Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №51. 17.12.2010

ПАРАКРИТИКА ПАРАКРИТИКИ

 Не так дав­но пи­са­тель Или­чев­ский мне под­пих­нул ста­тью «Под па­ру­са­ми па­ра­кри­ти­ки» Юлии Щер­би­ни­ной («Кон­ти­нент» № 145, 2010). «Хо­ро­шая ра­бо­та, – го­во­рит. – За­ме­ча­тель­но, что ро­ди­лась та­кая идея, по­то­му что в со­во­куп­но­с­ти кри­ти­ка за ма­лым ис­клю­че­ни­ем как раз и на­по­ми­на­ет тот са­мый «Цве­точ­ный афе­д­рон», с ко­то­рым при­хо­дит­ся иметь де­ло, от ко­то­ро­го не от­вер­теть­ся толь­ко пре­зре­ни­ем, по­то­му что всё это вы­да­ёт­ся за ме­ха­низм куль­ту­ры, яв­ля­ясь глу­по­с­тью и ло­жью».

Я на­чал чи­тать ста­тью про кри­ти­ку и не­сколь­ко рас­ст­ро­ил­ся. Я ко­неч­но, как при­леж­ный че­ло­век, сра­зу про­чи­тал во вве­де­нии, что ав­тор «за­ни­ма­ет­ся ис­сле­до­ва­ни­ем дис­кур­сив­ных про­цес­сов в раз­ных об­ла­с­тях куль­ту­ры», да толь­ко не ожи­дал, что до та­кой сте­пе­ни уг­лу­бил­ся в оные прак­ти­ки. За­ра­нее со­чув­ст­вую ав­то­ру, раз­де­ляю мно­гие его на­блю­де­ния, но не раз­де­ляю его ув­ле­чён­ность соб­ст­вен­ным сти­лем. Так пи­са­ли в на­ча­ле де­вя­но­с­тых, ког­да мно­гие до­рва­лись-та­ки до чте­ния фран­цуз­ских фи­ло­со­фов. А они – из­ве­ст­но что: «по­до­бие меж­ду­на­род­ной бан­ды цы­ган-ко­но­кра­дов, ко­то­рые при лю­бой воз­мож­но­с­ти с ги­ка­нь­ем уго­ня­ют в тем­но­ту по­след­ние ос­тат­ки про­сто­ты и здра­во­го смыс­ла». Ру­бе­жом, кста­ти, был 1990 год – го­дом рань­ше «Про­гресс» из­дал «Из­бран­ные ра­бо­ты» Бар­та, се­рень­кий та­кой том, и по­сле это­го его все пря­мо об­ци­ти­ро­ва­лись. Я зна­вал лю­дей, что в ту по­ру толь­ко и го­во­ри­ли «Се­ми­оти­кой».

Жур­нал «Кон­ти­нент», ко­неч­но ум­ный, да толь­ко всё же не снаб­жён над­пи­ся­ми «для спе­ци­аль­ных лю­дей». По­это­му, как про­чи­та­ешь в нём не­о­жи­дан­но: «А для это­го про­ник­но­ве­ние в ху­до­же­ст­вен­ный текст долж­но об­ре­с­ти ут­ра­чен­ный ста­тус са­к­раль­но­с­ти – стать эк­зе­ге­зой», так при­хо­дишь в со­сто­я­ние, оп­ре­де­ля­е­мое мно­ги­ми с по­мо­щью сло­ва ру­га­тель­но­го и не­при­лич­но­го.

Ну и на­ко­нец ужас­ный ко­нец (ка­лам­бур). Иди­те в на­род, си­ять за­ставь­те за­но­во ве­ли­че­ст­вен­ное сло­во кри­ти­ка... Лю­би­те не се­бя в кри­ти­ке, а кри­ти­ку в се­бе... Тьфу, Ста­ни­слав­ский: «Для то­го, что­бы «взять курс» на эк­зе­ге­зу, ли­те­ра­тур­ной кри­ти­ке не тре­бу­ет­ся сме­на ана­ли­ти­че­с­ко­го ин­ст­ру­мен­та­рия – не­об­хо­ди­мо из­ме­нить от­но­ше­ние к про­фес­сии. Здесь воз­мо­жен толь­ко лич­но­ст­ный, очень че­ст­ный и очень сме­лый вы­бор: пе­ре­сесть из фре­га­та в шлюп­ку и от­пра­вить­ся в сво­бод­ное пла­ва­ние. Вширь, но ещё бо­лее – вглубь. А ос­тав­шим­ся – ми­ни­ми­зи­ро­вать гре­хи па­ра­кри­ти­ки, сле­дуя из­ве­ст­но­му пра­ви­лу: С БОР­ТА СУД­НА НЕ НЫ­РЯТЬ И НЕ РЫ­БА­ЧИТЬ!» – ну за­глав­ные бук­вы мы во­об­ще не бу­дем об­суж­дать – ос­та­вим се­те­вым но­вич­кам, лю­би­те­лям ча­тов.

Нет, я при­вык к то­му, что в ли­хой час пе­ре­мен то и де­ло раз­да­ют­ся при­зы­вы сбро­сить ко­го-ни­будь с ко­раб­ля со­вре­мен­но­с­ти, но вот так, са­мим... Рань­ше та­ко­го не слы­шал. Мож­но ре­шить, что пред­ло­же­ние ка­нуть «вглубь» сде­ла­но в рас­чё­те на то, что кри­ти­ки не то­нут. Но ведь сре­ди них мо­гут ока­зать­ся и при­лич­ные лю­ди!

И, опять же, что это оз­на­ча­ет-то та­кой со­вет? Возь­мём­ся за ру­ки, дру­зья? Не со­ри­те, ува­жай­те труд убор­щиц? Или «вы бы мя­ту, му­жи­ки, се­я­ли»?

По­том я на­чал, как го­во­рят учё­ные лю­ди, «де­кон­ст­ру­и­ро­вать текст». Впро­чем, чёрт, нет, ко­неч­но, я на­чал про­сто пе­ре­во­дить его на рус­ский язык – и с ним слу­чи­лось то, что ино­гда про­ис­хо­ди­ло с со­вет­ским мар­га­ри­ном: ты бро­са­ешь его на ско­во­род­ку, оно ши­пит, де­ла­ет лу­жи­цу – и бац! – пе­ред то­бой сно­ва чи­с­тая ско­во­род­ка.

То есть, в ста­тье бы­ло на­пи­са­но, что с кри­ти­кой у нас про­бле­мы. Ну, кто бы со­мне­вал­ся. За­тем там бы­ло на­пи­са­но, что у боль­ной кри­ти­ки семь свойств-гре­хов. Спи­сок этот воз­му­ти­тель­но-па­фос­ный, но глав­ное – про­из­воль­ный. По­че­му та­кие гре­хи, а не про­чие?

Ко­неч­но, идея о том, что кри­ти­ка со­вре­мен­ная не раз­бе­ри что та­кое – со­вер­шен­но пра­виль­ная. Хо­ро­шо бы по­нять во­об­ще, что это – кри­ти­ка (пер­вая про­бле­ма), но сму­ща­ет ме­ня осо­бый пти­чь­ий, как бы на­уч­ный, язык это­го раз­би­ра­тель­ст­ва (вто­рая про­бле­ма).

Де­ло в том, что ес­ли я на­блю­даю вы­со­кую кон­цен­т­ра­цию учё­ных слов, так сра­зу на­пря­га­юсь. Нет, я мно­го где та­кое ви­дел, и чи­тал до­воль­но эк­зо­ти­че­с­кие книж­ки, да что го­во­рить – кто по Лан­дау и Лиф­ши­цу учил­ся, тот над сти­лем и слож­но­с­тью из­ло­же­ния не сме­ёт­ся. Но на­уко­об­раз­ный язык, по­ми­мо все­го про­че­го – точ­ный ин­ди­ка­тор, по­ка­зы­ва­ю­щий то, что ес­ли че­ло­век не мо­жет в об­ще­до­с­туп­ном жур­на­ле го­во­рить про­сто, зна­чит, рас­тёт не­до­ве­рие к со­дер­жа­нию. Нет, у ко­го-то, на­обо­рот, име­ни­ны серд­ца – я все­гда вспо­ми­наю Пе­пер­кор­на из ман­нов­ской «Вол­шеб­ной го­ры», ко­то­ро­го сло­ва «осесть на зем­ле» при­во­ди­ли в экс­та­ти­че­с­кое со­сто­я­ние.

Пред­мет во­про­са по­ни­ма­ет­ся сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «Под па­ра­кри­ти­кой сле­ду­ет по­ни­мать ак­тив­но раз­ви­ва­ю­щий­ся в по­след­нее вре­мя про­цесс от­кло­не­ния ли­те­ра­тур­ной ана­ли­ти­ки от не­по­сред­ст­вен­но­го раз­бо­ра-оце­ни­ва­ния ху­до­же­ст­вен­но­го про­из­ве­де­ния в сто­ро­ну ре­ше­ния по­боч­ных (вне­ли­те­ра­тур­ных) за­дач. А так­же ре­зуль­тат это­го про­цес­са – со­во­куп­ность тек­с­тов, от­ра­жа­ю­щих при­зна­ки по­сле­до­ва­тель­ной де­кон­ст­рук­ции ли­те­ра­тур­ной кри­ти­ки под вли­я­ни­ем куль­тур­ных сдви­гов в пост­ин­ду­с­т­ри­аль­ном со­ци­у­ме».

Но я всё-та­ки вы­ныр­ну, что­бы на­брать воз­ду­ха и по­про­бую ус­петь ска­зать вот что: «Кри­ти­ка», как мне ка­жет­ся, дав­но умер­ла. Я сам как-то, лет де­сять на­зад на­пи­сал текст про то, что кри­ти­ка в её клас­си­че­с­ком по­ни­ма­нии, ка­ко­му нас учи­ли в шко­лах, с Бе­лин­ским и Пи­са­ре­вым умер­ла. Ну нет это­го па­фо­са, вскры­тий и об­ли­че­ний в на­шей жиз­ни. А ес­ли кто нач­нёт го­во­рить язы­ком Бе­лин­ско­го нын­че, то вый­дет не­ко­то­рая не­лов­кость.

Ос­та­лось, впро­чем, ре­цен­зи­ро­ва­ние.

Нет, ос­та­лось ещё мно­го че­го – вон, Сеть пол­на чи­та­тель­ских от­зы­вов. До­воль­но мно­го в ней и фи­ло­ло­ги­че­с­ких шту­дий. Но это всё не «кри­ти­ка», сколь­ко мно­го не при­ду­май ты тер­ми­нов ти­па «ли­те­ра­тур­ная ана­ли­ти­ка» или иных эв­фе­миз­мов.

От­то­го все при­зы­вы ку­да-то спрыг­нуть с ка­ко­го-то фре­га­та, это всё – мысль мут­ная и мне со­вер­ше­но не­по­нят­ная. Меж тем, те­ма-то ужас­но ин­те­рес­ная. На­при­мер, есть (как мне ка­жет­ся – мысль-то на ско­рую ру­ку) две точ­ки при­ло­же­ния этих вто­рич­ных тек­с­тов: ме­диа и со­ци­аль­ные се­ти.

Об­суж­де­ния ве­дут­ся в со­ци­аль­ных се­тях, и имен­но ту­да пе­ре­ко­че­ва­ли все ин­те­рес­ные раз­бо­ры.

А вот что долж­но по­яв­лять­ся в ме­диа – со­вер­шен­но не­по­нят­но. То есть, ка­ко­ва роль но­во­го ти­па жур­на­ла?

Во­об­ще, ка­ко­ва роль со­об­ществ – ти­па фен­до­ма у фан­та­с­тов, или про­чих пи­са­тель­ских групп и круж­ков. Где пи­са­тель­ские круж­ки? Ну, по­те­ря­ли боль­шие струк­ту­ры для дис­кус­сий, нет у нас за­пад­ни­ков и сла­вя­но­фи­лов, но где струк­ту­ры но­вых фор­ма­тов? И ес­ли они об­на­ру­жат­ся, то что от них ожи­дать?

Вот рань­ше еди­ни­цей струк­ту­ры был тол­стый ли­те­ра­тур­ный жур­нал – ну, по­нят­но, жур­нал «Ок­тябрь» на­па­дал на жур­нал «Но­вый мир», и про­ис­хо­ди­ло то, что сей­час про­сты­ми и ци­нич­ны­ми людь­ми зо­вёт­ся «дви­жу­ха». А нын­че быть тол­стым жур­на­лом так страш­но, что по­не­во­ле жмёшь­ся ещё жи­вым к сво­им со­то­ва­ри­щам.

Но тут я се­бя одёр­ги­ваю. Я, мо­жет быть, на ли­те­ра­тур­ный про­цесс взъел­ся, от­то­го, что мне на­доб­но го­ре­ния ду­ши, па­фо­са, Ка­с­таль­ской ака­де­мии вку­пе с Се­ра­пи­о­на­ми и ОПО­ЯЗОМ, но я в се­бе эти по­ры­вы бе­зу­мия всё-та­ки умею га­сить. Но вре­мя от вре­ме­ни я встре­чаю очень силь­ные тек­с­ты и че­ст­но се­бе го­во­рю: «Ви­дишь, Вла­ди­мир Сер­ге­е­вич, как за­вёл те­бя этот рас­сказ, те­бе за­вид­но да­же». Так что тек­с­ты есть – а про­цес­са ни­ка­ко­го нет. Про­сто сей­час и дви­жу­хи нет – от­то­го все так ра­до­ва­лись по­яв­ле­нию «Цве­точ­но­го кре­с­та». Но вот че­му об­ра­до­вать­ся на по­ле об­суж­де­ния кри­ти­ки – не яс­но.

У ме­ня мыс­ли про­стые, как мо­ло­ток: из­ме­нил­ся со­ци­аль­ный ста­тус ли­те­ра­ту­ры – из­ме­ни­лась и кри­ти­ка, на ней кор­мя­ща­я­ся. Об­ме­ле­ли фи­нан­со­вые по­то­ки, од­но­вре­мен­но ши­ро­кие на­род­ные мас­сы на­ча­ли пуб­лич­но ре­флек­си­ро­вать по по­во­ду про­чи­тан­но­го. И это ещё боль­ше по­вли­я­ло на фи­нан­со­вые по­то­ки: да и то – за­чем вы­во­дить спе­ци­аль­ную по­ро­ду фи­ло­ло­га-про­фес­си­о­на­ла, что спо­со­бен до­чи­тать до кон­ца «Крас­ное ко­ле­со», ког­да мож­но черп­нуть из бур­но­го мо­ря на­род­ных от­зы­вов, и бу­дут лю­бо­му из­да­нию и ре­цен­зии, и ав­то­ры, и мне­ния, и пе­ре­сказ со­дер­жа­ния. К то­му же вы­яс­ни­лось, что про­сто ре­цен­зия са­ма по се­бе не вли­я­ет на про­да­жи, и, соб­ст­вен­но, ни на что не вли­я­ет.

Да, да – я люб­лю вуль­гар­ный со­ци­о­ло­гизм, ведь он мно­гое объ­яс­ня­ет. Не всё, ко­неч­но, но мно­гое.

А са­мое луч­шее в упо­мя­ну­той ста­тье – это ци­та­ты из вся­ких бе­зум­ных ре­цен­зий на не ме­нее бе­зум­ные кни­ги.

И ес­ли ты улы­ба­ешь­ся, их чи­тая, то это под­тверж­де­ние то­го, что жить на­до ве­се­ло.

Ве­се­ло, вот что я ска­жу.

Нам и не та­кое по­ка­жут.


Владимир БЕРЕЗИН




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования