Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №23. 07.06.2013

СТОПРОЦЕНТНАЯ СТАБИЛЬНОСТЬ КАК ДЕГРАДАЦИЯ

Богдан ТКАЧЁВ к своим сорока семи годам написал четыре романа. Два из них – «И аз воздам» и «Эра Бессмертия» – имели блестящую прессу. Однако сам он считает, что ничего у него не сложилось, всё было сделано зря и он остался у разбитого корыта. Так ли это?

 

Богдан ТКАЧЁВ
Богдан ТКАЧЁВ

– Начну с философского вопроса. Если бы вам выпал шанс прожить жизнь заново, то что бы вы изменили?

– Я сам постоянно об этом думаю. Хотелось бы изменить буквально всё, но, боюсь, не получилось бы ничего.

– Почему?

– Писать я начал с четырёх лет – ещё читать не умел, а уже что-то карябал значками, которые я сам понимал. Я не придумал, что я писатель, это всегда во мне было. Сейчас я написал свою последнюю книгу – думаю, это последний мой шанс выйти на широкую публику. Продал квартиру, приехал сюда, то есть, у меня сейчас ни кола ни двора. Отдал всё, что мог. Не добился, конечно, ничего. Но пришёл к выводу, что всю жизнь занимался делом бесполезным и бессмысленным, жизнь свою сломал. Нужно было сосредоточиться на чём-нибудь другом и делать что-нибудь другое, как все люди.

Но призвание – такая штука, которая человека всю жизнь заставляет делать то, что ему невыгодно. То есть, человек это делает не потому, что хочет, а потому что деваться ему некуда. Всегда у меня мысли были устремлены в одном направлении, и боюсь, что если бы начал заново, если это опять был бы я, то получилось бы то же самое.

– Возможно ли, что в ваших неудачах виновен тот фактор, что вы из провинции?

– Конечно, это главный фактор! Это та самая провинция – купринская, чеховская, где всё подыхает. Сейчас, конечно, и в Москве реализовать себя как писателя нереально, но ещё лет десять назад можно было. В Москве и издательства были, и писателей брали, и даже некоторые издательства сами обращались, находили меня в моей тундре, просили рукописи не единожды. И тексты в набор сдавались, оставалось только под станок пустить. Но меня в Москве не было, естественно, кто-то инициативу перехватывал, всё откладывалось в долгий ящик, так это и сгорело. Будь я в Москве десять лет назад, всё могло бы быть по-другому.

– Но, с другой стороны, вы из города Нижневартовска – небедного края. Можно было бы привлечь спонсорские деньги…

– Да можно было бы и на свои издать. К тому же я квартиру продал. Это было бы и дешевле, и надёжнее. Но куда там эти книги девать? Весь книжный рынок России у Москвы. Распространение книг на широкую аудиторию ведётся только через Москву. В Нижневартовске печатаются книги, но потом они лежат мёртвым грузом, никуда не расходясь.

– А почему вы тогда не поехали в Москву, на несколько месяцев, почему не попытались?

– Я издавал свою книгу семь месяцев, и мне говорят, что это ещё очень короткий срок. Без личного присутствия никакие вопросы не решаются. То распечатка нужна, чтобы утвердить макет книги, то ещё что. Мне целых восемь распечаток давали – никак не хотели исправлять свои ошибки. И чисто психологически очень важно быть здесь. Когда человек не в Москве, всё заканчивается, никто ничего делать не будет.

– А сейчас, когда вы продали всё и переехали в Москву, издательства вам отказывают?

– Во-первых, издательства отвечают, что работают только с теми авторами, с которыми они работают с 90-х годов, а новых никто не берёт. Некоторые небольшие издательства продолжают брать новых писателей, но сразу спрашивают: «У вас женский роман или остросюжетный детектив? Нет? Тогда нам не надо». Это плоды государственной политики на отупление граждан. Режим поддерживается исключительно дураками, если говорить честно. Дураки государству выгодны, поэтому и образование у нас намеренно опускается ниже плинтуса. Это касается и телевидения, которое становится всё тупее с каждым днём, и издательства в этом принимают непосредственное участие. Книги выпускаются для дураков. Это государственная политика, тут бесполезно воевать против.

– Но ведь есть на рынке и сегмент серьёзной литературы

– Есть, но авторы имеют какие-то свои выходы, мне неизвестные. Я не смог выйти ни на одного человека, от которого что-либо зависело в редакции. На Путина легче выйти, чем на редактора в издательстве. Все скрываются.

– Сейчас идёт тенденция на уменьшение процента бумажной литературы. И даже раскрученные писатели жалуются, что продавать книги и зарабатывать на этом очень сложно.

– Практически невозможно. Пиратство тотальное. Когда всё встанет на цивилизованные рельсы, чтобы книги продавались в интернете – неизвестно. Во-первых, все скачивают книги в интернете бесплатно. Во-вторых, люди, которые ищут, что почитать в интернете, ищут что полегче. Там серьёзная литература не идёт, как правило. Если человек приходит в книжный магазин, он может покопаться на полках, найти, что ему надо, как мы привыкли. В интернете он ищет конкретную книгу. Там не покопаешься. То есть, если книга раскручена, то человек её найдёт, а если она просто находится среди прочих, её никто не будет искать и никто не увидит. Интернет – это бездонный океан.

– Как вы считаете, много ли писателей оказались в ситуации, подобной вашей?

– Немерено. Практически все провинциальные авторы. Нужен волшебный случай, чтоб человек смог вырваться оттуда. Я уже говорил, всё описано у классиков – и у Чехова, и у Куприна. В провинции всё подыхает. Провинция – это духовная смерть.

– Вы думали о том, как ситуация могла бы измениться?

– Это государственная политика, которая чётко направлена на оглупление населения. Ничего не будет, пока не изменится государственная политика. А для  её смены нужна смена всей власти.

– А о смене власти в нашей стране думать рано?

– Да, хотя в России всё происходит неожиданно.

– Вы следите за политической активностью в стране?

– А как же! Не просто слежу, но я ходил на все крупнейшие мероприятия белоленточников. Правда, понял, что это тоже бесполезно.

– А есть среди лидеров того же белоленточного движения яркие лидеры, которые могли бы взять на себя инициативу?

– Лидеры есть. Но с их идеологией ненасильственного сопротивления они ни на что не способны. Они уж очень интеллигентны. Они могут бузить, раскачивать лодку, но неспособны что-либо сделать совершенно. Потому что главные вопросы у нас – социальные, а они на них совершенно не обращают внимания. У них демократия, конституция – отвлечённые понятия. Народ за этими понятиями не пойдёт! Народу нужно решать социальные проблемы. А господа интеллигенция – Каспаровы, Навальные и так далее – не обращают внимание на социалку. Массы они за собой не поведут.

– Как вы думаете, сложившаяся ситуация типична только для нашей страны? Или в США и Европе тенденция та же?

– Про США не знаю, это страна, которая и запустила по всему миру развлекаловку вместо мышления. Про Европу сложно что-либо сказать, но спрос на оригинальные книги сохраняется. Европейцы пытаются создать что-то своё, у них оригинальность – во главе угла. То есть, у меня было такое впечатление, что Европа, всё-таки дышит. Но нехорошую, демократическую, в плохом смысле слова, тенденцию, можно и там проследить. Попросту говоря, глупые низы становятся всё более востребованы. И политика, и издательства, и кинематограф ориентируются всё больше на них.

– Недаром практически у всех западных писателей есть литературные агенты…

– У нас в стране закрылись все писательские агентства. Недоразвитый институт агентств сдох ещё в 2010 году, когда и начался тотальный интеллектуальный кризис.

– Россия раньше была самой читающей страной. Неужели из-за какого-то давления сверху всё кануло в Лету?

– Во-первых, давление сверху у нас всегда решает всё. Во-вторых, в наше время не было никаких развлечений кроме чтения. В Москве – ещё куда ни шло, а в провинции не было кинотеатров, телевизор показывал один-два канала, по которым транслировали сплошные съезды КПСС и «Сельский час», поэтому читали все, включая закоренелых двоечников. Причём, те книги, которые тогда считались развлекательными, сейчас воспринимаются чуть ли не как энциклопедии. Читали Жюль Верна, Дюма, Вальтера Скотта те, кто развлекался. Сейчас это интеллектуальная литература. Потом хлынули развлечения – видеомагнитофоны, новое телевидение – развлечения погубили всякое мышление.

– Получается, что научно-технический прогресс делает человека ленивым и невосприимчивым?

– В истории всегда всё идёт по спирали. Бывают этапы подъёма человечества – например, период, который продолжался до конца XX века и длился лет 400. Потом этапы отката – это естественный процесс прилив-отлив. Хочется надеяться, что хоть через какое-то долгое время будет этап духовного подъёма. А этап отката сейчас только начался, он ещё даже не разогнался. Деградация будет гораздо сильнее. Человечество настолько сильно сконцентрируется на практических вещах, таких как электроника, что духовность замрёт, уже замирает.

– Но ведь есть люди, которые могут повлиять на духовность и интеллектуальность общества.

– Конечно, есть, но они не нужны. Если бы они были востребованы, они были бы на высоте и влияли бы. Но они отсранены совершенно намеренно. Даже при советской власти – насколько тогда была единая идеология, а всё-таки мыслящих людей привлекали, требовали, чтоб они придерживались русла генеральной линии партии, чтобы они в этом смысле влияли на общество. Сейчас отстранили и их. Происходит тотальное намеренное одурачивание.

В своё время Иван Грозный спросил у мудреца, что ему делать, чтобы быть авторитетным у своих подчинённых, тот ему ответил, что нужно держать окружение глупей себя. Он так и поступил. И все последующие правители тоже. Так что, если правители умные, они будут делать всё по-умному, и окружат себя умными людьми. Нынешние правители знают, что вокруг должны быть одни идиоты, чтобы выглядеть авторитетно. Что мы и наблюдаем.

– Можете рассказать о своей последней книге?

– Сложно рассказать в двух словах. В книге сочетаются сразу несколько жанров – есть и элементы фантастики, и очень много поэтики и философии, и психологии, и даже эзотерики. Книга, как жгут, сплетена из разных линий. Основное действие происходит в 2074 году. Исходил я из того, что человечество, если чего-то очень хочет, то рано или поздно этого добивается. Хочет человечество больше всего трёх вещей. Во-первых, мирной, комфортной и спокойной жизни. Во-вторых, физического бессмертия (а если жить хорошо и комфортно, то бессмертия хочется ещё больше), причём эксперименты в этом направлении уже дано ведутся, месяц назад один учёный давал интервью, и сказал, что физическое бессмертие станет реальностью всего через пять-шесть лет. И, в-третьих, человечество хочет, чтобы грязную скучную и неприятную работу выполнял кто-нибудь другой. У меня человечество всего этого добивается: Третья мировая война, слияние государств, достижение человечеством всех целей. Комфорт, безопасность, постоянно растущее благосостояние, физическое бессмертие и вечная молодость, а специально выращенные антропоидные биороботы выполняют всю грязную работу. Вроде бы, человечество живёт всё лучше и лучше, но приходится отказаться от рождаемости. Поколение вечное, на смену ему никто не приходит, никаких новых идей не будет. Человечество живёт, наслаждается и постепенно погружается в паразитическую эйфорию. Все совершенно счастливы, и понимают, что это будет длиться вечно. Стремиться не к чему, добиваться нечего, мечтать не о чем. Движение истории всегда обеспечивалось сменой поколений, а здесь его не будет. Только та самая стабильность, о которой все так много говорят. Стабильность стопроцентная. Ведь очень мало кто понимает, что это – путь к деградации. Люди, в конце концов, просто выродятся.

– Кто читатель такой книги?

– Мыслящий человек. Книга рассчитана на людей с кругозором. 


Беседу вела Любовь ГОРДЕЕВА




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования