Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Свежий номер : №14. 17.04.2015

ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ

                                             Манипуляции Высшей школы экономики

 

В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики (см. «В какой дыре оказалось образование», «ЛР», № 2, 2015). Прошёл страшный год, жизнь не стоит на месте – олимпиада стоит…

Был взорван войной на Украине наш славянский мир, рушится экономика, нет работы, взлёт преступности, показательно убит человек около Кремля, в Европе раскол ялтинского миропорядка, как-то даже скорбно, тревожно приближается 70-летие окончания Великой Отечественной – Россия в череде великих испытаний. Чего ждать от литературы? Наше духовное наследие, классика – всегда «во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины одна поддержка и опора… Как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома…».

И в марте 2015-го на финал олимпиады к детям привели такого живого поэта: «Говорит рука руке: мне так нравится нога», «Вот так номер: жил – и помер», «Вот рот, вот живот, между ними пищевод», «Китаец кита ест», «Мармеладка это сладко», «Тетерев о вере толковал своей тетере», «Вкусней становятся бараны, когда им сыплют соль на раны», «Бесконечны, как кишки, из меня ползут стихи»…– Германа Лукомникова (кстати, цитаты – это не надёрганные строки, а целые стихотворения!), который, как уверяют, «и просто очаровал всех» (http://hseolymp.ru/poet-german-lukomnikov-v-stihotvorenii-glavnoe-osobaya-sverhkontsentratsiya/), не зря же он написал так: «Олимп? Мило». Есть там и портрет этого нынешнего лица русской литературы… Он прочёл даже своё стихотворение из одного слова – «Дошло!» Не читал ли он там и матерные свои стихи, ведь этим особенно славен? Или хотя бы такое, с эвфемизмами: «Вышел вперёд – хрен тебе в рот. Вышел назад – хрен тебе в зад» (http://www.vavilon.ru/bgl/gluk3.html).

Помнится, как настойчиво в середине 1990-х на первых страницах учебника печатали имя классика матерного стиха И.С. Баркова, пока не одёрнули (легко заменили на Пушкина!), – важный педагогический феномен: если какое-то имя школа внедрила как норму, это трудно переосмыслить, всё его творчество идёт под положительным знаком, хоть и самая гнусность. Вот теперь привели детям Лукомникова…

Было бы это всё вполне закономерно, если б у нас и сейчас не было совершенно другой, настоящей русской литературы, несущей великие традиции, но нет, мармеладка это сладко, хрен тебе!

И вот тексты уже не просто для знакомства на сцене олимпиады, а для выполнения заданий – всё того же целостного анализа текста: «Нога была мужская, крупная, в грубом пёстром носке, продырявленном синеватым ногтем большого пальца. Я успел хорошенько рассмотреть эту ногу, серый в чёрную клетку носок, фиолетовую ижицу подвязки сбоку на толстой икре. Сквозь трико длинного подштанника неприятно торчали волоски. Вообще нога была препротивная. Пока я на неё смотрел, она напряглась, пошевелила раза два цепким большим пальцем, наконец сильно оттолкнулась и взвилась наверх». Это дали детям опять непременного, как гоголевский слоёный пирожок, Владимира Владимировича Набокова (рассказ «Пассажир») – права была моя знакомая школьница, штудировавшая накануне олимпиады «Лолиту», и стала призёром…

Набоков – известный мастер описания всяких нечистот, его узнаёшь по одной фразе, если не одному слову: у кого ещё встретишь какие-нибудь назойливые «трусики» трижды на странице, или «По гладко выбритой груди стекал ручеёк пота, впадая в водоём пупа», или «На панели блестела первая свежая собачья куча»… Сразу узнаю Набокова (всё это – «Дар»)! Узнают коней ретивых по их выжженным таврам, а писателей – по их излюбленным словам. На олимпиаде прежде встречался и набоковский рассказ «Посещение музея», с «собранием странных чёрных шариков различной величины, занимавших почётное место под наклонной витриной: они чрезвычайно напоминали подмороженный навоз»… Был и рассказ Довлатова-Мечика – с угадывающимся Набоковым и соответствующей лексикой…

 

Держаться бы русской школе подальше от этаких «шариков», я б вообще не упоминал имени Набокова в стенах школы, власти же ведут школу каким-то непонятным мне путём. Непонятным, но думаю одно – неприемлемым для пользы моей родины.

 

Другому классу предложили текст, в котором первой строкой идёт внушение «Жизнь имеет смысл, только если человек лежит в траве и смотрит в небо» – рассказ мало кому известного А.Д. Степанова «Руководство по наблюдению за облаками». Фраза вроде смешная, а может, и нет, за этим словесным кокетством ничего определённого не стоит, постмодернизм, что ли… А если человек не лежит в траве? Если есть и другие побуждения? Жизнь не имеет смысла – это полезно детям…

Ну и дальше пошла какая-то косноязычная ерунда – склочные препирательства некоего церковного собора (?!) со всем окружающим миром – облаками, старыми домами, летящим самолётом – с последним диалог был таков: «– Ну, как там в Бомбее? – интересовался собор.

– Забомбеить бы его, – каламбурил старый боинг. – Жарко, душно и ни одной родной души». Какой «душой» может обладать творец этого каламбура? Не успеешь отойти от какого-то читательского стыда за эти строки, как автор опять своё «Всех забомбею!»

Постоянная тоска почему-то одолевает «собор», радость только доставили рок-концерты, собственные колокола надоели звоном, словом, депрессия и шизофрения этот «собор».

В таком же духе «сложны», «противоречивы» у собора и отношения с Богом: «– Да пошли вы все! – сердился, наконец, собор. – Наплевать мне на вас с четырёх колоколен!

– Эх, ты! А ещё кафедральный. Ты бы о Боге подумал!

На это собор ничего не отвечал. Отношения с Богом у него были сложные. С одной стороны, кафедральное положение, конечно, обязывало верить. А с другой – в небе всё так быстро менялось, что собор чувствовал: никакому Богу там всё равно не удержаться».

Всё мутно в этом рассказе: собор вроде католический, боинг – американский бомбардировщик, возможно, это Boeing B-52 Stratofortress (но тогда почему старый?), похоже, сюжет не про Россию, но вот язык – порченный кухонными просторечиями русский, словом, бред… В небе летают толстые фламандцы, зайцы, ангелы и дьяволы, джинн вытянулся из американской кока-колы… Собор, наконец, горит от молнии (аналог бомбы?) и превращается в дымное облако, чтоб самому «бомбить»… Как понять? Если это такой ответ на антироссийские санкции, то не время лежать в траве, «забомбеют» на травке – нет, такой идиотский «патриотизм» нам не нужен, а если серьёзно, то это просто бестолковый, распадающийся текст… Не поздоровится от эдаких похвал…

Наверное, ушли в прошлое педагогические побуждения хотя бы не навредить своим ученикам – а как такое прочесть, да ещё дать целостный анализ этого собора, скажем, верующему несчастному олимпиаднику?.. Или таких не предполагается? А если у него и просто гуманистическое мироощущение – что сказать на эти «забомбеи»… А если просто не привык к бабьим склокам с мерзкими словечками вроде «больно надо», «совсем свихнулся», «пошли вы все» и пр. Дети едва ли готовы противиться внушениям с олимпа и едва ли осмелятся дать достойный целостный анализ какому-нибудь дурному тексту… Посеянные бациллы внедряются навсегда.

 

И вся беда в том, что команда из Высшей школы экономики получила из рук министра образования монополию на олимпиаду, которая сулит и некие привилегии при поступлении в вуз, да и вообще это единственная «федеральная» олимпиада, других «заданий» нет: не нравится – так «да пошли вы все!», иного не дано.

 

Из прозы был ещё рассказ Сигизмунда Кржижановского – о Пушкине и пушкинистах. Не везёт Пушкину: срамной «Заповедник» Сергея Довлатова-Мечика, иезуитский «Дом-музей» Давида Самойлова – по опыту олимпиады прошлого года, теперь такая картина: «Пушкиноведу нужно было собрать материал по поводу того, в бане или у колодца возникли пушкинские стихи по поводу вод Флегетона. Профессор долго, не выпуская из рук полы пиджака Долева, втолковывал ему, что в деревянной баньке села Михайловского вода не могла «блистать», поскольку баня была парной и в ней не было электрического освещения… Самосейский выражал горестное недоумение по поводу того, что в альбоме музея, собравшем в себя литературные высказывания о Пушкине, нет его стихотворения»… Словом, бред! Ну, разумеется, у Сигизмунда Кржижановского будут и подлинно фантазийные видения, оживает с рукописи конь-пегас, которого пытаются схватить кто за хвост, кто за гриву, является сам Пушкин, опять: «– Александр Сергеевич, не откажите, дайте за вас Бога молить, обогатите нас датой, одной крохотной датой: в ночь с какого числа на какое (год нам известен), с какого на какое изволили вы начертать ваше «Пора, мой друг, пора!» э цетера?!

Человек в чёрном улыбнулся».

Нет, не до улыбок в России сейчас, в 2015 году… Олимпиада же отдаёт каким-то шизофреническим веянием начала 1990-х, с нигилизмом, глумлением, кривляньем, потерей культурной цельности.

Великая русская проза всё же была представлена, пусть не в заданиях олимпиады, а в окружающем перфомансе: речь шла о Солженицыне, а рядом – о Шолохове вот так: «Известна история с проблемой авторства «Тихого Дона». Но в двадцатые годы, когда разговор об этом только возник, речь шла исключительно о «Тихом Доне». Несколько лет назад появилась книга Зеева Бар-Селлы «Литературный котлован. Проект «Писатель Шолохов», которая доказывает, что Шолохов вообще ничего не писал, все рассказы были написаны целой бригадой авторов. По версии Бар-Селлы, «Они сражались за Родину» писал Платонов, но не дописал, поэтому заканчивал произведение Шолохов. Но приписать Платонову хоть полстраницы «Они сражались за Родину» стилистически невозможно, это понятно любому, кто хоть немного разбирается в литературе» (это из лекции члена жюри олимпиады Л.И. Сухих. Нетрудно догадаться, какая бацилла западёт в детский неокрепший ум, – «известная история с проблемой авторства», о которой стыдно и поминать вообще, а уж на литературном олимпе? Опять скажут – из лучших побуждений, всё лучшее – детям? И не будет у них Шолохова, без которого России и не жить…

 

Моё выступление по поводу олимпиады в прошлом году вызвало болезненную реакцию жюри из ВШЭ (https://www.facebook.com/sergej.lupus) – с одним из членов, самым нервным, договорившимся до бессмысленной клеветы, мне предстоит скоро судебный процесс. Не привык повторять одно и то же в своих статьях, но об олимпиаде ничего нового не скажешь, команда держит свою монополию всё так же.

 

Да вот время не так застыло – что было надоевшим легкомыслием ещё год назад, видится какой-то катастрофой – в такие дни и так дурить?.. С чем, в конце концов, выйдут в большую жизнь российские школьники – с полным распадом традиционных ценностей, пресловутых «скреп», над которыми и так потешается тусовка, о которых твердят, как заведённые, одни и те же говорящие головы на телевидении? Патриотизм нужен не на плёночке голубого экрана, а в каждом шаге нашей жизни, что уж говорить о российском образовании, где олимпиада стала занимать такое значительное место…

Группа из ВШЭ (С.В. Волков, Е.А. Абелюк и др.), которой отдали олимпиаду, старается распространить свои представления гораздо шире – на всю школьную программу и подала в Министерство образования свою примерную программу, заявили, что по ней начнут учиться в 2015 году: рядом с классиками (из которых часто имеем одно произведение) – всё те же В.Набоков, С.Довлатов, Д.Самойлов, а ещё такие имена, как В.Голявкин, А.Гиваргизов, Р.Гальего… У имени великого русского писателя не стесняются поставить в скобах «1 ст-е»: Ломоносов, Маяковский, Гумилёв, Есенин, Ахматова; в редких случаях поэт удостаивается «3–4 ст-я»: Тютчев, Фет… Отсыпано щедрой рукой Пушкину и Лермонтову – по 10, на выбор… Очень сложно в методическом отношении представлен Тургенев: 1 рассказ, 1 повесть, 1 ст-е, да и Л. Толстой: 1 повесть, 1 рассказ, есть какое-то методическое озарение в отношении Чехова – 3 рассказа… (Примерная программа основного общего образования (5-9 классы) // Литература. Журнал для учителей словесности. № 11, 2014, с. 10)…

О подлинных замыслах тех, кто манипулирует образованием наших детей, судить очень трудно, всё закамуфлировано общими словами о благих намерениях («лучшие традиции», «успешное освоение» и подобное, помянуто даже «понимание литературы как одной из основных национально-культурных ценностей народа»), – всё решает выбор книг, объективное дело: По плодам их узнаете их, – сказано тысячи лет назад.

Те же люди – и заботы те же, – великие слова известного великого поэта («3–4 ст-я»)… Беда, когда эти люди попадают в номенклатуру и получают рычаги властной вертикали.


Антон АНИКИН




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования