Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №08. 24.02.2012

МУЖЧИН Я ЗНАЮ КАК ОБЛУПЛЕННЫХ

 Бранка Такахаши (урождённая Миладинович). Родилась в 1970 году в бывшей Югославии. По национальности сербка. По гражданству японка. Замужем за японцем, мать одного полуяпонца. По образованию японовед. Пишет – на сербском, русском и японском языках. Переводит, в основном, с русского на сербский и обратно. Художественные фотографии делает на Canon Eos Kiss.

В настоящее время живёт в Японии, пишет на японском, показывает моноспектакли на японском (и судорожно пытается удержать русский и сербский языки).

 

Бранка ТАКАХАШИ
Бранка ТАКАХАШИ

– Бран­ка, те­бе как все­гда при­дёт­ся от­ве­чать сра­зу на не­сколь­ких фрон­тах. Как от­но­сят­ся к пи­шу­щим жен­щи­нам в Сер­бии и Япо­нии? Яв­ля­ет­ся ли мо­ве­то­ном фра­за: «Жен­щи­на не мо­жет быть твор­цом» или это в по­ряд­ке ве­щей? И что те­бе до­ве­лось ус­лы­шать в Рос­сии на этот счёт?

– Как ни стран­но, Сер­бию я в этом смыс­ле знаю мень­ше, чем Рос­сию и Япо­нию. Мне лич­но не при­хо­ди­лось стал­ки­вать­ся с дис­кри­ми­на­ци­ей, но это, ско­рее все­го, по­то­му что я там не жи­ву. Я на­шла се­бе ма­лень­кую ни­шу в не­сколь­ких серб­ских лит­жур­на­лах, в ко­то­рых пол ав­то­ра не об­суж­да­ет­ся, но то, что и в Сер­бии ли­те­ра­ту­ра ос­та­ёт­ся ми­ром, в ко­то­ром муж­чи­ны пра­вят, а жен­щи­ны пы­та­ют­ся за­во­е­вать по­зи­ции – не ос­тав­ля­ет со­мне­ния. Об этом очень от­кры­то, не ща­дя ни­ко­го, го­во­рит моя лю­би­мая по­этес­са Рад­ми­ла Ла­зич, ко­то­рую ста­ли удо­с­та­и­вать не­ко­то­рых круп­ных пре­мий по­сле то­го, как их по­де­ли­ли меж­ду все­ми, ко­му не лень по­лу­чать – меж­ду муж­чи­на­ми, ес­те­ст­вен­но. Ес­ли ав­тор муж­чи­на – это уже обе­ща­ет, это знак ка­че­ст­ва ап­ри­о­ри, тог­да как жен­щи­на долж­на до­ка­зы­вать, она стар­ту­ет с ми­ну­со­вой по­зи­ции.

В Япо­нии на ме­ня смо­т­рят в пер­вую оче­редь как на ино­ст­ран­ку. «Жен­скость», и моя, и мо­ей про­зы, по­ка ни у ко­го не вы­зы­ва­ла от­тор­же­ния. Мне бы­ло ин­те­рес­но, как здесь жи­вёт­ся и пи­шет­ся жен­щи­нам, и для се­бя я сде­ла­ла вы­вод, что дис­кри­ми­на­ции быть не долж­но – ведь ещё де­сять ве­ков на­зад они тво­ри­ли, и име­на не­ко­то­рых из них ос­та­ют­ся до сих пор из­ве­ст­ны­ми бук­валь­но всем. Это Му­ра­са­ки Ши­ки­бу, ав­тор «По­ве­с­ти о Генд­зи», за­тем Сей Шо­на­гон («За­пи­с­ки у из­го­ло­вья») и не­ма­лое ко­ли­че­ст­во по­этесс. Так бы­ло в ста­ри­ну, а те­перь тем бо­лее – пол­ки в книж­ных ма­га­зи­нах про­сто ки­шат жен­ски­ми име­на­ми. И я ста­ла спра­ши­вать у зна­ко­мых пи­са­тель­ниц – всё ли так ра­дуж­но в са­мом де­ле? «Да, – от­ве­ча­ют, – жен­щи­нам не пре­пят­ст­ву­ют пе­ча­тать­ся». Толь­ко, ока­зы­ва­ет­ся, де­ло не в ли­те­ра­ту­ре и не в ши­ро­ких взгля­дах ре­дак­то­ров-муж­чин, а в мо­ло­до­с­ти и кра­со­те пи­са­тель­ниц. Но от та­ко­го от­но­ше­ния к жен­щи­нам-ав­то­рам ли­те­ра­ту­ра не вы­иг­ры­ва­ет. Я бо­юсь, что ско­ро нач­нёт­ся оже­с­то­чён­ная кри­ти­ка ав­то­ров жен­ско­го по­ла, и, как это все­гда бы­ва­ет, кри­ти­ка эта бу­дет огуль­ная, ми­ше­нью ста­нут все пи­шу­щие жен­щи­ны по­го­лов­но. То есть Япо­нии толь­ко пред­сто­ит то, что про­ис­хо­дит в Рос­сии.

Об от­но­ше­нии к жен­щи­не-пи­са­те­лю в Рос­сии я знаю не по­на­слыш­ке. «Сти­хи пи­сать – ку­да ни шло, но про­зу... не­е­ет, это муж­ское де­ло!» – го­во­ри­ли мне пря­мо в ли­цо. А ре­цен­зент ха­ба­ров­ско­го «Даль­не­го Вос­то­ка» на­пи­сал обо мне не­ма­ло ле­ст­ных слов, но без лож­ки дёг­тя всё-та­ки не обо­шлось. Про­ци­ти­рую толь­ко яр­ко вы­ра­жен­ную ан­ти­баб­скую мысль: «На не­ко­то­рых рас­ска­зах Б.Та­ка­ха­ши чув­ст­ву­ет­ся клей­мо так на­зы­ва­е­мой жен­ской про­зы. Воз­мож­но, ни­че­го страш­но­го в этом нет. Но, на мой взгляд, для «жен­ской про­зы» су­ще­ст­ву­ют жен­ские жур­на­лы, в том чис­ле и ли­те­ра­тур­ные». Вот так вот... нас на­до в ре­зер­ва­цию, как ин­дей­цев. Вы сей­час уди­ви­тесь, но я с та­ким ут­верж­де­ни­ем не то что­бы не со­глас­на. В Сер­бии не­сколь­ко лет вы­хо­дил за­ме­ча­тель­ный «тол­стый жур­нал» «PROfemina», где боль­шин­ст­во ав­то­ров бы­ли – ес­те­ст­вен­но! – ав­тор­ши (гла­вре­дак­то­ром ра­бо­та­ла Рад­ми­ла Ла­зич), но муж­ские име­на то­же мель­ка­ли. Вот в та­кой ре­зер­ва­ции мне бы­ло бы не обид­но. Осо­бен­но ес­ли по­доб­ная при­над­леж­ность – де­ло соб­ст­вен­но­го вы­бо­ра, а не ре­ше­ния ка­ко­го-ни­будь муж­ско­го свы­ше.

– По­че­му всё-та­ки жен­щи­на ос­тав­ля­ет Kinder, Kuсhe, Kirche и идёт тво­рить? Не жерт­ву­ет ли она про­зой жиз­ни во имя про­зы до­воль­но эфе­мер­ной? И о чём она мо­жет ска­зать, кро­ме вы­ше­наз­ван­но­го?

– Че­слав Ми­лош, поль­ский по­эт, ла­у­ре­ат Но­бе­лев­ской пре­мии, ху­дож­ни­ков оп­ре­де­лил как «лю­дей, ко­то­рые со­вер­шен­ст­во про­из­ве­де­ний ста­ви­ли вы­ше сво­их обя­зан­но­с­тей су­пру­гов, от­цов, бра­ть­ев, со­граж­дан». Мо­жет, всё де­ло в стрем­ле­нии к ём­ко­с­ти вы­ска­зы­ва­ния, а мо­жет, ве­ли­ко­му че­ло­ве­ку не при­хо­ди­ло в го­ло­ву, что в та­кое тол­ко­ва­ние твор­че­с­ко­го че­ло­ве­ка мож­но (и нуж­но!) вклю­чить и жен­щи­ну. Об этом то­же мо­жем по­раз­мы­ш­лять в рам­ках на­шей те­мы, но я сей­час о дру­гом: не­ко­то­рым жен­щи­нам «со­вер­шен­ст­во про­из­ве­де­ний» так­же важ­нее мно­го­го дру­го­го (и уж точ­но важ­нее, чем Kuсhe и Kirche!); они не ста­нут за­во­дить се­мьи, пол­но­стью по­свя­щая се­бя ис­кус­ст­ву – при­ме­ров не­ма­ло. Есть, опять же, дру­гие, ко­то­рые бу­дут по­сто­ян­но рвать­ся меж­ду про­зой жиз­ни и тем, что ты на­зва­ла «про­зой до­воль­но эфе­мер­ной».

Те, ко­то­рые жен­щин-пи­са­те­лей уп­ре­ка­ют в том, что они пи­шут о ба­наль­ных ве­щах (кух­ня, де­ти, му­жья, лю­бов­ни­ки, слё­зы...), не по­ни­ма­ют, что кух­ня, де­ти и т.д. яв­ля­ют­ся лишь де­ко­ром, лишь фо­ном, а те­ма про­из­ве­де­ния – лю­бовь, не­на­висть, ло­яль­ность, пре­да­тель­ст­во, друж­ба, рев­ность... А о чём пи­шет муж­чи­на? О ры­бал­ке, фут­бо­ле, вой­не, ос­но­ва­нии и кру­ше­нии боль­ших кор­по­ра­ций... Ес­ли он пи­шет о ры­бал­ке, фут­бо­ле, вой­не, ос­но­ва­нии и кру­ше­нии боль­ших кор­по­ра­ций – и не бо­лее, то по­лу­ча­ют­ся по­со­бия по изу­че­нию во­ен­ных так­тик (для во­ен­ных ака­де­мий, что ли?), учеб­ни­ки о биз­не­се и ме­недж­мен­те (для ву­зов биз­не­са и ме­недж­мен­та, что ли?), са­мо­учи­те­ли о при­ёмах в фут­бо­ле и спо­со­бах ры­ба­чить в раз­ных во­до­ёмах и в раз­ные се­зо­ны го­да. Но это не ли­те­ра­ту­ра!

Да я, ко­неч­но, шу­чу – по­то­му что да­же ког­да муж­чи­на пи­шет ро­ман (рас­сказ, сти­хо­тво­ре­ние...) с упо­треб­ле­ни­ем та­ких ти­пич­но муж­ских ат­ри­бу­тов, он всё же пи­шет о люб­ви, не­на­ви­с­ти, ло­яль­но­с­ти, пре­да­тель­ст­ве, друж­бе, рев­но­с­ти... То есть, пи­шем мы по-раз­но­му, но об од­ном и том же.

– В тво­их рас­ска­зах (опуб­ли­ко­ван­ных в жур­на­лах «Не­ва», «Но­вая юность» и «День и ночь») с горь­кой иро­ни­ей по­ве­ст­ву­ет­ся о не­лёг­кой жен­ской до­ле. Ре­френ од­но­го из них «prala sudove» – «мы­ла по­су­ду, мы­ла по­су­ду, мы­ла по­су­ду» сим­во­ли­зи­ру­ет тот еже­днев­ный быт и ру­ти­ну, где хруп­кой му­зе нет ме­с­та. Как те­бе уда­ёт­ся най­ти вре­мя для твор­че­ст­ва – ведь ты ещё пи­шешь пье­сы, пе­ре­во­дишь с серб­ско­го и на серб­ский, япон­ский, се­рь­ёз­но за­ни­ма­ешь­ся фо­то­гра­фи­ей, у те­бя пре­крас­ная се­мья, сын?

– Я из той вто­рой ка­те­го­рии твор­че­с­ких жен­щин (о ко­то­рых я упо­ми­на­ла вы­ше, ци­ти­руя Ч.Ми­ло­ша). У ме­ня се­мья, и на­сколь­ко бы ни хо­те­лось быть иде­аль­ной же­ной и ма­те­рью, до­му, му­жу и ре­бён­ку ино­гда при­хо­дит­ся по­до­ждать. Ино­гда «мою по­су­ду, мою по­су­ду, мою по­су­ду», и не по­лу­ча­ет­ся ни од­ной стро­ки в день, а ино­гда вы­швы­ри­ваю му­жа и ре­бён­ка (вме­с­те с по­су­дой, ха-ха!) на дет­скую пло­щад­ку, и пи­шу. Уп­ро­щён­но – так вы­гля­дит моя еже­днев­ная борь­ба меж­ду «пи­шу­щей» и «жен­щи­ной». На са­мом де­ле, всё это воз­мож­но сов­ме­щать, толь­ко на­до хо­ро­шо ор­га­ни­зо­вать­ся и по­про­щать­ся с рас­слаб­лен­ной жиз­нью. Но я ни о чём не жа­лею и не чув­ст­вую се­бя ущем­лён­ной. Ес­те­ст­вен­но, вре­ме­ни ос­та­ёт­ся раз­ве что по­пла­кать­ся из­ред­ка в жи­лет­ку по­дру­гам о том, ка­кая я бед­ная, как ни­че­го не ус­пе­ваю, ка­кая я ник­чём­ная же­на и мать – но это ведь так при­ят­но и це­леб­но!

– Дру­гая сто­ро­на тво­ей про­зы – тон­кий пси­хо­ло­гизм. В но­вел­ле «Ма­рь­я­на на­шей ста­ро­сти» по­ве­ст­во­ва­ние ве­дёт­ся от ли­ца двух муж­чин, Мар­ко и Вла­да­на. Бы­ли ли у них про­то­ти­пы? Как ты ре­ши­лась по­смо­т­реть на жен­щи­ну муж­ским взгля­дом? Мно­гое ли ты пе­ре­но­сишь в свои рас­ска­зы из жиз­ни?

– Прак­ти­че­с­ки всё ли­бо из мо­ей жиз­ни, ли­бо под­смо­т­ре­но в жиз­ни мо­е­го близ­ко­го ок­ру­же­ния. По­рой да­же не рас­поз­наю гра­ниц! Зна­чит, всё, о чём пи­шу, име­ет ка­кое-то от­но­ше­ние ко мне. Мо­гу пи­сать толь­ко о том, что я лич­но ви­де­ла или по­чув­ст­во­ва­ла... ну, поч­ти всё из лич­но­го опы­та. Толь­ко тог­да по­лу­ча­ют­ся жи­вые, убе­ди­тель­ные пер­со­на­жи. Мар­ко и Вла­да­на я то­же знаю, прав­да, их пси­хо­ло­ги­че­с­кие пор­т­ре­ты я при­ду­ма­ла. Это был боль­шой вы­зов – я ведь по­ка не бы­ла в их воз­ра­с­те, а тем бо­лее, ни­ког­да не бы­ла муж­чи­ной. Бы­ло страш­но; я бо­я­лась, что муж­ские чи­та­те­ли мне ска­жут, что мои Мар­ко и Вла­дан с ре­аль­ны­ми муж­чи­на­ми ни­че­го об­ще­го не име­ют. Но ока­зы­ва­ет­ся, что по­па­ла в яб­лоч­ко. Те­перь мне ка­жет­ся – муж­чин я знаю как об­луп­лен­ных! Хо­чу вос­поль­зо­вать­ся слу­ча­ем и от­кры­ваю кон­курс «Уди­ви­те Бран­ку». Ни­че­го, что я не­мно­го ёр­ни­чаю?

– Мне нра­вит­ся твой юмор. Хо­чу ещё не­пре­мен­но спро­сить: ка­кие серб­ские ав­то­ры до­стой­ны вни­ма­ния рус­ско­го чи­та­те­ля?

– Па­ви­ча и Пе­т­ро­ви­ча все зна­ют, не так ли? Из стар­ше­го по­ко­ле­ния на­до обя­за­тель­но чи­тать Вла­да­на Дес­ни­цу и Ме­шу Се­ли­мо­ви­ча (Се­ли­мо­вич, ка­жет­ся, пе­ре­ве­дён на рус­ский язык, Дес­ни­цу пе­ре­во­ди­ла я, но по­ка ни­где не на­пе­ча­та­но. Мож­но я ещё раз вос­поль­зу­юсь слу­ча­ем и от­крою кон­курс «Пе­ча­тай­те пе­ре­вод Бран­ки»? Я это серь­ёз­но!), от мо­ло­дых – Вла­ди­ми­ра Ар­се­ни­е­ви­ча, Ми­ха­и­ла Пан­ти­ча, Ма­рию Йо­ва­но­вич, Йе­ле­ну Лен­голд, Гор­да­ну Чи­ря­нич... Не знаю, ко­го из них пе­ре­во­ди­ли, но ре­ко­мен­дую пе­ре­вод­чи­кам за­ин­те­ре­со­вать­ся эти­ми име­на­ми.

– Япо­ния пе­ре­жи­ла чу­до­вищ­ное зем­ле­тря­се­ние и ра­ди­а­ци­он­ную ка­та­ст­ро­фу. Та­кие со­бы­тия ме­ня­ют жизнь на­всег­да. Как из­ме­ни­лось ми­ро­ощу­ще­ние лю­дей? И чем мо­жет по­мочь пи­са­тель в та­кой си­ту­а­ции?

– По­сле ка­та­ст­ро­фы рез­ко вы­рос­ло ко­ли­че­ст­во как бра­ко­со­че­та­ний, так и раз­во­дов. Каж­дый че­ло­век, будь это бук­валь­но еле вы­жив­ший по­сле цу­на­ми, ли­бо ока­зав­ший­ся на ок­ра­и­не со­бы­тий, зна­ю­щий их толь­ко по те­ле­ви­зо­ру, ска­жет вам та­кую фра­зу: «Я по­нял(а) зна­че­ние се­мьи». В Япо­нии каж­дый год в кон­це де­ка­б­ря вы­би­ра­ет­ся сло­во, ко­то­рое луч­ше все­го обо­зна­чи­ло ухо­дя­щий год. Сло­вом 2011 го­да вы­бра­на «связь». Это сло­во, ко­то­рое ча­ще все­го по­вто­ря­ли япон­цы по­сле ка­та­ст­ро­фы. Связь с се­мь­ёй, с дру­ги­ми людь­ми да­ёт си­лы ид­ти даль­ше. Вот по­че­му мно­гие па­ры, ко­то­рые толь­ко встре­ча­лись и, мо­жет, со­би­ра­лись по­же­нить­ся как-ни­будь, по­бе­жа­ли в ЗАГС! С дру­гой сто­ро­ны, та­кое мощ­ное со­бы­тие – как ка­та­ст­ро­фа 11 мар­та про­шло­го го­да – ста­ла ис­пы­та­ни­ем проч­но­с­ти свя­зи меж­ду сло­жив­ши­ми­ся па­ра­ми. Ока­за­лось, что у мно­гих ми­ро­воз­зре­ние от­ли­ча­ет­ся боль­ше, чем они ду­ма­ли, и это при­ве­ло к раз­во­дам. То есть, Япо­нию про­тряс­ло на всех уров­нях.

Что мо­жет в та­кой си­ту­а­ции пи­са­тель? На пер­вых по­рах со­би­рать­ся, чи­тать свои про­из­ве­де­ния, а день­ги от вход­ных би­ле­тов от­да­вать по­ст­ра­дав­шим. И та­кие ак­ции на­ча­лись бук­валь­но че­рез не­сколь­ко дней по­сле зем­ле­тря­се­ния! В То­кио, где от­клю­ча­ли свет и аф­тер­шо­ки пу­га­ли пуб­ли­ку. Я то­же при­ня­ла уча­с­тие в од­ном из та­ких ли­те­ра­тур­ных ве­че­ров.

Это для на­ча­ла. А по­том – пи­сать о пе­ре­жи­том го­ре. По­сле вой­ны – всплеск про­из­ве­де­ний о вой­не. То, что слу­чи­лось в Япо­нии, ни­чем не ус­ту­па­ет ужа­су вой­ны. И об этом на­до го­во­рить. Сло­во ле­чит.


Беседовала Мария СКРЯГИНА




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования