Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №47. 19.11.2010

БЕЗ ПРАВА ОГЛЯНУТЬСЯ

Его кни­ги мож­но ку­пить в лю­бом ма­га­зи­не. Ино­гда да­же в про­дук­то­вом. Лю­ди в ме­т­ро, за­чи­ты­ва­ясь эти­ми кни­га­ми в бе­лых об­лож­ках, про­пу­с­ка­ют свои стан­ции. По ро­ма­нам это­го пи­са­те­ля сни­ма­ют филь­мы в Рос­сии и Гол­ли­ву­де. Мо­ло­дой, ус­пеш­ный и при­вле­ка­тель­ный – у нас в гос­тях Олег Рой.

Олег РОЙ
Олег РОЙ

– Сколь­ко все­го у вас вы­шло книг?

– Сколь­ко вы­шло? Или сколь­ко на­пи­сал? – Это раз­ные ве­щи. На­пи­са­на у ме­ня 21 кни­га, а вы­шло на се­го­дняш­ний день 15 в Рос­сии и 18 за ру­бе­жом.

– Вы пи­ше­те не толь­ко на рус­ском язы­ке?

– Толь­ко на рус­ском. Их пе­ре­во­дят.

– А есть лю­би­мые кни­ги?

– Я бы не ска­зал, есть ли у ме­ня лю­би­мые или не­лю­би­мые кни­ги – это всё рав­но, что у мно­го­дет­ной ма­мы или у мно­го­дет­но­го па­пы спра­ши­вать – кто из де­тей са­мый лю­би­мый. Лю­би­мая – все­гда та кни­га, над ко­то­рой в дан­ный мо­мент ра­бо­таю. По­это­му сей­час та­ко­вой яв­ля­ет­ся «Фан­том­ная боль». По­том бу­дет дру­гой ро­ман – и он на ка­кое-то вре­мя зай­мёт пье­де­с­тал по­чё­та.

– А кни­ги, над ко­то­ры­ми бы­ло очень тя­же­ло ра­бо­тать?

– Дай Бог, в сле­ду­ю­щем го­ду вый­дет ди­ло­гия «Ло­вуш­ка для ан­ге­ла». Во­семь лет ра­бо­ты над ней, по­сто­ян­ные пе­ре­ры­вы – очень слож­но ра­бо­тать бы­ло. Над ро­ма­ном «Ста­рь­ёв­щи­ца», ко­то­рый я то­же не мо­гу ни­как до­де­лать – всё обе­щаю из­да­тель­ст­ву «Экс­мо», но по­ка не по­лу­ча­ет­ся. Это та­кая ми­с­ти­че­с­кая дра­ма, где глав­ный ге­рой за очень боль­шие день­ги на­чи­на­ет про­да­вать свои хо­ро­шие вос­по­ми­на­ния, ко­то­рых у каж­до­го, как мы ду­ма­ем, ог­ром­ное мно­же­ст­во. Ес­ли вам сей­час за­дать во­прос – есть ли у вас хо­ро­шие вос­по­ми­на­ния, вы ска­же­те: «Да, Олег, ко­неч­но, есть». Но ес­ли я вам пред­ло­жу сей­час на ли­с­точ­ке их на­пи­сать – по­верь­те, ли­с­ток не бу­дет за­пол­нен да­же на­по­ло­ви­ну – вы про­сто не смо­же­те их вспом­нить. И ког­да ге­рой на­чи­нал про­да­вать вос­по­ми­на­ния, он то­же ду­мал, что их у не­го ог­ром­ное ко­ли­че­ст­во. Что мож­но на­тор­го­вать на столь­ко, что мож­но стать круп­нее, чем «Газ­пром» или РАО «ЕЭС» по тем вре­ме­нам. Но всё ока­за­лось ба­наль­но и про­сто – при­шлось про­да­вать то, что про­да­вать не очень-то и хо­те­лось – па­мять о ма­те­ри, о пер­вой люб­ви… Да, он стал бас­но­слов­но бо­га­тым, но ког­да про­да­вать уже не­че­го, а ста­рь­ёв­щи­ца по­сто­ян­но при­хо­дит и про­сит про­дать что-то ещё, то очень слож­но ста­но­вит­ся жить. И как слож­но че­ло­ве­ку вы­жить в этой си­ту­а­ции. Каж­дый раз, ког­да я са­жусь за этот ро­ман, мне до­ста­точ­но труд­но.

– Не­сколь­ко ва­ших ро­ма­нов бы­ло эк­ра­ни­зи­ро­ва­но. Как вы счи­та­е­те, удач­ны они или нет, ка­кие мо­же­те от­ме­тить?

– Я мо­гу ска­зать аб­со­лют­но точ­но, и каж­дый ав­тор, ду­маю, это под­твер­дит, что над тво­им ро­ма­ном глу­мят­ся пять раз. Пер­вый раз, ког­да его со­вер­шен­но слу­чай­но из мно­же­ст­ва книг на пол­ке в ма­га­зи­не вы­би­ра­ет про­дю­сер. Он чи­та­ет и ду­ма­ет: «Это же моя кни­га!» Он на­чи­на­ет из­де­вать­ся пер­вый раз – он пе­ре­ска­зы­ва­ет своё ви­де­ние этой ис­то­рии на ка­на­ле. Это уже поч­ти не ваш ро­ман. По­том на кни­гу смо­т­рит сце­на­рист и ду­ма­ет: «Гос­по­ди, кто это на­пи­сал? Ведь на­до-то сов­сем не про это», и они на­чи­на­ют пи­сать сце­на­рий. По­сле это­го сце­на­рий бе­рёт в ру­ки ре­жис­сёр: «Кни­га так се­бе, сце­на­рий на­пи­са­ли пло­хой, но я как ре­жис­сёр сде­лаю не­множ­ко по-дру­го­му, и по­лу­чит­ся ге­ни­аль­ная вещь». По­том всту­па­ют ак­тё­ры – ис­пол­ни­те­ли глав­ных ро­лей: «Гос­по­ди, кни­га ни­ка­кая, сце­на­рий – пол­ное «г», ре­жис­сёр – от­ку­да он во­об­ще взял­ся? Но я сы­г­раю так, что бу­дет про­сто су­пер!» По­том от­сня­тый ма­те­ри­ал по­па­да­ет в ру­ки мон­та­жё­рам, ко­то­рые, при­ме­няя всю свою ге­ни­аль­ность, мон­ти­ру­ют лен­ту, из­ме­нён­ную до не­уз­на­ва­е­мо­с­ти. В ито­ге, ког­да ме­ня при­гла­ша­ют на пре­мье­ру филь­ма, то я, си­дя в за­ле, пы­та­юсь уз­нать хоть в чём-то свою кни­гу. По­то­му что меж­ду кни­гой и филь­мом ни­че­го об­ще­го не ос­та­ёт­ся. На­при­мер, фильм «Ин­дус» по ро­ма­ну «Улыб­ка чёр­но­го ко­та» – там и та­ту­и­ров­ка у не­го бы­ла – не кот, а пти­ца Фе­никс, и не в Ки­те са­мо­лёт упал, а в Ин­дии, и так да­лее…

– Вас ча­с­то уз­на­ют на ули­це?

– Сей­час на­ча­ли ча­с­то уз­на­вать. Бук­валь­но за этот год. Не знаю, с чем это свя­за­но, но сей­час ме­ня ча­с­то ста­ли при­гла­шать на все­воз­мож­ные ка­на­лы, в ток-шоу… Рань­ше мне это до­став­ля­ло не­кое удо­воль­ст­вие – по­то­му что это был для ме­ня но­вый мир, в ко­то­рый ин­те­рес­но оку­нуть­ся и в ко­то­ром ин­те­рес­но по­вра­щать­ся, а са­мое глав­ное – есть от­сыл­ки к ха­рак­те­рам но­вых ге­ро­ев. Но сей­час я уже пе­ре­на­сы­тил­ся этим. И та­кое ко­ли­че­ст­во ге­ро­ев, ко­то­рых я ви­дел там, мне уже не нуж­но, и я сей­час всё ре­же и ре­же стал по­яв­лять­ся на эк­ра­не. Но всё рав­но это вни­ма­ние из­вне по­вли­я­ло на то, что ста­ли очень ча­с­то уз­на­вать.

– Сов­сем не­дав­но, на книж­ной вы­став­ке на ВВЦ вы пре­зен­то­ва­ли ро­ман «Га­ле­рея «Мак­сим», сей­час, осе­нью, вы­шла но­вая кни­га «Па­сын­ки судь­бы»…

– Нет, это кни­ги не но­вые. Сей­час они про­сто из­да­ют­ся. На­при­мер, эта кни­га «Па­сын­ки судь­бы» – бы­ла на­пи­са­на дав­ным-дав­но. Я дол­гое вре­мя жил в Швей­ца­рии, по­том, по­сле раз­во­да, вер­нул­ся в Рос­сию – та­ким опу­с­то­шён­ным – и мо­раль­но, и ма­те­ри­аль­но, что да­же жить бы­ло не на что. О мо­ём при­ез­де в Моск­ве бы­с­т­ро уз­на­ли, и ме­ня при­гла­сил по­бе­се­до­вать ди­рек­тор уни­вер­ма­га «ЦУМ». И вот при­шёл я в его рос­кош­ный ог­ром­ный ка­би­нет из мра­мо­ра и ко­жи. И он мне ска­зал: «Я хо­чу, что­бы ты на­пи­сал ро­ман, со­бы­тия в ко­то­ром так или ина­че бу­дут свя­за­ны с «ЦУ­Мом». Гря­дёт юби­лей уни­вер­ма­га, и вот мне хо­чет­ся как-то его уве­ко­ве­чить». Я воз­му­тил­ся – чтоб я да пи­сал ро­ма­ны на за­каз, чтоб ещё че­ло­век млад­ше ме­ня про­сил… Но он уго­ва­ри­вал: «Мож­но про­сто его не­на­вяз­чи­во упо­мя­нуть…» Я уже со­би­рал­ся вспы­лить, как он на­пи­сал на ли­с­те бу­ма­ги сум­му – тог­да у ме­ня ещё бы­ло хо­ро­шее зре­ние, я её очень хо­ро­шо раз­гля­дел – и я ска­зал, что я на­чи­наю пи­сать пря­мо здесь и сей­час, в его ка­би­не­те… Так ро­ди­лась тог­да ещё боль­шая но­вел­ла «ЦУ­Мо­вый ан­гел», ко­то­рую я впос­лед­ст­вии пе­ре­ра­бо­тал. Но дей­ст­вие как раз­во­ра­чи­ва­лось, так и про­ис­хо­дит в «ЦУ­Ме», да­же на об­лож­ке мо­же­те его уви­деть.

– Вы го­во­ри­ли, что все ва­ши сю­же­ты взя­ты из жиз­ни, как они, эти сю­же­ты, вас на­хо­дят?

– Ес­ли бы я это точ­но знал, я бы си­дел в том ме­с­те, где ме­ня по­се­тил по­след­ний сю­жет, и ждал бы но­во­го вдох­но­ве­ния. Нет, обыч­но это про­ис­хо­дит до­воль­но-та­ки спон­тан­но. Я до­воль­но дол­го ра­бо­тал над «Ста­рь­ёв­щи­цей», был слож­ный пе­ри­од, ког­да я по­ни­мал, что нуж­но её бро­сать. И вдруг я чув­ст­вую, что за иде­о­ло­ги­ей двух глав­ных ге­ро­ев со­кры­та ещё ка­кая-то мо­раль, ко­то­рая не от­но­сит­ся к «Ста­рь­ёв­щи­це», и, к сво­ей ве­ли­кой ра­до­с­ти, я опять от­ло­жил «Ста­рь­ёв­щи­цу» и за­сел за «Фан­том­ную боль» – про не­со­сто­яв­ше­го­ся ак­тё­ра. Я счи­таю, очень ин­те­рес­ный ро­ман и очень ин­те­рес­ная ра­бо­та – что из од­но­го сю­же­та по­учи­лось не­о­жи­дан­ное от­ветв­ле­ние сов­сем в дру­гой ро­ман.

– Всё-та­ки глав­ное в ро­ма­не – это сю­жет?

– Глав­ное – это на­ст­ро­е­ние, с ко­то­рым ты его пи­шешь, а по­том уже при­хо­дит сю­жет и всё ос­таль­ное – про­дик­то­ван­ное на­ст­ро­е­ни­ем. То есть, сю­жет­ная ли­ния – это до­воль­но гиб­кая суб­стан­ция в мо­ей го­ло­ве. Ес­ли у ме­ня се­го­дня хо­ро­шее на­ст­ро­е­ние, то и мо­им ге­ро­ям се­го­дня по­вез­ло. А ес­ли у ме­ня сквер­ное и пло­хое на­ст­ро­е­ние, то, по­верь­те, су­и­ци­даль­ность пе­ре­хо­дит на них. Мне чи­та­те­ли го­во­рят: «Олег, у вас все­го раз в два го­да рож­да­ет­ся свет­лый ро­ман а-ля «Па­сын­ки судь­бы». Про­сто они не зна­ют, что из­да­ют­ся они раз в два го­да, но на са­мом де­ле их го­раз­до мень­ше. Сле­ду­ю­щий год во­об­ще чёр­ный год – он бу­дет про­хо­дить под зна­ком ми­с­ти­ки – вый­дут ди­ло­гия «Ло­вуш­ка для ан­ге­ла», «Фан­том­ная боль» и «Вда­ли от рая» – ста­рый мой ро­ман, то­же ми­с­ти­че­с­кая дра­ма.

– Ино­гда один и тот же ваш ро­ман мож­но уви­деть под раз­ны­ми об­лож­ка­ми и с раз­ны­ми на­зва­ни­я­ми…

– Да. Это дей­ст­ви­тель­но бы­ло с од­ним или дву­мя ро­ма­на­ми – с «Чёр­ной ра­ду­гой» и, точ­но не мо­гу ска­зать, но с ка­ким-то дру­гим ро­ма­ном это то­же бы­ло, по-мо­е­му, со «Сна­ми». Как это объ­яс­ня­ло из­да­тель­ст­во «Экс­мо» – за­ча­с­тую на рын­ке не все­гда мож­но уга­дать пра­виль­ность на­зва­ния. И за­гла­вие мо­жет от­тал­ки­вать лю­дей. Ро­ман под на­зва­ни­ем «Чёр­ная ра­ду­га» на фо­не дру­гих книг не про­да­вал­ся во­об­ще. Из­да­те­ли не мог­ли по­нять, в чём же де­ло – изъ­я­ли из про­да­жи, по­ме­ня­ли на­зва­ние. Но в кни­ге под но­вым на­зва­ни­ем есть аб­со­лют­но чёт­кое упо­ми­на­ние на пер­вой стра­ни­це, что это тот же са­мый ро­ман. Но я ду­маю, что это всё-та­ки ка­кие-то мар­ке­тин­го­вые ве­щи, ко­то­рые мне как ав­то­ру не ин­те­рес­ны. Ме­ня ча­с­то в бло­ге и на мо­ём сай­те до­тош­ные чи­та­те­ли уп­ре­ка­ют в та­ких вот ошиб­ках, но это не моё. Я ведь не ста­нок, ко­то­рый пе­ча­та­ет, я не кре­а­тив­ное бю­ро из­да­тель­ст­ва, ко­то­рое на­зы­ва­ет и ри­су­ет, я за­ни­ма­юсь тек­с­том.

– Олег Рой – ваш псев­до­ним – как он по­явил­ся?

– Очень про­сто. Ес­ли взять мои ФИО – Ре­зеп­кин Олег Юрь­е­вич – аб­бре­ви­а­ту­ра как раз бу­дет РОЙ.

– Не­о­жи­дан­но про­стой от­вет.

– Я по­ни­маю, что нуж­но, ко­неч­но, при­ду­мать ка­кую-ни­будь ис­то­рию, что од­наж­ды мне при­снил­ся сон, и я ра­зо­брал там три бук­вы, ко­то­рые ле­жа­ли под кры­лом ан­ге­ла-хра­ни­те­ля, и я точ­но по­ни­мал, что эти бук­вы… я мо­гу дол­го так про­дол­жать, но на са­мом де­ле всё про­сто и ба­наль­но.

– «Судь­ба да­ёт шанс по­Рой» – ча­с­то на­пи­са­но в ан­но­та­ци­ях к ва­шим кни­гам. Вам судь­ба то­же да­ёт шанс?

– Да, каж­до­му че­ло­ве­ку он вы­па­да­ет – я знаю аб­со­лют­но точ­но. Ино­гда шан­сы вы­па­да­ют по не­сколь­ку раз на дню, но за­ча­с­тую мы про­хо­дим ми­мо этих шан­сов, не за­ме­ча­ем, не хо­тим, не об­ра­ща­ем на них вни­ма­ния, от­вер­га­ем, де­ла­ем вид, что это не для нас, что это не до­стой­но нас, слиш­ком мел­ко для нас. Но на са­мом де­ле это мо­жет быть имен­но то, че­го нам не хва­та­ет. И судь­ба нам ино­гда не­сколь­ко раз на дню пи­ха­ет од­но и то же, мы это чув­ст­ву­ем, от­вер­га­ем, а по­том ей на­до­еда­ет, и она ухо­дит. А че­рез ме­сяц, че­рез два, че­рез три ты толь­ко ду­ма­ешь – «Гос­по­ди, у ме­ня же бы­ла воз­мож­ность! У ме­ня же был Шанс!» Но вер­нуть уже ни­че­го нель­зя. Судь­ба – это не че­ло­век, она не име­ет пра­ва ог­ля­ды­вать­ся.

– А у вас есть лю­би­мый пи­са­тель?

– Из со­вре­мен­ни­ков, вы име­е­те в ви­ду?

– Не име­ет зна­че­ния.

– Сей­час очень мод­но го­во­рить «Че­хов, До­сто­ев­ский, Тол­стой».

– Мне не ин­те­рес­но, как мод­но го­во­рить, хо­чет­ся уз­нать, кто ин­те­ре­сен имен­но вам.

– Мне очень нра­вит­ся Пе­ле­вин. Очень нра­вит­ся Гриш­ко­вец. Ди­на Ру­би­на – по­тря­са­ю­щая. Она мне очень нра­вит­ся сво­ей «Го­луб­кой», и то, как она сей­час по­раз­мы­ш­ля­ла над кук­ла­ми, над ми­с­ти­кой – Ди­на Ру­би­на но­мер один. То есть, я во­об­ще на­хо­жусь под впе­чат­ле­ни­ем лю­бо­го её про­из­ве­де­ния. Бы­ков, Не­сте­ро­ва, То­поль – мно­го лю­би­мых ав­то­ров, ко­то­рые мне дей­ст­ви­тель­но нра­вят­ся, ко­то­рых я дей­ст­ви­тель­но чи­таю.

– То есть, вы ус­пе­ва­е­те ещё и дру­гих чи­тать?

– Это не­об­хо­ди­мо, что­бы как-то раз­ве­ять­ся по­сле оче­ред­но­го ро­ма­на, нуж­но обя­за­тель­но во что-то ухо­дить, ина­че ты аб­со­лют­но точ­но бу­дешь пи­сать про­дол­же­ние то­го, что ты толь­ко что ос­та­вил.

– Вы мо­же­те се­бя на­звать сча­ст­ли­вым че­ло­ве­ком?

– Нет.

– А в чём для вас за­клю­ча­ет­ся сча­с­тье?

– Рань­ше оно за­клю­ча­лось во всех мо­их де­тях. Сей­час од­но­го ре­бён­ка боль­ше нет. И с тех пор я не мо­гу на­звать се­бя сча­ст­ли­вым че­ло­ве­ком.

– Ва­ши твор­че­с­кие пла­ны?

– Их гро­ма­дьё. Столь­ко бы сил, сколь­ко твор­че­с­ких пла­нов. У ме­ня ог­ром­ный кон­тракт с гол­ли­вуд­ской ком­па­ни­ей «Имидж сту­дия», я для них де­лаю че­ты­ре си­ноп­си­са в год. Я сей­час во­зоб­но­вил ра­бо­ту с ком­па­ни­ей «RWS», ко­то­рая сня­ла фильм «Ин­дус». По­том, ско­рее все­го, мы в бли­жай­шее вре­мя нач­нём пе­ре­ра­ба­ты­вать од­ну или две ве­щи. Я хо­чу до­де­лать «Фан­том­ную боль» – ещё в этом го­ду. А в сле­ду­ю­щем го­ду хо­чу до­де­лать вещь, ко­то­рая очень силь­но мне нра­ви­лась – «16 те­ней», и мно­го дру­гих пла­нов.

– Но все они свя­за­ны с пи­са­тель­ской де­я­тель­но­с­тью?

– Ду­маю, что не­за­чем тра­тить ни се­бя, ни свои ре­сур­сы. Всё рав­но, как бы я ни ста­рал­ся, как бы я ни хо­тел, как бы я ни пы­тал­ся при­учить се­бя к че­ты­рём ча­сам сна, сут­ки от это­го боль­ше не ста­но­вят­ся. Ещё хо­чет­ся по­об­щать­ся с дру­зь­я­ми, хо­чет­ся по­смо­т­реть ка­кой-то но­вый фильм, по­чи­тать ту же Ди­ну Ру­би­ну или ко­го-то ещё.

– В свя­зи с этим во­прос – есть у вас хоб­би?

– Я люб­лю фо­то­гра­фи­ро­вать. Я очень мно­го вре­ме­ни про­во­жу с ка­ме­рой. Я сей­час ез­дил в го­род Маг­ни­то­горск, сни­мал на плё­ноч­ный фо­то­ап­па­рат, сним­ки ещё не ус­пел про­явить. Спе­ци­аль­но сни­мал на плён­ку, по­то­му что хо­тел раз­ма­зан­ные ка­д­ры по­лу­чить.

– Мож­но где-ни­будь по­смо­т­реть фо­то­гра­фии?

– Ко­неч­но, у ме­ня на сай­те www.olegroy.com. А в Швей­ца­рии про­да­ют­ся два мо­их аль­бо­ма. «Passing by» – «Про­хо­дя ми­мо», по­свя­щён­ный то­му, что ино­гда, про­хо­дя ми­мо, мы не за­ме­ча­ем кра­со­ты при­ро­ды, ко­то­рая ря­дом с на­ми. Мне ка­жет­ся, очень ин­те­рес­ный аль­бом по­лу­чил­ся.

– Поль­зу­ет­ся спро­сом?

– Зна­е­те, фо­то­аль­бо­мы не поль­зу­ют­ся спро­сом во­об­ще, ес­ли это не фо­то­аль­бом звёзд, ко­то­рых фо­то­гра­фи­ро­вал Нью­ман. Они не вы­пу­с­ка­ют­ся ог­ром­ны­ми ти­ра­жа­ми, и лю­ди бе­рут их се­бе в кол­лек­цию, чтоб они про­сто ле­жа­ли на пол­ке, гос­ти при­шли и по­ли­ста­ли. Для них за­ча­с­тую ав­тор как фо­то­граф не ва­жен, важ­на эмо­ция, ко­то­рая идёт от са­мих фо­то­гра­фий. Это не обид­но. По­это­му до­став­ля­ет удо­воль­ст­вие сам факт, что я за­хо­жу в лю­бой фо­то­са­лон в Швей­ца­рии, и там ле­жит мой аль­бом – поль­зу­ет­ся он при этом спро­сом или нет – со­вер­шен­но не важ­но.

– Вы вне по­ли­ти­ки?

– Жи­вя в на­шей стра­не и вы­пи­вая ино­гда пи­во с дру­зь­я­ми, нель­зя быть вне по­ли­ти­ки. Это вто­рая те­ма по­сле жен­щин. К то­му же, по­сле 45-ти в этой об­ла­с­ти по­хва­с­тать осо­бо не­чем бы­ва­ет – это не то вре­мя, ког­да те­бе 23 го­да и ког­да мож­но при­ду­мы­вать что угод­но, и те­бе по­ве­рят. Все пе­ре­хо­дят на ба­наль­но­с­ти. А ба­наль­но­с­ти – это тот же са­мый рос­сий­ский фут­бол, ко­то­ро­го ни­ког­да не бы­ло, это олим­пи­а­да в Со­чи, под при­кры­ти­ем ко­то­рой раз­во­ро­вы­ва­ет­ся всё, что мож­но, и, ес­те­ст­вен­но, раз­го­вор пе­ре­хо­дит на по­ли­ти­ку. Так или ина­че, она вли­я­ет на нас, мы в ней жи­вём.

– А на ва­шу про­зу по­ли­ти­ка вли­я­ет?

– Нет. В мо­их ро­ма­нах нет по­ли­ти­ки. По­че­му? – По­то­му что она уже на­столь­ко нам всем на­до­ела, что ста­но­вит­ся смеш­но. Нам по­сто­ян­но её пи­ха­ют. Но ког­да пи­ха­ют на­столь­ко смеш­но и не­ук­лю­же, то ос­та­ёт­ся толь­ко ве­се­лить­ся. Ког­да Гос­ду­ма раз­ра­ба­ты­ва­ет за­кон о кор­руп­ции, это смеш­но, по­то­му что, мне ка­жет­ся, их нуж­но всех са­мих сна­ча­ла по­са­дить, а по­том уже за­кон раз­ра­ба­ты­вать. Это всё ба­наль­но и про­сто. Ког­да я уз­наю, что так ча­с­то и так дол­го в ка­ком-то ре­ги­о­не ка­кой-то пол­ков­ник ми­ли­ции ло­вил кор­руп­ци­о­не­ров, а по­том его са­мо­го пой­ма­ли на взят­ке в не­сколь­ко мил­ли­о­нов дол­ла­ров… это те­атр аб­сур­да.

– А как вы от­но­си­тесь к тем, кто вы­хо­дит на Три­ум­фаль­ную пло­щадь 31-го чис­ла?

– Я ни­как не от­но­шусь к ним. У каж­до­го есть своя по­ли­ти­че­с­кая, граж­дан­ская, че­ло­ве­че­с­кая по­зи­ция. Дру­гое де­ло, что её мож­но вы­ска­зы­вать в трёх ме­с­тах. Пер­вое – это вну­т­ри са­мо­го се­бя, что, на­вер­ное, бо­лее-ме­нее пра­виль­но. Вто­рое – это мож­но вый­ти по­кри­чать на пло­ща­ди, что са­мо по се­бе вле­чёт за со­бой не впол­не нор­маль­ные по­след­ст­вия и для са­мо­го се­бя, и для ок­ру­жа­ю­щих лю­дей, к то­му же, это ни­че­го не ме­ня­ет. Вы ме­ня про­сти­те, но про­ци­ти­рую од­но­го очень хо­ро­ше­го аме­ри­кан­ско­го по­ли­ти­ка: «От­то­го, что я пу­каю в ван­ной, во­все не сле­ду­ет, что я си­жу в джа­ку­зи». И тре­тье – мож­но со­брать­ся с дру­зь­я­ми по­го­во­рить. Это ку­да бо­лее при­ят­но. В на­шем го­су­дар­ст­ве все­го два че­ло­ве­ка, ко­то­рые де­ла­ют по­ли­ти­ку…

– Ко­го вы име­е­те в ви­ду?

– Я имею в ви­ду Пу­ти­на и Мед­ве­де­ва. Есть ещё, прав­да, их ок­ру­же­ние, ко­то­рое дав­но не ме­ня­лось, но их очень ма­ло – лю­дей, ко­то­рые в по­ли­ти­ке дей­ст­ви­тель­но раз­би­ра­ют­ся. Это и гос­по­дин Хри­с­тен­ко, и, ско­рее все­го, его су­пру­га Та­ть­я­на, и Чу­байс, и Гер­ман Греф, и Ла­в­ров – это те мон­ст­ры, ко­то­рые мо­гут ре­аль­но де­лать по­ли­ти­ку, а ос­таль­ные при­хо­дят ра­ди де­нег, и эти по­ли­ти­че­с­кие мон­ст­ры с ни­ми спра­вить­ся не мо­гут. А Нем­цов – на­вер­ное, то­же име­ет пра­во вы­ра­жать свою по­зи­цию та­ким об­ра­зом. Но встать ря­дом с ним на пло­ща­ди и кри­чать я бы не очень хо­тел. По­то­му что ему-то это раз­ре­ши­ли, а мне ни­кто та­ко­го пра­ва не да­вал – по­че­му-то мне так ка­жет­ся.

 

 

 

 

 

 

 


Беседу вела Любовь ГОРДЕЕВА
Фото: Александр ПОПОВ




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования