Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №08. 26.02.2010

О СОПРОТИВЛЕНИИ ЗЛУ СИЛОЮ

Последняя проза Германа Садулаева: противостояние двух начал

 

На­зва­ние этой ста­тьи я по­за­им­ст­во­вал из твор­че­ст­ва за­ме­ча­тель­но­го рус­ско­го мыс­ли­те­ля И.А. Иль­и­на, ко­то­рый так и оза­гла­вил од­но из сво­их глав­ных фи­ло­соф­ских со­чи­не­ний. Прав­да, речь там идёт не о ли­те­ра­тур­ном твор­че­ст­ве, но са­ма по­ста­нов­ка во­про­са пол­но­стью со­хра­ня­ет зна­чи­мость и для на­ше­го вре­ме­ни.

В кри­ти­ке, по­свя­щён­ной твор­че­ст­ву Гер­ма­на Са­ду­ла­е­ва, пра­виль­но го­во­рит­ся, что в цен­т­ре его вни­ма­ния – про­ти­во­сто­я­ние двух на­чал: без­душ­но­го об­ще­ст­ва, по­ст­ро­ен­но­го по за­ко­нам «убий­ст­ва и по­треб­ле­ния», и че­ло­ве­че­с­кой лич­но­с­ти, го­то­вой про­ти­во­стоять это­му об­ще­ст­ву. Прак­ти­че­с­ки все опуб­ли­ко­ван­ные им к на­сто­я­ще­му вре­ме­ни про­из­ве­де­ния це­ли­ком об­ра­ще­ны к этой те­ме. Она же оп­ре­де­ля­ет и его ху­дож­ни­че­с­кий ме­тод, ко­то­рый мож­но на­звать иро­ни­ко-пуб­ли­ци­с­ти­че­с­ким. По­весть «Не­уло­ви­мые мсти­те­ли» («Ав­ро­ра», 2009, № 4) – на­и­бо­лее яр­кая вещь, на­пи­сан­ная как со­зна­тель­ный и оп­ре­де­лён­ный вы­зов, бро­шен­ный пи­са­те­лем со­вре­мен­но­му об­ще­ст­ву. Не про­сто «по­щё­чи­на об­ще­ст­вен­но­му вку­су», но и по­щё­чи­на пост­со­вет­ским со­ци­аль­ным и нрав­ст­вен­ным ус­та­нов­кам.

«Как ты ду­ма­ешь, к че­му это всё при­ве­дёт?» – этой фра­зой на­чи­на­ет­ся по­ве­ст­во­ва­ние, и об­ра­ще­на она не­по­сред­ст­вен­но к чи­та­те­лю. Тем бо­лее что пе­ред ней по­ме­щён от­кро­вен­но из­де­ва­тель­ский эпи­граф яко­бы из «рек­ла­мы крос­со­вок», на­пи­сан­ной по-ан­г­лий­ски, но в ко­то­рой сра­зу же за­по­ми­на­ет­ся од­на оп­ре­де­ля­ю­щая мысль:

I focused on the pain

The only thing that’s real, –

то есть: я со­сре­до­то­чил­ся на бо­ли, ко­то­рая един­ст­вен­но ре­аль­на (в на­шем скром­ном пе­ре­во­де. – Г.М.).

В ав­то­био­гра­фи­че­с­кой за­мет­ке он пи­шет, что ро­дил­ся в Чеч­не, его отец – че­че­нец, а мать – рус­ская, и что яв­ля­ет­ся про­фес­си­о­наль­ным юри­с­том, за­кон­чив юри­ди­че­с­кий фа­куль­тет СПбГУ. Оба эти об­сто­я­тель­ст­ва са­мым не­по­сред­ст­вен­ным об­ра­зом от­ра­зи­лись в его про­из­ве­де­ни­ях.

Но сна­ча­ла не­боль­шое от­ступ­ле­ние. Ли­те­ра­тур­ные про­из­ве­де­ния, на­вер­ное, мож­но ус­лов­но раз­де­лить на две груп­пы. Од­ни су­ще­ст­ву­ют как бы са­ми по се­бе, и чи­та­те­лю нет де­ла до то­го, кто был их ав­то­ром, да и во­об­ще, ког­да они на­пи­са­ны: «Или­а­да», «Одис­сея», пье­сы Шек­с­пи­ра, клас­си­ка ХIХ ве­ка, «Вой­на и мир» Тол­сто­го, «Гос­по­жа Бо­ва­ри» Фло­бе­ра и мно­гое дру­гое. Дру­гой тип про­из­ве­де­ний – это те, ко­то­рые не­пред­ста­ви­мы без лич­но­с­ти сво­е­го ав­то­ра. Бо­лее то­го, лич­ность ав­то­ра ста­но­вит­ся как бы ча­с­тью этих со­чи­не­ний. Здесь и Бай­рон, и До­сто­ев­ский, и Ниц­ше, и Бор­хес. К чис­лу по­след­них сле­ду­ет от­не­с­ти и Г.Са­ду­ла­е­ва.

Преж­де все­го, мне бро­си­лась в гла­за од­на ин­те­рес­ная осо­бен­ность. Не­смо­т­ря на своё вос­точ­ное по от­цу про­ис­хож­де­ние и то, что он сам се­бя счи­та­ет че­чен­цем («Я – че­че­нец!» – так на­звал он один из сво­их сбор­ни­ков), пи­са­тель но­сит впол­не хри­с­ти­ан­ское имя – Гер­ман. Вли­я­ние ма­те­ри во­зоб­ла­да­ло? Или речь идёт о за­ра­нее пред­по­ла­га­е­мой го­тов­но­с­ти встро­ить­ся в об­ще­рус­скую куль­ту­ру? Ведь имя, соб­ст­вен­но, не вы­би­ра­ют, ес­ли это не псев­до­ним, ко­неч­но. Так или ина­че, но вку­сы и при­ст­ра­с­тия ав­то­ра да­ле­ки от эт­но­гра­фи­че­с­ких ин­те­ре­сов че­чен­ско­го на­ро­да. Здесь вспо­ми­на­ет­ся имя дру­го­го зна­ме­ни­то­го че­чен­ца – од­но­го из круп­ней­ших со­ве­то­ло­гов – Аб­ду­рах­ма­на Ав­тор­ха­но­ва, ав­то­ра все­мир­но из­ве­ст­ных ра­бот «Тех­но­ло­гия вла­с­ти», «За­гад­ка смер­ти Ста­ли­на» и дру­гих. Он с са­мо­го на­ча­ла оп­ре­де­лил свою судь­бу как на­ци­о­на­ли­с­ти­че­с­ки на­ст­ро­ен­ный оп­по­нент ста­лин­ско­го ре­жи­ма. По рож­де­нию он, не­со­мнен­но, был му­суль­ма­ни­ном. Од­на­ко бы­с­т­ро впи­тал ле­нин­ские убеж­де­ния и по­том бо­рол­ся со Ста­ли­ным, счи­тая его пре­да­те­лем ле­нин­ских за­ве­тов, за­да­вая важ­ный для се­бя во­прос, яв­ля­ет­ся ли ста­лин­ская власть со­вет­ской вла­с­тью. Бо­рол­ся он на сто­ро­не Гит­ле­ра, по­сколь­ку в 1944 го­ду не­мец­кие вой­ска не смог­ли взять Кав­каз, и Ав­тор­ха­нов от­сту­пал вме­с­те с ни­ми. Этим был ре­шён во­прос о нрав­ст­вен­ном дви­же­нии Ав­тор­ха­но­ва. В 1945 го­ду со­юз­ни­че­с­кие вла­с­ти не вы­да­ли Ав­тор­ха­но­ва ста­лин­ско­му ре­жи­му, в от­ли­чие от Вла­со­ва, Крас­но­ва и дру­гих.

Бы­ло бы не­пра­виль­но со­по­с­тав­лять по­зи­ции этих ав­то­ров: слиш­ком раз­лич­ны их эпо­хи. Но что-то есть и об­щее, а имен­но: во­прос о том, что как-то всё по­лу­чи­лось «не так». Хо­те­ли как луч­ше, а по­лу­чи­лось по Чер­но­мыр­ди­ну, как все­гда. И да­же не «как все­гда», а го­раз­до ху­же, про­сто от­вра­ти­тель­но. От­сю­да и па­фос не­при­ми­ри­мой борь­бы, и по­зи­ция то­таль­но­го от­ри­ца­ния, сво­е­об­раз­ный вну­т­рен­ний «бай­ро­низм», по­эзия бун­та и вос­ста­ния.

Но Са­ду­ла­ев юрист, и по­это­му его «бунт» име­ет под со­бой чёт­кую пра­во­вед­че­с­кую ос­но­ву. Па­ра­докс? Да, но, тем не ме­нее, оче­вид­ный факт. Мень­ше все­го этот про­тест мож­но на­звать «ро­ман­ти­че­с­ким» по внеш­не­му вы­ра­же­нию, но вну­т­рен­не он, бе­зус­лов­но, та­ков. То, что по­ст­ро­е­но в со­вре­мен­ном рос­сий­ском об­ще­ст­ве в ре­зуль­та­те так на­зы­ва­е­мо­го «кур­са ре­форм», пи­са­тель изо­б­ра­жа­ет с не­скры­ва­е­мым сар­каз­мом: «Ес­ли счи­тать че­ло­ве­ком те­ло, встро­ен­ное в ры­ноч­ную эко­но­ми­ку по­сред­ст­вом про­из­вод­ст­ва и, в боль­шей сте­пе­ни, по­треб­ле­ния, то по­нят­но, что имен­но те­ло не­об­хо­ди­мо, с точ­ки зре­ния гу­ма­низ­ма, ок­ру­жить лю­бо­вью и за­бо­той при жиз­ни, сде­лать пред­ме­том по­чи­та­ния, по край­ней ме­ре, ува­же­ния по­сле смер­ти. А так как по­кло­нять­ся ку­с­ку гни­ло­го мя­са про­тив­но, за­щи­щая свои эс­те­ти­че­с­кие чув­ст­ва и пре­пят­ст­вуя ан­ти­са­ни­та­рии, луч­ше это те­ло скрыть под зем­лёй, по­ста­вить над­гро­бие с фо­то­гра­фи­ей и уже у над­гро­бия класть цве­ты и вспо­ми­нать об умер­шем. Об умер­шем те­ле. (…) Вме­с­те с те­лом умер ещё один по­тре­би­тель, за­каз­чик, пла­тель­щик, кли­ент». Об­ще­ст­во тел, дви­жу­щих­ся в бе­зо­с­та­но­воч­ном по­то­ке по ли­нии: рож­де­ние – по­треб­ле­ние – смерть. А где же ду­ша? Её нет, пря­мо и спо­кой­но кон­ста­ти­ру­ет пи­са­тель. Пе­ред на­ми по­лу­ме­ха­ни­че­с­кая струк­ту­ра дви­жу­щих­ся ку­с­ков мя­са.

Лю­бо­пыт­но, что при­мер­но та­кие же по­сту­ла­ты оп­ре­де­ля­ют твор­че­ст­во тех со­вре­мен­ных пи­са­те­лей, ко­то­рые от­кры­то на­зы­ва­ют се­бя пост­мо­дер­ни­с­та­ми, на пер­вом ме­с­те, ко­неч­но, В.Пе­ле­вин и В.Со­ро­кин. И это не слу­чай­но, по­то­му что ре­аль­ность слиш­ком бро­са­ет­ся в гла­за. В жур­на­ле «Ав­ро­ра» (2008, № 2) был на­пе­ча­тан рас­сказ Г.Са­ду­ла­е­ва «Бло­ка­да», про­из­ве­де­ние со­вер­шен­но «пе­ле­вин­ское» и по уров­ню фан­та­с­ма­го­рич­но­с­ти, и по об­ще­му за­мыс­лу. В нём ав­тор в ос­т­роса­ти­ри­че­с­кой ма­не­ре го­во­рит чи­та­те­лю: на­ша стра­на за­хва­че­на ок­ку­пан­та­ми и их при­служ­ни­ка­ми, и толь­ко глав­ная ге­ро­и­ня – по­лу­су­мас­шед­шая ста­руш­ка-бло­кад­ни­ца – всё ещё на­ив­но ду­ма­ет, что ког­да-ни­будь «на­ши» при­дут и ос­во­бо­дят го­род от за­рвав­ших­ся ок­ку­пан­тов. Впро­чем, эта те­ма – борь­ба за ос­во­бож­де­ние – для пи­са­те­ля цен­т­раль­ная. В по­ра­бо­щён­ном об­ще­ст­ве «лич­ность ре­ду­ци­ро­ва­на до функ­ции в ры­ноч­ной эко­но­ми­ке».

Кри­те­ри­ем са­мо­опре­де­ле­ния в та­ком об­ще­ст­ве стал ус­пех, по-ан­г­лий­ски succsess. Пи­са­тель на­зы­ва­ет это сло­во «твор­че­с­ким псев­до­ни­мом» дья­во­ла и го­во­рит: «Уче­ние сек­ты его по­клон­ни­ков я бу­ду на­зы­вать «сак­сес­си­ан­ст­вом». А един­ст­вен­ный путь со­про­тив­ле­ния – это ре­во­лю­ци­он­ная борь­ба. «Как «Крас­ные бри­га­ды» в Ита­лии, как эсе­ры-бо­е­ви­ки в Рос­сии. Как Бо­рис Са­вин­ков! Зна­е­те, что пи­сал Са­вин­ков? Что ре­во­лю­ци­о­нер дол­жен взять на се­бя грех кро­ви, по­жерт­во­вать сво­ей свя­то­с­тью и чи­с­то­той – это­го хо­чет от не­го ис­то­рия».

Как не вспом­нить не­мно­го иро­ни­че­с­кую, но мет­кую ча­с­туш­ку на­ча­ла ХХ ве­ка:

 

И сло­во лишь од­но «Бо­рись!»

Ска­зал нам Са­вин­ков Бо­рис,

Ведь еди­ни­ца на­ших вер –

Свя­той и гроз­ный ре­воль­вер.

 

И вот ге­рои по­ве­с­ти, ко­то­рым при­сво­е­ны ус­лов­ные име­на-клич­ки: Джек, Алекс, Ми­гель, Том, – со­зда­ют под­поль­ную ре­во­лю­ци­он­ную груп­пу для ор­га­ни­за­ции тер­ро­ри­с­ти­че­с­ких ак­тов и про­ве­де­ния «экс­про­при­а­ций» у за­жрав­ших­ся биз­не­с­ме­нов на­ше­го вре­ме­ни. Эс­про­при­а­ции уда­ют­ся, так что жи­вут все уча­ст­ни­ки груп­пы не­уло­ви­мых мсти­те­лей, в об­щем-то, не­пло­хо. Од­на­ко ду­ша тре­бу­ет по­дви­га, тре­бу­ет че­го-то боль­ше­го. И вен­цом их де­я­тель­но­с­ти ста­но­вит­ся ор­га­ни­за­ция и про­ве­де­ние те­рак­та про­тив не­ко­е­го об­наг­лев­ше­го чи­нов­ни­ка-взя­точ­ни­ка Ко­пы­ти­на. В ито­ге опе­ра­ция не уда­ёт­ся. И один из уча­ст­ни­ков груп­пы по­ги­ба­ет. Но ав­то­ра ин­те­ре­су­ет не это, а преж­де все­го са­ма по­ста­нов­ка во­про­са о смыс­ле и це­ли тер­ро­ра. Нет не­об­хо­ди­мо­с­ти го­во­рить, что се­го­дня эта те­ма – из ак­ту­аль­ней­ших, и не толь­ко в на­шей стра­не.

Здесь у нас воз­ни­ка­ет ряд во­про­сов к ав­то­ру, ко­то­рые в по­ве­с­ти как бы и не за­да­ны, но под­ра­зу­ме­ва­ют­ся. В тек­с­те один из ге­ро­ев рас­суж­да­ет сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «Ес­ли вот лич­но ме­ня убь­ют, тог­да ка­кая раз­ни­ца? Тог­да за­чем всё? Мне тог­да всё рав­но. Ни­ка­ко­го смыс­ла. И ведь ни­че­го не из­ме­нит­ся! Да­же ес­ли из­ме­нит­ся, да­же ес­ли вот ме­ня убь­ют и че­рез это ре­во­лю­ция по­бе­дит, что мне до той по­бе­ды, ког­да ме­ня уже не бу­дет? Мне нуж­на ре­во­лю­ция и нуж­на по­бе­да, что­бы оты­г­рать­ся на этой мра­зи, что­бы по­иметь всё са­мо­му и на­до всем над­ру­гать­ся! А ес­ли я мёрт­вый, то ни­ка­ко­го кай­фа мне от это­го нет! Ведь так, ко­мис­сар? (Ко­мис­са­ром на­зы­ва­ют глав­но­го ге­роя по­ве­с­ти, Дже­ка, ор­га­ни­за­то­ра «Не­уло­ви­мых мсти­те­лей». – Г.М.)

– Да. Так. По­бе­дить – это зна­чит вы­жить. Всё про­сто. Кто вы­жил, тот и по­бе­дил. Кто умер, – тот про­иг­рал. По-лю­бо­му так».

Но мо­гут ли тер­ро­ри­с­ты, да­же ес­ли они при­ня­ли все ме­ры пре­до­сто­рож­но­с­ти и пре­крас­но под­ко­ва­ны с юри­ди­че­с­кой точ­ки зре­ния, не го­во­ря уж о ма­те­ри­аль­ной сто­ро­не де­ла, «по­бе­дить»? Ведь при­ни­мать уча­с­тие в тер­ро­ре, так ­же как и в ре­во­лю­ци­он­ной борь­бе, – это зна­чит за­ра­нее быть го­то­вым к лю­бо­му ис­хо­ду, в том чис­ле и к смер­ти. Обы­ва­тель, ко­то­рый хо­чет «вы­жить», на борь­бу не спо­со­бен. Но тог­да по­лу­ча­ет­ся, что «по­бе­дит», то есть «вы­жи­вет», имен­но обы­ва­тель, а мо­жет, ещё лю­ди, по­доб­ные упо­мя­ну­то­му Ко­пы­ти­ну, о ко­то­рых в по­ве­с­ти ска­за­но так:

«Они не лю­бят на­род. Да и бог-то с ней, с их лю­бо­вью. Но они не ува­жа­ют свой на­род. Они его да­же не бо­ят­ся, ни­ско­леч­ки! Они уве­ре­ны в сво­ей пол­ной без­на­ка­зан­но­с­ти. Что мо­гут де­лать всё, как угод­но, и им за это ни­че­го не бу­дет. И ведь так и есть! Кто их на­ка­жет? Мен­ты, су­ды, ар­мия – всё у них под ру­кой. И ско­рее рас­ст­ре­ля­ют ты­ся­чу про­стых граж­дан, чем ски­нут од­ну тварь из вер­хуш­ки. Мос­ков­ское на­чаль­ст­во? Глав­ное во­вре­мя ли­зать ему жо­пу и всем де­лить­ся, тог­да, ес­ли да­же силь­но про­шт­ра­фишь­ся – те­бя из ре­ги­о­на пе­ре­ве­дут в сто­ли­цу, да­дут си­не­ку­ру, и си­ди, ши­куй на на­род­ные день­ги. А пе­ред на­се­ле­ни­ем от­вет­ст­вен­но­с­ти ни­ка­кой. Они и рас­по­я­са­лись».

На ко­го здесь на­ме­ка­ет ав­тор – пе­тер­бурж­цам яс­но. Но ведь имен­но та­ко­го ти­па лю­ди и есть се­го­дняш­ние «по­бе­ди­те­ли»! Си­ту­а­ция вро­де бы без­вы­ход­ная. Яс­но, что для под­лин­ной борь­бы нуж­на ор­га­ни­за­ция, мощ­ная и раз­ветв­лён­ная. Так на­зы­ва­е­мая «пар­тия но­во­го ти­па». Но ведь это нам уже из­ве­ст­но из ис­то­рии. А мо­жет, нуж­на ка­кая-то дру­гая ор­га­ни­за­ция? На­при­мер, «се­те­вая», то есть не име­ю­щая оп­ре­де­лён­но­го ор­га­ни­за­ци­он­но­го цен­т­ра и дей­ст­ву­ю­щая че­рез Ин­тер­нет, ру­ко­вод­ст­ву­ясь об­щи­ми идей­ны­ми ус­та­нов­ка­ми. Эта те­ма то­же за­тро­ну­та в по­ве­с­ти. А мо­жет, име­ет­ся в ви­ду кое-что дру­гое? Мы име­ем в ви­ду на­ци­о­наль­ный фак­тор. Че­чен­цы на­род не­боль­шой, а по­то­му тес­но свя­зан­ный уза­ми род­ст­ва, кла­но­вой (тей­по­вой) вну­т­рен­ней ор­га­ни­за­ци­ей, что яв­ля­ет­ся, как по­ка­зы­ва­ет опыт ис­то­рии, од­ной из важ­ней­ших со­став­ля­ю­щих при со­зда­нии ма­фи­оз­ных струк­тур. Зна­ме­ни­тый «Крё­ст­ный отец» М.Пью­зо – яр­кое то­му сви­де­тель­ст­во. Кров­но-род­ст­вен­ная связь – вещь не­о­бы­чай­но проч­ная. Она спо­кой­но пе­ре­жи­ва­ет ве­ка, ни­сколь­ко не ос­ла­бе­вая.

В по­ве­с­ти «Од­на ла­с­точ­ка» Са­ду­ла­ев пи­шет: «Труд­но быть че­чен­цем. Ес­ли ты че­че­нец, ты дол­жен на­кор­мить и при­ютить сво­е­го вра­га, по­сту­чав­ше­го­ся к те­бе как гость, ты дол­жен не за­ду­мы­ва­ясь уме­реть за честь де­вуш­ки, ты дол­жен убить кров­ни­ка, вон­зив кин­жал в его грудь, по­то­му что ты ни­ког­да не мо­жешь стре­лять в спи­ну, ты дол­жен от­дать свой по­след­ний ку­сок хле­ба дру­гу, ты дол­жен встать, вый­ти из ав­то­мо­би­ля, что­бы при­вет­ст­во­вать иду­ще­го ми­мо пеш­ком стар­ца, ты ни­ког­да не дол­жен бе­жать, да­же ес­ли тво­их вра­гов ты­ся­ча и у те­бя нет ни­ка­ких шан­сов на по­бе­ду, ты всё рав­но дол­жен при­нять бой. И ты не мо­жешь пла­кать, что бы ни про­ис­хо­ди­ло. Пусть ухо­дят лю­би­мые жен­щи­ны, пусть ни­ще­та ра­зо­ря­ет твой дом, пусть на тво­их ру­ках ис­те­ка­ют кро­вью то­ва­ри­щи, ты не мо­жешь пла­кать, ес­ли ты че­че­нец, ес­ли ты муж­чи­на. Толь­ко один раз, все­го один раз в жиз­ни ты мо­жешь пла­кать: ког­да уми­ра­ет мать».

Что и го­во­рить? Та­кой об­раз че­чен­ца, не скрою, чрез­вы­чай­но при­вле­ка­те­лен. Хо­тя мы встре­ча­ли в жиз­ни и дру­гой тип лю­дей, де­лав­ший став­ку на ор­га­ни­зо­ван­ный бан­ди­тизм и ра­бо­тор­гов­лю. Но Са­ду­ла­ев про дру­гой тип умол­чал. Хо­ро­шо это или пло­хо, не знаю. В этой свя­зи хо­чу вспом­нить Ав­тор­ха­но­ва, ко­то­рый то­же бо­рол­ся за пра­виль­ный со­вет­ский (ле­нин­ский) строй про­тив «не­пра­виль­но­го» ста­лин­ско­го ре­жи­ма. А ведь по су­ще­ст­ву во­про­са и то и дру­гое – яв­ле­ния од­но­го по­ряд­ка. И ес­ли го­во­рить о «борь­бе» в этом во­про­се, то это бу­дет не бо­лее чем борь­ба за те или иные ка­д­ры пра­вя­щей вер­хуш­ки, а не рез­ко обо­зна­чен­ное про­ти­во­сто­я­ние сил. Ос­та­ёт­ся во­прос: что нам пред­ло­жит Са­ду­ла­ев?


Геннадий МУРИКОВ
г. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования