Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №52. 25.12.2009

ВСЕ ПОЛИТТЕХНОЛОГИИ – ЖУЛЬНИЧЕСТВО

 Тимур Кибиров стоял у истоков радио «Культура». Поэтому я сразу взяла поэта за рога: какие проекты ему удалось реализовать, а какие остались нереализованными?

 

Тимур КИБИРОВ
Тимур КИБИРОВ

– Вы зна­е­те, – при­зна­ёт­ся по­эт, – ес­ли го­во­рить со­вер­шен­но че­ст­но, пло­хо ли, хо­ро­шо ли я пи­шу сти­хи, но это един­ст­вен­ное де­ло, ко­то­рое я ну хоть как-то умею де­лать и ко­то­ро­му я по­свя­тил свою един­ст­вен­ную жизнь.

Всё ос­таль­ное, да­же ра­бо­та на ра­дио «Куль­ту­ра», бы­ло вы­нуж­ден­ным. По­то­му что нуж­но за­ра­ба­ты­вать на жизнь, – за сти­хи, как все вы хо­ро­шо зна­е­те, мож­но ска­зать, не пла­тят… То есть за ог­ром­ную по­эму, опуб­ли­ко­ван­ную в за­ме­ча­тель­ном жур­на­ле «Зна­мя», я по­лу­чил го­но­рар, ко­то­рый поз­во­лял по­си­деть с дву­мя дру­зь­я­ми и от­ме­тить это со­бы­тие. По­нят­но, что сти­ха­ми за­ра­бо­тать нель­зя, по­это­му все, на­сколь­ко я знаю, ны­не жи­ву­щие сти­хо­твор­цы где-то вы­нуж­де­ны ра­бо­тать. Я страш­но пе­ре­жи­ваю, что в своё вре­мя не ов­ла­дел ка­ким-ни­будь внят­ным и до­ход­ным ре­мес­лом... Сей­час мне бы­ло бы го­раз­до лег­че. По­это­му я не мо­гу ска­зать, что ка­кие-то мои твор­че­с­кие ам­би­ции бы­ли не ре­а­ли­зо­ва­ны на ра­дио «Куль­ту­ра». По­шёл ту­да, по­то­му что мне пред­ло­жи­ли, ров­но для то­го, что­бы по­лу­чать ок­лад-жа­ло­ва­нье. Но я че­ст­но ста­рал­ся как-то со­от­вет­ст­во­вать. Ну, вот так, в об­щем, до­воль­но бес­слав­но кон­чи­лось…

– И всё-та­ки по­че­му вы уш­ли с ра­дио «Куль­ту­ра»?

– Тут ни­ка­ких тайн нет. Я ушёл по очень про­стым со­об­ра­же­ни­ям: каж­дый дол­жен сво­им де­лом за­ни­мать­ся. Ра­дио яв­но бы­ло не мо­им де­лом. Я тра­тил ог­ром­ное ко­ли­че­ст­во вре­ме­ни и сил, а ре­зуль­тат был, на мой взгляд, до­воль­но кис­лый.

– В де­вя­но­с­тые го­ды вы уча­ст­во­ва­ли в пред­вы­бор­ных кам­па­ни­ях. На­до ли по­эту лезть в по­ли­ти­ку?

– Я ста­ра­юсь быть от это­го как мож­но даль­ше. И не из ка­ко­го-то вы­со­ко­мер­но­го пре­ду­беж­де­ния, а про­сто по­то­му, что по­ли­ти­ка – дру­гая сфе­ра де­я­тель­но­с­ти. Сла­ва Бо­гу, что у нас всё-та­ки есть ка­кая-то по­ли­ти­ка, в со­вет­ское вре­мя по­ли­ти­ки не бы­ло. По­ли­ти­ка – это что? Это борь­ба за власть не­ко­то­рых внят­ных групп, же­ла­тель­но пар­тий. И это нор­маль­но. Для то­го что­бы за­ни­мать­ся по­ли­ти­кой, нуж­но, как ми­ни­мум, в ней раз­би­рать­ся. По­сколь­ку сей­час всё это уш­ло в ка­кие-то под­ко­вёр­ные иг­ры, то, что­бы по­нять, что же там про­ис­хо­дит, нуж­но по­тра­тить си­лы и вре­мя. Но мне не так мно­го ос­та­лось, мне уже хо­чет­ся чи­тать и ро­ма­ны пи­сать.

А в 90-е го­ды я уча­ст­во­вал в не­сколь­ких пред­вы­бор­ных кам­па­ни­ях. Я со­вер­шен­но ци­нич­но за­ра­ба­ты­вал этим на жизнь, для то­го, что­бы моя доч­ка мог­ла есть вкус­ную и здо­ро­вую еду. И что­бы же­на не сто­я­ла на рын­ке (тог­да без кры­ши) в Конь­ко­во, про­да­вая ко­рей­ский или ки­тай­ский шир­по­треб. Я со­вер­шен­но ци­нич­но по­шёл, мне бы­ло аб­со­лют­но всё рав­но. Ког­да мне ра­бо­то­да­тель что-то рас­ска­зы­вал, объ­яс­нял и по­ка­зал за­да­ток в 500 дол­ла­ров, то я их взял, по­до­ждал, ког­да этот раз­го­вор за­кон­чит­ся, и по­зво­нил: «Лю­би­мая, за­в­т­ра не вы­хо­ди на ры­нок…».

На­сколь­ко я по­ни­маю, моя жал­кая де­я­тель­ность бы­ла аб­со­лют­но бес­смыс­лен­ной, ни­ко­му ни вре­да, ни поль­зы не при­но­си­ла. Это бы­ла осо­бая де­я­тель­ность, о ко­то­рой ког­да-ни­будь кто-ни­будь на­пи­шет. Все эти по­ли­ти­че­с­кие тех­но­ло­гии – жуль­ни­че­ст­во: хи­т­рые и ум­ные ре­бя­та вну­ши­ли про­сто­душ­ным по­ли­ти­кам, что они всё мо­гут сде­лать. А в ито­ге всё де­ло за­гу­би­ли: ге­не­рал Ле­бедь ка­кой был орёл! Он из-за них не про­шёл да­же в Гос­ду­му.

Не­множ­ко, ко­неч­но, мне за всё это обид­но. Ес­ли бы все­го это­го не бы­ло, я бы чув­ст­во­вал се­бя чуть спо­кой­нее. Это про­тив­ная де­я­тель­ность. Ни­че­го осо­бо стыд­но­го я там не де­лал. Бы­ла бы про­фес­сия, был бы крас­но­де­рев­щи­ком – да мог бы пле­вать на это…

– Зна­чит, по­эту, что­бы за­ра­бо­тать на жизнь, на­до за­ни­мать­ся ве­ща­ми, не­свой­ст­вен­ны­ми его при­ро­де. А как вы счи­та­е­те, куль­ту­ра на­ша при­хо­дит в упа­док? Или есть на­деж­да, что се­го­дняш­няя мо­ло­дежь её под­дер­жит и воз­ро­дит?

– Вы ещё вспом­ни­те ше­с­ти­де­ся­тые го­ды. Тог­да вы­со­кий ин­те­рес к по­эзии во мно­гом был обус­лов­лен тем, что по­эзия бра­ла на се­бя не­свой­ст­вен­ные ей функ­ции, и по­эт в Рос­сии был боль­ше, чем по­эт, и бла-бла-бла… На са­мом де­ле это лу­кав­ст­во. По­то­му что вот этой яко­бы пуб­ли­ци­с­тич­но­с­тью и, в об­щем, со­ци­о­по­ли­ти­че­с­кой со­став­ля­ю­щей мас­со­во­го ин­те­ре­са к по­эзии мож­но бы­ло, и то не пол­но­стью, объ­яс­нить все­рос­сий­скую сла­ву Ев­ту­шен­ко.

Но мы зна­ем, что кро­ме это­го маль­чи­ки-де­воч­ки пе­ре­пе­ча­ты­ва­ли не­о­пуб­ли­ко­ван­но­го Гу­ми­лё­ва, Ман­дель­ш­та­ма, Ах­ма­то­ву... Тут, ко­неч­но, то­же бы­ло во мно­гом про­ти­во­сто­я­ние со­вет­ской цен­зу­ре, но не толь­ко. Не­вер­но сво­дить всё толь­ко к то­му, что тог­да это бы­ла фор­ма не­ко­ей со­ци­аль­но-по­ли­ти­че­с­кой ак­тив­но­с­ти. Мне оче­вид­но, что в по­эзии во­об­ще, а так­же в со­вре­мен­ной тог­да по­эзии лю­ди дей­ст­ви­тель­но на­хо­ди­ли что-то не­о­бык­но­вен­но для них важ­ное. Это от­ве­ча­ло их ду­шев­ным и ду­хов­ным по­треб­но­с­тям.

По по­во­ду ны­неш­ней по­эзии. В ней мож­но всё, и я сам ча­с­то гре­шен, го­во­ря и спи­сы­вая на то, что идёт оди­ча­ние. Чи­та­те­лей нет. Все они, вме­с­то то­го, что­бы чи­тать, пред­по­ло­жим, мои чу­дес­ные сти­хи, утк­ну­лись в те­ле­ви­зор и то­го или дру­го­го Ма­ла­хо­ва слу­ша­ют. Это не сов­сем че­ст­но. По­то­му что воз­ни­ка­ет не­по­ни­ма­ние меж­ду дву­мя сто­ро­на­ми. Прав­да ред­ко бы­ва­ет толь­ко на од­ной сто­ро­не: один прав, а дру­гой аб­со­лют­но не­прав. Я по­до­зре­ваю, что и мне, и мо­им кол­ле­гам го­раз­до кон­ст­рук­тив­нее бу­дет за­ду­мать­ся над тем, соб­ст­вен­но го­во­ря, а до­стой­ны ли на­ши сти­хи боль­шей из­ве­ст­но­с­ти, чем они име­ют. Как Кон­фу­ций го­во­рил: «Бла­го­род­ный муж ду­ма­ет не о том, бу­дет ли он из­ве­с­тен, а о том, до­сто­ин ли он, что­бы быть из­ве­ст­ным». И я по­до­зре­ваю: при том, что в со­вре­мен­ной по­эзии де­сят­ки бли­с­та­тель­ных, яр­чай­ших (без пре­уве­ли­че­ния) имён, не­о­бык­но­вен­но ин­те­рес­ных, раз­ных, по­кры­ва­ю­щих весь воз­мож­ный спектр ра­бо­ты со сло­вом, но, оче­вид­но, мы не от­ве­ча­ем ка­ким-то чи­та­тель­ским по­треб­но­с­тям… Это пе­чаль­но.

Я сей­час го­во­рю не о соб­ст­вен­ной судь­бе. Ис­крен­не счи­таю се­бя очень ве­зу­чим, мне в этом смыс­ле да­но чуть боль­ше, чем я за­слу­жи­ваю. Но ес­ли го­во­рить про­сто о судь­бе рус­ской по­эзии, то это очень тре­вож­но. По­то­му что су­ще­ст­во­ва­ние че­го бы то ни бы­ло, осо­бен­но че­го бы то ни бы­ло хо­ро­ше­го, не га­ран­ти­ро­ва­но ни­чем. И за­про­с­то мо­жет пре­кра­тить­ся. Хо­тя мы при­вык­ли к то­му, что что-то есть не­зыб­ле­мое.

Рус­ская по­эзия... Ку­да ж она мо­жет деть­ся? Ко­неч­но, ни­ку­да! И Пуш­кин ве­чен… Но Пуш­кин ве­чен до тех пор, по­ка ма­мы бу­дут чи­тать де­тям «Ца­ря Сал­та­на», а пре­кра­тят чи­тать – и всё: где тот Пуш­кин? и где та веч­ность? – он ис­чез­нет из ре­аль­ной на­шей жиз­ни.

– Как вы от­но­си­тесь к ли­те­ра­тур­ным пре­ми­ям?

– Ког­да я их по­лу­чаю, то от­но­шусь с вос­тор­гом. Чем боль­ше бу­дет пре­мий, тем луч­ше. Осо­бен­но ес­ли их да­ют по­этам, ко­то­рые ча­с­то бо­лее чем в стес­нён­ной фи­нан­со­вой си­ту­а­ции. Это очень хо­ро­шее де­ло. А то, что ни­ког­да ни од­но ре­ше­ние ни од­но­го жю­ри не бу­дет ка­зать­ся всем сто­про­цент­но спра­вед­ли­вым, – не­из­беж­но. И с этим мож­но толь­ко од­ним-един­ст­вен­ным об­ра­зом бо­роть­ся: чтоб бы­ла не од­на пре­мия (как пре­мия «По­эт»), а ещё не­сколь­ко. Чтоб лю­ди, ко­то­рые ис­крен­не воз­му­ти­лись, ког­да мне вру­чи­ли пре­мию «По­эт», уви­де­ли бы, что по­эты, ко­то­рых лю­бят они, по­лу­чи­ли ка­кую-то дру­гую пре­мию. А так, это хо­ро­шо. Един­ст­вен­ная опас­ность, что мо­ло­дые лю­ди, и, к со­жа­ле­нию, не толь­ко мо­ло­дые, че­рес­чур се­рь­ёз­но к это­му от­но­сят­ся… На­бо­ков вот не по­лу­чил Но­бе­лев­ской пре­мии. Ну и что? Ко­неч­но, очень пе­чаль­но, она б ему при­го­ди­лась, но луч­ше или ху­же он от это­го не стал.

– Кор­рум­пи­ро­ван­ность есть?

– Я был чле­ном жю­ри не­сколь­ких ли­те­ра­тур­ных пре­мий. Че­ст­но ска­жу: ни ра­зу я не за­ме­тил ка­кую-то не­че­ст­ность. Мо­жет быть, в дру­гих слу­ча­ях… Но я не ду­маю. Мне ка­жет­ся, что ес­ли у вас нет точ­ных све­де­ний, что ко­го-то пой­ма­ли за ру­ку, луч­ше не за­ду­мы­вать­ся об этом. В пре­мии «По­эт» я в про­шлом го­ду был пред­се­да­те­лем. Но там бы­ла ге­ни­аль­но при­ду­ман­ная Сер­ге­ем Ива­но­ви­чем Чу­при­ни­ным про­це­ду­ра. Не про­ис­хо­ди­ло ни ра­зу ни од­но­го об­суж­де­ния. Про­сто чле­ны жю­ри вы­дви­га­ли по два по­эта, по­том это всё сум­ми­ро­ва­лось. Те, кто на­брал боль­шее ко­ли­че­ст­во, про­хо­ди­ли вто­рой раз, и чле­ны жю­ри уже из это­го спи­с­ка вы­би­ра­ли, на­зы­ва­ли од­но­го… Тут сов­сем ни о ка­кой кор­руп­ции не мо­жет быть ре­чи. И в пре­мии «Ан­ти­бу­кер», где я был в жю­ри, то­же не бы­ло ни­че­го по­хо­же­го на кор­руп­цию. По­нят­но, что у каж­до­го чле­на жю­ри бы­ли свои при­ст­ра­с­тия. Мне, на­при­мер, очень хо­те­лось, что­бы Се­рё­жа Ганд­лев­ский по­лу­чил эту пре­мию, по­это­му я его лоб­би­ро­вал. Но не ду­маю, что это кор­руп­ци­он­ность. На­обо­рот!..

– О чём бу­дет ва­ша про­за и в ка­ком жа­н­ре?

– Я пи­шу сю­жет­ную, поч­ти ска­зоч­ную вещь, на­де­юсь, не по­весть, а не­кий ро­ман, и ре­зуль­тат, ес­те­ст­вен­но, не­из­ве­с­тен... Но я мо­гу по­де­лить­ся сво­и­ми ма­лень­ки­ми ра­до­с­тя­ми, по­то­му что это со­вер­шен­но под­ро­ст­ко­вое упо­е­ние. Вот так, как я вспо­ми­нал, что в 12 лет пи­сал пер­вые сти­хи, и бы­ла аб­со­лют­ная ра­дость по по­во­ду то­го, что это по­лу­чи­лось, что пер­вая строч­ка с тре­ть­ей риф­му­ет­ся, а вто­рая – с чет­вёр­той… И вот, по­сколь­ку у ме­ня уме­ния здесь ни­ка­ко­го нет, по­это­му ког­да хоть что-то по­лу­ча­ет­ся – это аб­со­лют­ное упо­е­ние. Бо­юсь, что бу­ду­щие чи­та­те­ли не раз­де­лят этих упо­е­ний. Мо­жет по­лу­чить­ся, как в ста­ром дет­ском анек­до­те: кот бе­жит ста­рый за кош­кой и ду­ма­ет: ну, не до­го­ню, так со­гре­юсь… 


Беседу вела Ирина ЛОГВИНОВА




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования