­щин. Я уже не го­во­рю о том, что жё­ны пи­са­те­лей ор­га­ни­зо­вы­ва­ли им быт, по­ка те тво­ри­ли. Де­ло в том, что жен­щи­на, бу­ду­чи фак­ти­че­с­ки вы­клю­чен­ной из ли­те­ра­тур­но­го про­цес­са, пред­став­ля­ла со­бой бес­цен­ный ма­те­ри­ал для твор­ца, ко­то­рый он ис­поль­зо­вал на своё ус­мо­т­ре­ние. Ин­те­рес­но, как бы вы­гля­де­ла ис­то­рия Ан­ны Ка­ре­ни­ной, ес­ли бы её на­пи­са­ла жен­щи­на? То есть мне ин­те­ре­сен и муж­ской взгляд, но у ме­ня нет воз­мож­но­с­ти срав­нить, по­то­му что жен­щи­не про­сто не да­ли сло­ва. Муж­чи­на ве­ка­ми го­во­рил и за се­бя, и за вто­рую по­ло­ви­ну че­ло­ве­че­ст­ва. И сей­час это, к со­жа­ле­нию, не так бы­с­т­ро ме­ня­ет­ся. При­чём не толь­ко из-за внеш­них пре­град. Жен­щи­не труд­нее об­ре­с­ти свой го­лос, по­то­му что та кар­ти­на ми­ра, ко­то­рую она впи­ты­ва­ет с дет­ст­ва, на са­мом де­ле муж­ская. При­хо­дит­ся бук­валь­но вы­ры­вать свой соб­ст­вен­ный глаз, ко­то­рый смо­т­рит на те­бя муж­ским взгля­дом, и са­мо­сто­я­тель­но ис­кать се­бя на ощупь.

– Су­ще­ст­ву­ют раз­ли­чия меж­ду муж­ской и жен­ской про­зой?

– Мне ка­жет­ся, они долж­ны су­ще­ст­во­вать. Про­бле­ма имен­но в том, что ча­с­то их нет. Ког­да я чи­таю ху­до­же­ст­вен­ный текст, то хо­чу ви­деть за ним лич­ность с оп­ре­де­лён­ным жиз­нен­ным опы­том, в том чис­ле и ген­дер­ным. Бес­по­лая ли­те­ра­ту­ра ме­ня не ин­те­ре­су­ет!

– Есть ли по­доб­ная дис­кри­ми­на­ция пи­са­тель­ниц в Гер­ма­нии? Воз­мож­но ли у вас пуб­лич­ное вы­ка­зы­ва­ние на те­му: ес­ли жен­щи­на пи­шет, она – вто­рой сорт?

– В Гер­ма­нии, ко­неч­но, мень­ше тер­пи­мо­с­ти к та­ким вы­ска­зы­ва­ни­ям. Но это не зна­чит, что всё хо­ро­шо. То есть дис­кри­ми­на­ция при­об­ре­та­ет ка­кие-то бо­лее суб­тиль­ные фор­мы, с ко­то­ры­ми то­же на­до что-то де­лать. Во­об­ще, всё это свя­за­но с си­ту­а­ци­ей жен­щи­ны в це­лом. Ес­ли нет ус­ло­вий, в ко­то­рых она мо­жет раз­ви­вать­ся как твор­че­с­кая лич­ность, то она ес­те­ст­вен­но и бу­дет «вто­рым сор­том» (да­же ес­ли об этом вслух не го­во­рить). Под со­зда­ни­ем ус­ло­вий я под­ра­зу­ме­ваю пра­ви­тель­ст­вен­ные про­грам­мы, ко­то­рые поз­во­ля­ют жен­щи­не не за­мк­нуть­ся на де­тях и до­маш­нем хо­зяй­ст­ве. Раз­ви­тая си­с­те­ма до­школь­ных уч­реж­де­ний, ма­те­ри­аль­ные сти­му­лы для от­цов, бе­ру­щих от­пуск по ухо­ду за ре­бён­ком, всё это ключ к жен­ской не­за­ви­си­мо­с­ти и воз­мож­но­с­ти се­бя ре­а­ли­зо­вать за пре­де­ла­ми до­ма и се­мьи. Я ра­да, что для ме­ня и для боль­шин­ст­ва мо­их по­друг му­жья, на рав­ных уча­ст­ву­ю­щие в до­маш­нем хо­зяй­ст­ве, – это уже нор­ма. При­чём муж­чин это со­вер­шен­но не уг­не­та­ет. На­обо­рот, та­кие от­но­ше­ния да­ют им очень мно­го пре­иму­ществ. И од­но из са­мых глав­ных – ви­деть ря­дом с со­бой дей­ст­ви­тель­но сча­ст­ли­вую и ин­те­рес­ную жен­щи­ну!

– Оз­ву­чу ещё кра­моль­ную мысль: мо­жет быть, де­ло сов­сем не в пра­ви­тель­ст­вен­ных про­грам­мах, а про­сто по сво­ей при­ро­де жен­щи­на не пред­наз­на­че­на к то­му, что­бы тво­рить? И мозг у жен­щи­ны мень­ше, и ас­со­ци­а­тив­ных цен­т­ров моз­га то­же, и би­о­хи­мия дру­гая. Что-то сред­нее на­пи­сать, ко­неч­но, в со­сто­я­нии, а вот ге­ни­аль­ное – нет! Спо­соб­ны ли жен­щи­ны в прин­ци­пе под­нять­ся вы­ше ли­те­ра­ту­ры «кух­ни»?

– То, о чём ты го­во­ришь, на­зы­ва­ет­ся «би­о­ло­ги­че­с­кий де­тер­ми­низм», то есть по­пыт­ка вы­явить ка­кую-то за­ви­си­мость меж­ду фи­зи­о­ло­ги­ей че­ло­ве­ка и его вну­т­рен­ни­ми ка­че­ст­ва­ми, вклю­чая и ин­тел­лект. На­сколь­ко я знаю, по­ст­ро­ить ка­кую-ли­бо по­сле­до­ва­тель­ную те­о­рию на этот счёт по­ка ещё ни­ко­му не уда­лось, так что пред­мет раз­го­во­ра по­лу­ча­ет­ся не­сколь­ко умо­зри­тель­ный. Лич­но я пред­по­чи­таю ори­ен­ти­ро­вать­ся на прак­ти­че­с­кий ис­то­ри­че­с­кий опыт, ко­то­рый по­ка­зы­ва­ет, что сре­ди ве­ли­ких мыс­ли­те­лей и де­я­те­лей ис­кус­ст­ва не так уж ма­ло жен­щин. При­чём их ко­ли­че­ст­во рез­ко уве­ли­чи­ва­ет­ся по ме­ре то­го, как об­ще­ст­во от­кры­ва­ет жен­щи­нам всё но­вые воз­мож­но­с­ти и по­ля де­я­тель­но­с­ти. То есть жен­щи­на не толь­ко спо­соб­на, но и ре­гу­ляр­но под­ни­ма­ет­ся не про­сто вы­ше «кух­ни», а до за­об­лач­ных вы­сот!

– Сов­сем не­дав­но в жур­на­ле «Не­ва» вы­шел твой ро­ман «Ка­мер­то­ны Гре­ля» (ду­маю, из­да­те­лей он то­же обя­за­тель­но за­ин­те­ре­су­ет). Твоя ге­ро­и­ня одер­жи­ма же­ла­ни­ем пи­сать, ей важ­но вы­ска­зать се­бя. Мо­жет ли ли­те­ра­ту­ра по­мочь пре­одо­леть вну­т­рен­ний ха­ос и гар­мо­ни­зи­ро­вать от­но­ше­ния с ми­ром?

– Да, моя ге­ро­и­ня дей­ст­ви­тель­но одер­жи­ма пись­мом, и вро­де бы ни­что в её жиз­ни не пре­пят­ст­ву­ет ли­те­ра­тур­ной де­я­тель­но­с­ти. Она по­лу­чи­ла хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние, вра­ща­ет­ся в бо­гем­ной сре­де, у неё лю­бя­щий и ни­как не ог­ра­ни­чи­ва­ю­щий её сво­бо­ду муж. Но всё-та­ки че­го-то не хва­та­ет... Она чув­ст­ву­ет в се­бе вну­т­рен­ний ба­рь­ер, че­рез ко­то­рый очень труд­но про­рвать­ся. Ро­ман ос­тав­ля­ет от­кры­тым во­прос об ис­тин­ной при­ро­де это­го ба­рь­е­ра, но, по­жа­луй, во гла­ве уг­ла здесь сто­ит про­бле­ма ав­то­ри­те­та. Ведь се­рь­ёз­ный пи­са­тель – это по тра­ди­ции учи­тель жиз­ни, тво­рец ми­ров и по су­ти по­сред­ник меж­ду зем­лёй и не­бом. Пре­тен­до­вать на та­кую роль, бу­ду­чи жен­щи­ной, на са­мом де­ле про­сто страш­но! И всё-та­ки моя ге­ро­и­ня чув­ст­ву­ет, что это её при­зва­ние, от ко­то­ро­го по боль­шо­му счё­ту ни­ку­да не деть­ся, но ко­то­ро­му она по­ка всё-та­ки не ре­ша­ет­ся по-на­сто­я­ще­му сле­до­вать. От­сю­да и воз­ни­ка­ет в ней со­сто­я­ние не­ре­а­ли­зо­ван­но­с­ти, дис­гар­мо­нии. Мо­жет ли ли­те­ра­ту­ра от это­го из­ле­чить? В дан­ном слу­чае да! По­то­му что в ка­кой-то мо­мент нуж­но про­сто за­быть обо всём и на­чать пи­сать, да­же ри­с­куя быть не­по­ня­той. Или чи­тать. По­то­му что в ка­кой бы об­ла­с­ти жен­щи­на ни чув­ст­во­ва­ла в се­бе по­треб­ность ре­а­ли­зо­вать­ся, я на­де­юсь, та­кие тек­с­ты, как мой, мо­гут по­мочь ей пе­ре­стать бо­ять­ся са­мой се­бя.

– Од­ним из ге­ро­ев кни­ги стал Эду­ард Грель – ди­рек­тор ака­де­мии пе­ния в Бер­ли­не, ор­га­нист, ком­по­зи­тор XIX ве­ка. Те­бе уда­лось до­ста­точ­но точ­но вос­про­из­ве­с­ти его ме­му­а­ры. Труд­но ли бы­ло пи­сать от ли­ца муж­чи­ны?

– Сра­зу хо­чу ска­зать, что у ме­ня не бы­ло за­да­чи как мож­но бо­лее до­сто­вер­но вос­про­из­ве­с­ти ме­му­а­ры ре­аль­ной ис­то­ри­че­с­кой лич­но­с­ти. Я со­зда­ва­ла сво­е­го ге­роя за­но­во, ис­поль­зуя фак­ты би­о­гра­фии толь­ко как от­прав­ную точ­ку. На­мно­го важ­нее бы­ло для ме­ня при­ду­мать для не­го язык, ко­то­рый с од­ной сто­ро­ны изоб­ли­чал бы в нём че­ло­ве­ка сво­ей эпо­хи и в то же вре­мя об­ра­щал вни­ма­ние на те пе­ре­жи­ва­ния, ко­то­рые бы­ли бы нам аб­со­лют­но по­нят­ны и близ­ки се­го­дня. Эду­ард Грель – фи­гу­ра вто­ро­сте­пен­ная да­же для не­мец­кой му­зы­ки, но ино­гда, как мне ка­жет­ся, имен­но че­рез не­что вто­ро­сте­пен­ное, пло­хо изу­чен­ное и не из­ба­ло­ван­ное вни­ма­ни­ем нам мо­жет от­крыть­ся что-то важ­ное. Кста­ти, этот по­сто­ян­ный страх, что те­бя не пой­мут и не ус­лы­шат, а так­же не­об­хо­ди­мость всё вре­мя бо­роть­ся за вни­ма­ние, сбли­жа­ют его с глав­ной ге­ро­и­ней ро­ма­на. По­это­му пи­сать от его име­ни бы­ло для ме­ня бо­лее-ме­нее ес­те­ст­вен­но. В ка­кой-то ме­ре он то­же жен­щи­на!

– Ка­ков твой пи­са­тель­ский круг об­ще­ния в Бер­ли­не? Это рус­ские ав­то­ры или не­мец­кие? На­сколь­ко важ­на для пи­са­те­ля сре­да, на­ли­чие еди­но­мы­ш­лен­ни­ков ря­дом?

– Рус­ской ли­те­ра­тур­ной жиз­ни в Бер­ли­не, ко­неч­но, нет. Но, мо­жет быть, это и к луч­ше­му. С од­ной сто­ро­ны, не­мно­го за­ви­дую кол­ле­гам из Моск­вы или Санкт-Пе­тер­бур­га, ко­то­рым прак­ти­че­с­ки каж­дый ве­чер есть ку­да пой­ти и с кем по­об­щать­ся. С дру­гой – очень хо­ро­шо по­ни­маю, как та­кие ме­ро­при­я­тия мо­гут пре­вра­щать­ся в обя­зан­ность и как ли­те­ра­тур­ное об­ще­ние по­сте­пен­но на­чи­на­ет вы­тес­нять­ся свет­ским. Всех этих со­блаз­нов в Бер­ли­не про­сто не су­ще­ст­ву­ет! Так что есть воз­мож­ность со­сре­до­то­чить­ся на са­мом су­ще­ст­вен­ном. Жизнь от­шель­ни­ка пи­са­те­лю в ка­кой-то ме­ре да­же по­лез­на. Впро­чем, Бер­лин – од­на из ев­ро­пей­ских сто­лиц, и сю­да не­ред­ко при­ез­жа­ют ли­те­ра­тур­ные звёз­ды со все­го ми­ра – в том чис­ле и из Рос­сии. Вот с ни­ми ста­ра­юсь об­щать­ся и че­му-то у них учить­ся. И они у ме­ня, на­де­юсь, то­же че­му-то учат­ся. Кста­ти, сов­сем не ­о­бя­за­тель­но, что мы с ни­ми еди­но­мы­ш­лен­ни­ки. Ино­гда ин­те­рес­но имен­но столк­но­ве­ние про­ти­во­по­лож­ных мне­ний, эс­те­ти­че­с­ких и жиз­нен­ных по­зи­ций. Это со­зда­ёт очень пло­до­твор­ную поч­ву для раз­ви­тия. А за не­мец­кой ли­те­ра­тур­ной жиз­нью я на­блю­даю в ос­нов­ном со сто­ро­ны, то есть ис­клю­чи­тель­но как чи­та­тель. К со­жа­ле­нию, по­ст­ро­ить от­но­ше­ния с не­мец­ки­ми пи­са­те­ля­ми на рав­ных со­вер­шен­но не­воз­мож­но: я их мо­гу про­чи­тать, а они ме­ня нет. Так что бу­дем ждать пе­ре­во­дов!

 

 

 

 

 

 

 


Беседовала Мария СКРЯГИНА




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования