Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №29. 16.07.2010

КАКИЕ ГОЛОСА ИСТОРИИ МЫ ХОТИМ УСЛЫШАТЬ

 «Хотите вернуться к человеческому в себе, поезжайте в Вологду!», – неожиданно признался в любви к фестивалю «Голоса истории» во время церемонии закрытия новоиспечённый член жюри Георгий Тараторкин. Большого артиста понять несложно: новые захватывающие возможности открытых театральных площадок – постоянный предмет обсуждения российских и зарубежных режиссёров и актёров. Вот и в Вологде Тараторкин поведал о мечте сыграть Гамлета в Дании, где ему довелось побывать на одном из подобных фестивалей. Выступление на таких площадках в историко-архитектурной среде «непредсказуемо, даёт массу возможностей импровизационного сообразного обстоятельствам самочувствия».

«Фестиваль «Голоса истории» к своему юбилею подошёл в ореоле легенды. Мне очень близки и дороги идеи фестиваля. Наши намерения о том, как жить, разнятся с тем, как мы живём, и это происходит потому, что мы абсолютно не слышим голосов истории – не учит нас история.

Если бы мы умели слушать, то жили бы иначе...»

 

Сергей МОРОЗОВ, режиссёр и актёр Новгородского  академического театра драмы им. Ф.М. Достоевского
Сергей МОРОЗОВ, режиссёр и актёр Новгородского
академического театра драмы им. Ф.М. Достоевского

Пред­став­ляя афи­шу фе­с­ти­ва­ля, пред­се­да­тель на­ци­о­наль­ной те­а­т­раль­ной пре­мии и фе­с­ти­ва­ля «Зо­ло­тая ма­с­ка» кри­тик Ири­на Хол­мо­го­ро­ва рас­ска­за­ла, что на уча­с­тие в фе­с­ти­ва­ле бы­ло по­да­но бо­лее 60 за­явок. Ос­нов­ны­ми па­ра­ме­т­ра­ми при от­бо­ре спек­так­лей ос­та­лись: ор­га­нич­ное со­от­вет­ст­вие ис­то­ри­ко-ар­хи­тек­тур­ной сре­де, ху­до­же­ст­вен­ная цен­ность, вер­ность те­ме. «Глав­ная те­ма X фе­с­ти­ва­ля «Го­ло­са ис­то­рии» – 65-ле­тие По­бе­ды, – на­пом­ни­ла Хол­мо­го­ро­ва, – ли­бо мож­но бы­ло взять про­сто ис­то­ри­че­с­кую те­му».

Од­на­ко о том, что ис­то­ри­че­с­кая те­ма да­ла сбой, на X «Го­ло­сах ис­то­рии» ста­ло яс­но уже при пер­вом не­пред­взя­том ана­ли­зе афи­ши, ко­то­рый по­ка­зал, что спек­так­лей, где ос­нов­ным ис­то­ри­че­с­ким со­бы­ти­ем вы­сту­па­ет Ве­ли­кая Оте­че­ст­вен­ная вой­на, очень ма­ло. Кри­зис жа­н­ра или про­сто не­из­жи­тый сте­рео­тип – по­свя­щать куль­тур­ные со­бы­тия юби­лей­ным да­там без ве­с­ких твор­че­с­ких ар­гу­мен­тов? В этой свя­зи вспом­ни­лась ого­вор­ка те­а­т­раль­но­го кри­ти­ка: де­с­кать, си­ту­а­ция в рос­сий­ском те­а­т­ре се­го­дня во мно­гом кри­ти­че­с­кая, вы­би­рать спек­так­ли бы­ло очень слож­но. «Но те, что пред­став­ле­ны, все до­стой­но­го ка­че­ст­ва», – га­ран­ти­ро­ва­ла Хол­мо­го­ро­ва.

Лю­бо­пыт­но, что спу­с­тя не­сколь­ко ча­сов кри­тик от­кре­с­ти­лась от пер­во­го за­яв­лен­но­го в кон­курс­ной про­грам­ме спек­так­ля «Ор­фей и Эв­ри­ди­ка» гре­че­с­ко­го те­а­т­ра «Ом­ма-сту­дио».

Ре­жис­сёр­ское про­чте­ние древ­не­гре­че­с­ко­го ми­фа о пер­вом му­зы­кан­те, по­лу­бо­ге Ор­фее, ока­за­лось на удив­ле­ние од­но­знач­ным, ес­ли не при­ми­тив­ным, что нель­зя оп­рав­дать ни спе­ци­фи­кой ан­т­ро­по­ло­ги­че­с­ко­го те­а­т­ра, ни та­ко­го жа­н­ра, как улич­ное пред­став­ле­ние. Да­же су­пер­на­бор ви­зу­аль­но­го ря­да – огонь, та­нец, хо­ду­ли, му­зы­ка, из­ред­ка раз­бав­ля­е­мая тек­с­том, по­яс­ня­ю­щим суть про­ис­хо­дя­ще­го, не сде­лал спек­такль по-на­сто­я­ще­му объ­ём­ным и мно­го­знач­ным, рав­ным по со­дер­жа­нию ве­ли­ко­му ми­фу о си­ле ис­кус­ст­ва и люб­ви.

Пред­став­ле­ние гре­ков по­ра­зи­ло убо­же­ст­вом и да­же ка­кой-то не­ря­ш­ли­во­с­тью ко­с­тю­мов, ока­зав­ших­ся, по сло­вам ре­жис­сё­ра Ан­то­ни­са Ди­а­ман­ти­са, не толь­ко гре­че­с­ки­ми. Са­ма Эв­ри­ди­ка, как вы­яс­ни­лось, бы­ла оде­та в иран­ский ха­лат, что по за­мыс­лу Ди­а­ман­ти­са долж­но сим­во­ли­зи­ро­вать ос­во­бож­де­ние жен­щин Ира­на. Иде­я­ми ин­тер­на­ци­о­наль­но­го един­ст­ва, ви­ди­мо, ру­ко­вод­ст­во­ва­лись и при от­бо­ре му­зы­каль­но­го со­про­вож­де­ния: Ор­фей и Эв­ри­ди­ка лю­би­ли и стра­да­ли под му­зы­ку Ки­тая, Япо­нии, Ин­дии, Ира­на, Сер­бии…

«К от­бо­ру по меж­ду­на­род­ной про­грам­ме экс­перт­ный со­вет не име­ет прак­ти­че­с­ки ни­ка­ко­го от­но­ше­ния. Это не на­ша ком­пе­тен­ция. На­сколь­ко я знаю, гре­че­с­кий те­атр свя­зы­ва­ет с Во­ло­год­ской об­ла­с­тью дав­няя друж­ба. Это обыч­ный улич­ный те­атр. Не бо­лее то­го, да он ни на что осо­бо не пре­тен­ду­ет, вы же са­ми по­ни­ма­е­те…», – как-то ви­но­ва­то объ­яс­ня­ла Хол­мо­го­ро­ва этот пер­вый хо­ло­с­той вы­ст­рел фе­с­ти­валь­ной про­грам­мы.

Вы­ст­рел, впро­чем, ока­зал­ся не един­ст­вен­ным: часть при­ве­зён­ных в Во­лог­ду «по­дар­ков» ока­за­лись до­воль­но «воз­ра­ст­ны­ми» – «Мос­ков­ский хор» (МДТ-Те­атр Ев­ро­пы, 2002), вах­тан­гов­ский «По­свя­ще­ние Еве» (1999), «Ма­рия Стю­арт» (БДТ, 2005). А «Ор­фей и Эв­ри­ди­ка» во­об­ще 12-лет­ней дав­но­с­ти! Ко­неч­но, ес­ли спек­такль жи­вёт не один те­а­т­раль­ный се­зон, это по­ка­за­тель его жиз­не­спо­соб­но­с­ти и вос­тре­бо­ван­но­с­ти, од­на­ко фе­с­ти­валь­ный от­бор де­ла­ет­ся всё-та­ки по иным за­ко­нам, чем, ска­жем, га­с­т­роль­ный. Для не­ко­то­рых же сто­лич­ных и за­ру­беж­ных те­а­т­ров на ны­неш­нем фе­с­ти­ва­ле в ви­де пре­фе­рен­ций был сде­лан не­боль­шой га­с­т­роль­ный тур: «По­свя­ще­ние Еве» по­ка­за­ли три ра­за, и по два ра­за «Ма­рию Стю­арт», «Ор­фея и Эв­ри­ди­ку», «Виш­нё­вый сад» (Львов­ский те­атр «Вос­кре­син­ня»), «Мрак» (сов­ме­ст­ный рос­сий­ско-поль­ский про­ект). Мо­жет, в рос­сий­ских те­а­т­рах дей­ст­ви­тель­но кри­зис, как ут­верж­да­ла Хол­мо­го­ро­ва, и из 60 пре­тен­ден­тов по-на­сто­я­ще­му до­стой­ны­ми ока­за­лись лишь 4 рос­сий­ских те­а­т­ра и один ук­ра­ин­ский, ос­таль­ные же бре­ши при­шлось за­кры­вать Моск­вой и Пи­те­ром?

К вы­бо­ру «са­мых до­стой­ных», впро­чем, ока­за­лось то­же мно­го во­про­сов. «Чёр­ный то­поль», по­став­лен­ный по ро­ма­ну Алек­сея Чер­ка­со­ва и По­ли­ны Моск­ви­ти­ной Ми­ну­син­ским дра­ма­ти­че­с­ким те­а­т­ром, ска­жем, длит­ся 6 ча­сов 20 ми­нут. Это ста­ло да­же по­во­дом для со­чи­не­ния са­ти­ри­че­с­ких куп­ле­тов, ис­пол­нен­ных на за­кры­тии фе­с­ти­ва­ля. Ви­на ли это те­а­т­ра, рас­ска­зав­ше­го о жиз­ни си­бир­ской де­рев­ни так по­дроб­но – дли­ной поч­ти в 30 лет? А ведь ду­мать в том чис­ле и о вре­мен­ном фор­ма­те дол­жен был, ко­неч­но, экс­перт­ный со­вет, что­бы не дис­кре­ди­ти­ро­вать ни ста­тус те­а­т­ра, ни идеи «Го­ло­сов ис­то­рии».

 

Од­на­ко вер­нём­ся к тем не­мно­гим спек­так­лям, ко­то­рые по-на­сто­я­ще­му от­ве­ча­ли ду­ху фе­с­ти­ва­ля и за­яв­лен­ной те­ме – 65-ле­тию По­бе­ды.

Во­ло­год­ский дра­ма­ти­че­с­кий те­атр, сле­дуя дав­ней тра­ди­ции, спе­ци­аль­но к фе­с­ти­ва­лю под­го­то­вил пре­мье­ру спек­так­ля «Эше­лон» по пье­се Ми­ха­и­ла Ро­щи­на. Во­ен­ный эше­лон, ко­то­рый ве­зёт в эва­ку­а­цию ге­ро­ев пье­сы, ас­со­ци­а­тив­но от­сы­ла­ет зри­те­ля к та­ким ис­то­ри­ко-куль­тур­ным ре­а­ли­ям, как вет­хо­за­вет­ный ков­чег или сар­ко­фаг. И раз­бит­ной Ла­в­ре (Н.Сит­ни­ко­ва), и пря­мо­ли­ней­ной иде­а­ли­ст­ке Иве (О.Ки­се­ле­ва), и Есе­ню­ку (О.Еме­ль­я­нов) – все­му мно­го­люд­но­му ва­гон­но­му сбо­ри­щу, каж­до­му от­дель­но и всем вме­с­те, пред­сто­ит пе­ре­жить и ос­мыс­лить и точ­ку смер­ти, и точ­ку рож­де­ния, ко­то­рые сов­ме­ще­ны в пье­се и в ре­аль­ном, и в ме­та­фи­зи­че­с­ком смыс­ле: ме­с­то умер­шей жен­щи­ны Ни­ны (Н.Скряб­ко­ва) зай­мёт но­во­рож­ден­ный – ре­бё­нок Та­ма­ры (Н.Бру­сен­ская) и Есе­ню­ка. «Мож­но ведь пра­виль­но оце­ни­вать смерть и ра­до­вать­ся рож­де­нию ре­бён­ка, не­смо­т­ря на то, кем ты был в про­шлом», – ут­верж­да­ет ре­жис­сёр по­ста­нов­ки Зу­раб На­но­баш­ви­ли. Итог жиз­ни, по­сто­ян­но ра­зы­г­ры­ва­ю­щей свою мно­го­акт­ную пье­су – все­гда один – пе­ре­ход от бы­тия к не­бы­тию, толь­ко вот бу­дет ли в каж­дом кон­крет­ном слу­чае ка­тар­сис – не­из­ве­ст­но. Ре­жис­сёр да­ёт каж­до­му из ге­ро­ев та­кую воз­мож­ность – очи­ще­ния – пе­ред ли­цом воз­мож­ной смер­ти.

Для ре­жис­сё­ра, по его при­зна­нию, эше­лон – это ещё и не­кий мост, пе­ре­ход от про­шло­го к на­сто­я­ще­му, к но­во­му «я». Ин­три­га пу­те­ше­ст­вия-спа­се­ния в том, что ни­кто не зна­ет, до­бе­рёт­ся ли до ко­неч­но­го пунк­та на­зна­че­ния, ко­то­рый за­клю­чён как в лич­ном про­ст­ран­ст­ве по­пут­чи­ков, так и вне про­ст­ран­ст­ва эше­ло­на. «Ве­ли­кое про­ти­во­сто­я­ние, ре­фре­ном зву­ча­щее на про­тя­же­нии всей пье­сы, – са­мо­му се­бе – не­со­вер­шен­но­му и внеш­ним смер­тель­ным об­сто­я­тель­ст­вам – долж­но в ито­ге при­ве­с­ти к рож­де­нию «об­ще­ст­вен­но­го са­мо­со­зна­ния лю­дей». Все за всех ви­но­ва­ты и все за всех от­ве­ча­ют – каж­дой но­вой сле­зин­кой убеж­да­ет жизнь по­пут­чи­ков, пре­об­ра­зив­ших­ся к фи­на­лу поч­ти до не­уз­на­ва­е­мо­с­ти. Мо­дель но­во­го ми­ра, су­зив­ше­го­ся до про­ст­ран­ст­ва ва­го­на (17 че­ло­век, все­го в пье­се 24 ге­роя), по­ис­ти­не спа­си­тель­на для всех. Не­слу­чай­но в фи­на­ле пье­сы уже на вир­ту­аль­ном эше­ло­не зри­те­ли ви­дят лик Бо­го­ма­те­ри.

Точ­ное по­па­да­ние в те­му, мно­го­пла­но­вость ре­ше­ния об­ра­зов при вир­ту­оз­ном ос­во­е­нии сце­ни­че­с­ко­го про­ст­ран­ст­ва бы­ло вы­со­ко оце­не­но не толь­ко зри­те­ля­ми, но и жю­ри. За спек­такль «Эше­лон» во­лог­жа­нам при­су­ди­ли Пре­мию име­ни А.П. Сво­бо­ди­на «За рас­кры­тие сред­ст­ва­ми те­а­т­ра ис­то­ри­че­с­ко­го со­бы­тия».

Го­во­ря о ра­бо­те фе­с­ти­ва­ля, нель­зя обой­ти вни­ма­ни­ем и ещё один важ­ный мо­мент, ка­са­ю­щий­ся не­по­сред­ст­вен­но кон­цеп­ции «Го­ло­сов ис­то­рии»: при под­держ­ке Ми­ни­с­тер­ст­ва куль­ту­ры Рос­сии в рам­ках фе­с­ти­ва­ля впер­вые ра­бо­та­ла твор­че­с­кая ла­бо­ра­то­рия со­вре­мен­ной ис­то­ри­че­с­кой пье­сы. И в этой ча­с­ти к ор­га­ни­за­то­рам так­же не мень­ше во­про­сов. С од­ной сто­ро­ны, по­хваль­но же­ла­ние пред­ста­вить ли­цо мо­ло­дой дра­ма­тур­гии, ищу­щей от­ве­ты на во­про­сы со­вре­мен­но­с­ти в да­лё­ком ис­то­ри­че­с­ком про­шлом, с дру­гой сто­ро­ны – те ли это пье­сы, до­стой­ные пред­став­ле­ния на фе­с­ти­ва­ле? Про­ект «Но­вая ис­то­ри­че­с­кая пье­са» по­ка­зал во­лог­жа­нам и гос­тям фе­с­ти­ва­ля пять со­вре­мен­ных ис­то­ри­че­с­ких пьес, пло­щад­ка­ми для ко­то­рых ста­ли дра­ма­ти­че­с­кий и ку­коль­ный те­а­т­ры, а так­же Му­зей за­бы­тых ве­щей и Дом ак­тё­ра. Про­вёл встре­чи ку­ра­тор про­ек­та Ми­ха­ил Уга­ров.

Не бу­дем об­суж­дать весь ре­пер­ту­ар­ный спи­сок, ос­та­но­вим­ся лишь на од­ной из про­чи­тан­ных пьес – «Ас­коль­дов Дир», иро­нич­но­го, как пред­ста­ви­ли его ор­га­ни­за­то­ры, ук­ра­ин­ско­го дра­ма­тур­га Мак­си­ма Ку­роч­ки­на. Дей­ст­вие пье­сы раз­во­ра­чи­ва­ет­ся в па­ла­тах кня­зя Ас­коль­да, ко­то­рый на про­тя­же­нии все­го дей­ст­вия уни­жа­ет и тре­ти­ру­ет Ди­ра, по вер­сии Ку­роч­ки­на – «ещё не ста­ро­го иу­дея с ви­ся­щей на бо­ку саб­лей». Из­ве­ст­ный по ис­то­рии как со­пра­ви­тель Ас­коль­да в Ки­е­ве, Дир, как вы­яс­ня­ют для се­бя зри­те­ли, в от­ли­чие от Ас­коль­да об­ра­зо­ван, и имен­но он «пи­шет» ис­то­рию Ки­ев­ской Ру­си. Он же под­ни­ма­ет «ев­рей­ский во­прос» и от­важ­но сра­жа­ет­ся с Ас­коль­дом. Во­об­ще, Дир не так прост, он эта­кий Бэт­мен, ко­то­ро­го сра­зу не рас­поз­нать, но ко­то­рый – по­доб­но гол­ли­вуд­ско­му ге­рою – ес­ли на­до, мо­жет и уди­вить. Соб­ст­вен­но, ос­мыс­ли­вать в пье­се не­че­го. Ис­то­рии там ров­но столь­ко же, сколь­ко в ка­ком-ни­будь «чип и дей­ле». Но вот че­го не от­нять – пря­мо-та­ки ощу­ща­е­мо­го фи­зи­че­с­ки ан­ти­рус­ско­го ду­ха. Ав­тор пье­сы слов­но упи­ва­ет­ся уни­же­ни­ем Ас­коль­да – «ха­ма и ан­ти­се­ми­та», как ска­за­но о ге­рое в ан­но­та­ции к пье­се. За­чем ав­тор и вме­с­те с ним ку­ра­то­ры от рос­сий­ско­го мин­куль­ту­ры вы­во­лок­ли эту пье­су, на­пи­сан­ную аж в 1993 го­ду, на все­об­щее обо­зре­ние, при­дав ей лоск мод­ных пре­вью, со­вер­шен­но не­по­нят­но.

Это, впро­чем, про­бле­ма всё то­го же прин­ци­па от­бо­ра, ко­то­рая по­сто­ян­но всплы­ва­ла в хо­де юби­лей­но­го фе­с­ти­ва­ля. Мож­но, ко­неч­но, спи­сать всё на «про­во­ка­тив­ность» и аль­тер­на­тив­ность прин­ци­пов, пе­с­ту­е­мых в сре­де со­вре­мен­ных дра­ма­тур­гов, но да­же под эту тер­ми­но­ло­гию по­до­гнать опус ук­ра­ин­ско­го гос­тя как-то не по­лу­ча­ет­ся – это все­го лишь стёб по по­во­ду ис­то­рии, где на­ли­чие ис­то­ри­че­с­ких ге­ро­ев на­столь­ко фор­маль­но, что за­ме­на имён, ска­жем, на Пе­тю и Бог­да­на про­шла бы аб­со­лют­но без­бо­лез­нен­но и не­за­мет­но для со­дер­жа­ния. Ну так Ку­роч­ки­на это со­вер­шен­но не вол­ну­ет, су­дя по его за­яв­ле­нию на круг­лом сто­ле о том, что «но­вая дра­ма не об­слу­жи­ва­ет зри­тель­ский за­прос».

Ин­те­рес­но, из­ве­ст­на ли эта по­зи­ция ор­га­ни­за­то­рам фе­с­ти­ва­ля? Или зри­тель­ский за­прос нын­че не по­па­да­ет в пло­с­кость ин­те­ре­сов и ор­га­ни­за­то­ров, про­во­дя­щих свой фи­нан­со­вый и иде­о­ло­ги­че­с­кий ин­те­рес? Кста­ти, имен­но иде­о­ло­гия раз­де­ли­ла мне­ние зри­те­лей и жю­ри на поч­ти что два не­при­ми­ри­мых ла­ге­ря. По­во­дом к кон­фрон­та­ции мне­ний стал спек­такль «Алек­сандр Нев­ский» (ре­жис­сёр С.Мо­ро­зов), пред­став­лен­ный Нов­го­род­ским Ака­де­ми­че­с­ким те­а­т­ром дра­мы им. Ф.До­сто­ев­ско­го к 1150-ле­тию Ве­ли­ко­го Нов­го­ро­да. Пье­са по­гру­жа­ет зри­те­ля в про­бле­мы кня­же­с­ких меж­до­усо­биц XIII ве­ка, вре­мя кро­ва­вых битв с ры­ца­ря­ми-кре­с­то­нос­ца­ми и мон­го­ла­ми. Вот как сам те­атр анон­си­ро­вал спек­такль: «Рус­ская зем­ля раз­ме­жё­ва­на и ис­топ­та­на вра­же­с­ки­ми ко­пы­та­ми. Но один че­ло­век бе­рёт в ру­ки меч, что­бы при­не­с­ти сво­е­му на­ро­ду мир. Всю свою жизнь он по­свя­тил от­ча­ян­ным сра­же­ни­ям с рим­ским За­па­дом и мир­ным до­го­во­рам с хан­ской Зо­ло­той Ор­дой. До кон­ца ос­та­вал­ся пре­дан­ным пра­во­слав­ной ве­ре, про­ти­во­стоя со­блаз­нам, ко­то­рые пред­ла­га­ли мо­гу­ще­ст­вен­ные вра­ги, и за это был при­знан свя­тым. Свя­той ви­тязь зем­ли Рус­ской Алек­сандр Нев­ский – с это­го име­ни на­чи­на­ет­ся воз­рож­де­ние мо­гу­ще­ст­вен­ной Рос­сии, ус­пеш­ной как на по­ле бит­вы, так и в дип­ло­ма­ти­че­с­ких пе­ре­го­во­рах». Что­бы не по­гре­шить про­тив ис­то­рии, ре­жис­сёр при­гла­сил для ра­бо­ты над спек­так­лем про­фес­со­ра ка­фе­д­ры оте­че­ст­вен­ной ис­то­рии Нов­го­род­ско­го го­су­дар­ст­вен­но­го уни­вер­си­те­та Ва­си­лия Ан­д­ре­е­ва. Но имен­но в ис­то­рич­но­с­ти яр­ко­му спек­так­лю, ко­то­рый как ни­ка­кой дру­гой впи­сал­ся в ан­ту­раж во­ло­год­ско­го крем­ля, где бы­ла – так в пье­се – да­же на­сто­я­щая Со­фия (Со­фий­ский со­бор), «вы­ше ко­то­рой толь­ко Бог», пред­се­да­тель жю­ри Алек­сей Бар­то­ше­вич и ещё один член жю­ри Ин­на Со­ло­вь­ё­ва во­об­ще от­ка­за­ли. Оцен­ка Со­ло­вь­ё­вой бы­ла ка­те­го­рич­ной и не­при­ми­ри­мой: «Это по­ли­ти­че­с­кий за­каз. Так бы­ло и во вре­ме­на Ста­ли­на…»! По­хо­же, что зри­те­ли та­ких па­рал­ле­лей не про­во­ди­ли, стоя ап­ло­ди­руя спек­так­лю, на­пом­нив­ше­му о ве­ли­чии Рос­сии. 


Ольга ЛУХМАНОВА,
г. ВОЛОГДА




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования