Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №10. 11.03.2011

ПАМЯТИ МИЛИЦИИ

 Раз­мы­ш­ле­ния о се­ри­а­ле «Зна­то­ки»

 

От­го­во­рив об Аркадии Ада­мо­ве (ЛР, 2011, №4), по­ра взять на ка­ран­даш и бо­лее мо­ло­дых его кол­лег. Один зна­ме­ни­тый ак­тёр, по­смо­т­рев не­дав­ний кон­церт ко Дню ми­ли­ции, вос­клик­нул: «Пра­зд­ник пра­во­о­хра­ни­те­лей, а ме­ло­дии-то блат­ные! И сло­ва, и ужим­ки ис­пол­ни­те­лей – как в во­ров­ской ма­ли­не!». Нет чис­ла кри­ми­наль­ным се­ри­а­лам на на­шем те­ле­ви­де­нии. Как пра­ви­ло, и там не­воз­мож­но от­ли­чить ми­ли­ци­о­не­ров от пре­ступ­ни­ков! Один и тот же жар­гон, схо­жая мо­раль – ку­лак да ма­тер­щи­на… Кто-то ска­жет: та­ко­вы тре­бо­ва­ния ре­а­лиз­ма. Да нет, ско­рее, сце­на­ри­с­ты и ре­жис­сё­ры пе­ре­ги­ба­ют пал­ку, что­бы со­здать зре­ли­ще по­ос­т­рее. А ведь бы­ва­ли книж­ки и филь­мы, в ко­то­рых, по Со­фок­лу, со­труд­ни­ки ми­ли­ции бу­дут по­ка­за­ны та­ки­ми, ка­ки­ми они долж­ны быть. И нам при­дёт­ся воз­рож­дать под­за­бы­тые тра­ди­ции.

Рас­цвет жа­н­ра при­шёл­ся на се­ми­де­ся­тые, ког­да в каж­дую со­вет­скую квар­ти­ру, где был те­ле­ви­зор, при­шли зна­то­ки – Зна­мен­ский, То­мин, Ки­б­рит – ге­рои ле­то­пис­цев со­вет­ской ми­ли­ции, Оль­ги и Алек­сан­д­ра Ла­в­ро­вых. В 1990-е го­ды Ла­в­ро­вы пе­ре­из­да­ли свои кни­ги о зна­то­ках и на­сы­ти­ли их ак­ту­аль­ной пе­ре­ст­ро­еч­ной под­жар­кой: ока­зы­ва­ет­ся, за пле­ча­ми рас­хи­ти­те­лей из ре­с­то­ра­на и ово­ще­ба­зы сто­я­ли чуть ли не це­ков­ские крё­ст­ные от­цы, а Зна­мен­ско­му и То­ми­ну на­чаль­ст­во ме­ша­ло че­ст­но ра­бо­тать… Это из­держ­ки конъ­юнк­ту­ры рын­ка, а нас ин­те­ре­су­ют ис­тин­ные зна­то­ки, ге­рои 1970-х.

В пер­вых филь­мах, ко­то­рые ста­ли те­ле­ви­зи­он­ным де­ли­ка­те­сом 1971 го­да, на­и­бо­лее ин­те­рес­ным был сам тре­у­голь­ник зна­то­ков. Мо­ло­дые, со­вре­мен­ные (но без вы­зы­ва­ю­ще­го мо­дер­низ­ма!) ин­тел­лек­ту­а­лы, не­по­хо­жие ни на ми­ли­ци­о­не­ров из анек­до­тов, ни на мо­лод­це­ва­тых сле­до­ва­те­лей из преж­не­го со­вет­ско­го ки­но. Они мно­го ку­ри­ли, То­мин ре­приз­но по­вто­рял: «Зи­ну­ля – это го­ло­ва!». В при­выч­ных со­вет­ских де­тек­ти­вах обыч­но до­ми­ни­ро­вал один оба­я­тель­ный сле­до­ва­тель (ска­жем, ге­рой Юрия Со­ло­ми­на в «Ин­спек­то­ре уго­лов­но­го ро­зы­с­ка»), а ос­таль­ные – сви­та – не за­по­ми­на­лись, да­же ес­ли их иг­ра­ли по­пу­ляр­ные ак­тё­ры. Не­ред­ко с мо­ло­дым сле­до­ва­те­лем со­сед­ст­во­вал по­жи­лой ми­ли­цей­ский мэтр в уют­ном ис­пол­не­нии Мар­ка Бер­не­са или Вла­ди­ми­ра Ке­ниг­со­на. А тут – мо­ло­дое кон­тра­ст­ное трио, три раз­ных ха­рак­те­ра, как у Дю­ма. Ви­тал в их об­ще­нии дух не­при­нуж­дён­ной сту­ден­че­с­кой друж­бы. Поз­же ком­пе­тент­ные то­ва­ри­щи по­про­си­ли не ку­рить в ка­д­ре. По­хо­жая ис­то­рия про­изо­ш­ла с пес­ней про ко­с­мо­нав­тов «На пыль­ных тро­пин­ках», ког­да вме­с­то пер­во­на­чаль­но­го «По­ку­рим пе­ред стар­том» за­пе­ли «Спо­ём­те».

Те­ле­спек­так­ли сни­ма­лись на мед­ные день­ги – и, не­смо­т­ря на вли­я­тель­ный ин­сти­тут ре­дак­ту­ры, по­рой не хва­та­ло дуб­лей, что­бы унич­то­жить яв­ные ля­пы – на­при­мер, ав­то­ры так и не до­го­во­ри­лись об уда­ре­нии в фа­ми­лии на­чаль­ни­ка зна­то­ков. Стат­но­го пол­ков­ни­ка на­зы­ва­ют то Ско­пи­ным, то Ско­пи­ным. А од­наж­ды на­пор­та­чи­ли ти­т­ро­валь­щи­ки, пе­ре­пу­тав ини­ци­а­лы му­жа и же­ны Ла­в­ро­вых. Но зри­те­ли не при­ди­ра­лись: зна­то­ков лю­би­ли не как эк­ран­ных су­пер­ме­нов, а как хо­ро­ших те­ле­ви­зи­он­ных зна­ко­мых.

Ге­ор­гий Мар­ты­нюк, на­ве­ки ос­тав­ший­ся Пал Па­лы­чем Зна­мен­ским, в ше­с­ти­де­ся­тые блес­нул в филь­мах Вла­ди­ми­ра Ба­со­ва «Ти­ши­на», «Ме­тель», «Щит и меч» (веч­ный ре­корд по­пу­ляр­но­с­ти ки­но­се­ри­а­ла в про­ка­те!). Иг­рал он ба­ла­гу­ри­с­тых, оба­я­тель­ных, чу­точ­ку лег­ко­мыс­лен­ных спор­тив­ных мо­лод­цов. Но­сил ще­голь­ские уси­ки. Зна­мен­ский по­тре­бо­вал дру­гих кра­сок. Он – са­ма че­ст­ность, мак­си­ма­лизм, до­тош­ность. Веж­ли­вый, до­б­ро­же­ла­тель­ный, бо­я­щий­ся без­вин­но оби­деть. Ино­гда он про­яв­ля­ет из­лиш­нюю прин­ци­пи­аль­ность: в лич­ной жиз­ни, на­вер­ное, не­вы­но­сим. Но ра­ним и тро­га­те­лен в сво­ём прав­до­лю­бии, в до­ве­рии к лю­дям. Ведь каж­до­му за­пу­тав­ше­му­ся бе­до­ла­ге он го­тов пре­до­ста­вить шанс и по-дон­ки­хот­ски пе­ре­жи­ва­ет, ес­ли че­ло­век не схо­дит с опас­ной до­рож­ки и «то­пит» се­бя. На­вер­ное, по­шёл в от­ца – нам ведь со­об­щи­ли, что отец-учё­ный по­гиб, за­ра­зив­шись та­ин­ст­вен­ной ли­хо­рад­кой, как го­во­рит­ся, «за-ра­ди на­уки». Мис­сия стар­ше­го Пав­ла Зна­мен­ско­го бы­ла на­уч­ным по­дви­гом: он изу­чал до­ис­то­ри­че­с­ких жи­вот­ных. Сра­зу яс­но: по­движ­ник и бес­сре­б­ре­ник.

По­рой Зна­мен­ский скло­нен к мо­ра­ли­за­тор­ст­ву – и это ис­крен­няя, а с го­да­ми всё бо­лее вы­ст­ра­дан­ная но­та. Май­о­ра Пал Па­лы­ча ко­ро­бит чёр­ст­вость му­жа об­ви­ня­е­мой, ко­то­ро­го ин­те­ре­су­ют лёг­кие до­де­ро­но­вые ко­с­тю­мы (ста­ло жар­ко, а лет­ние брюч­ные па­ры кон­фи­с­ко­ва­ны), а не судь­ба за­пу­тав­шей­ся же­ны.

В фи­на­ле дру­гой се­рии, столк­нув­шись с ци­низ­мом мо­ло­до­го че­ло­ве­ка, ко­то­ро­го мать при­учи­ла всё на све­те по­ку­пать за день­ги, вплоть до чу­жих су­деб и са­мо­го пра­во­су­дия, Зна­мен­ский ска­зал с го­ре­чью – не столь­ко То­ми­ну, сколь­ко са­мо­му се­бе: «Не­на­ви­жу не­на­ви­деть». И ра­зо­ча­ро­вы­вать­ся в лю­дях ему боль­но.

Во­об­ще-то очень труд­но сы­г­рать эда­ко­го ге­роя, что­бы зри­тель не за­ску­чал. Слиш­ком уж он пра­виль­ный, этот хо­ло­с­тяк, из­ред­ка бро­са­ю­щий то­с­к­ли­вые взгля­ды на Зи­ноч­ку. Лю­би­мая се­рия ар­ти­с­та Мар­ты­ню­ка – из пер­вой пор­ции зна­то­ков, «Ва­ше под­лин­ное имя». Про шпи­о­на. Длин­ная ду­эль из до­про­сов, в ко­то­рой с са­мо­го на­ча­ла Зна­мен­ский по­ка­зал чу­де­са про­ни­ца­тель­но­с­ти. Или, вер­нее, его въед­ли­вость по­мог­ла в на­воз­ной ку­че раз­гля­деть яч­мен­ное зер­но – ма­тё­ро­го ино­ст­ран­но­го аген­та. Са­мо­дис­цип­ли­на раз­ви­ва­ет ин­ту­и­цию. А шпи­о­на очень убе­ди­тель­но сы­г­рал сам крё­ст­ный отец зна­то­ков – ре­жис­сёр Вя­че­слав Бров­кин.

В ран­них се­ри­ях Зна­мен­ский бли­с­тал. Его изящ­ные до­про­сы бы­ли ос­но­вой пер­во­на­чаль­но­го ус­пе­ха се­ри­а­ла. Жен­щи­нам нра­вил­ся об­сто­я­тель­ный сле­до­ва­тель, кра­са­вец-ин­тел­ли­гент, спо­соб­ный к за­ду­шев­ным сан­ти­мен­там, оди­но­кий ры­царь. И не сов­сем уж су­харь: в од­ной из се­рий они с Ки­б­рит ус­та­но­ви­ли, на­при­мер, что ста­вить крест на де­вуш­ке из-за ко­рот­кой юб­ки – хан­же­ст­во. Но ког­да с де­ла о го­род­ской свал­ке на­ча­лись цвет­ные се­рии, ры­цар­ский ро­ман­тизм Зна­мен­ско­го, ка­жет­ся, по­угас. В по­след­них ис­то­ри­ях этот не­сги­ба­е­мый иде­а­лист ра­зо­ча­ро­ван­ным взгля­дом смо­т­рит на мо­шен­ни­ков, ко­то­рые ста­но­вят­ся всё ко­ры­ст­нее, всё га­же – и на овощ­ной ба­зе, и на тек­с­тиль­ной фа­б­ри­ке... Не его это вре­мя – слиш­ком пред­при­им­чи­вые, спе­ку­лянт­ские вось­ми­де­ся­тые, не го­во­ря уж об их ко­о­пе­ра­тив­ном эпи­ло­ге. Вид­но, что жизнь по­ряд­ком его по­тре­па­ла – и в ге­не­ра­лы луч­ший сле­до­ва­тель Моск­вы так и не вы­шел. Пал Па­лыч сник. Воз­мож­но, он тай­ком по­пи­ва­ет. Не ста­ло той ак­тив­ной до­б­ро­ты, ко­то­рая не поз­во­ля­ла ему про­дол­жать до­прос, ког­да по­до­зре­ва­е­мый нерв­ни­чал и не­на­ро­ком мог се­бя по­то­пить. «Сво­их лю­дей» Пал Па­лыч те­перь на­хо­дит сре­ди ста­рых сто­ро­жей, ко­то­рые так же со­кру­ша­ют­ся во­ро­ва­то­с­тью но­вых вре­мён (та­кие эпи­зо­ди­че­с­кие ге­рои есть в се­ри­ях «Он где-то ря­дом», «По­жар», «Из жиз­ни фрук­тов»). Мо­ло­дой чёр­но-бе­лый Зна­мен­ский знал, что «по­вин­ную го­ло­ву меч не се­чёт», и да­же огол­те­ло­го уго­лов­ни­ка Ди­но­за­в­ра по­жа­лел, сжёг по его прось­бе пись­мо, что­бы не вскры­вать ста­рую се­мей­ную дра­му… В вось­ми­де­ся­тые Зна­мен­ский всё ча­ще вы­гля­дит смур­ным, его иде­а­лизм по­ис­т­ре­пал­ся; сле­до­ва­тель ус­тал. В эти го­ды во­об­ще труд­нее бы­ло ве­рить в тор­же­ст­во со­ци­а­ли­с­ти­че­с­кой за­кон­но­с­ти: прав­до­лю­бы, ли­шён­ные скеп­ти­циз­ма, ос­та­лись на чёр­но-бе­лых плён­ках. Оп­ти­мизм че­ст­ных глаз да­вал­ся всё на­туж­нее. Ра­ни­мый гу­ма­нист-сле­до­ва­тель так и ос­тал­ся не­стан­дарт­ным хо­дом пер­вых эпи­зо­дов се­ри­а­ла.

Юр­кий То­мин был лю­бим­цем мно­го­чис­лен­ной дет­ской те­ле­пуб­ли­ки; во­об­ще-то ши­ро­кий зри­тель по­лю­бил Ле­о­ни­да Ка­нев­ско­го за роль ко­ло­рит­но­го за­мор­ско­го кон­тра­бан­ди­с­та из «Брил­ли­ан­то­вой ру­ки». В его ре­пер­ту­а­ре есть и жё­ст­кие, рез­кие ин­то­на­ции – не че­та ак­ку­рат­ной зна­мен­ской ри­то­ри­ке. Пыл­кий То­мин, как пра­ви­ло, по­на­ча­лу идёт по не­вер­но­му сле­ду, тем­пе­ра­мент­но от­ста­и­вая са­мую оче­вид­ную и оши­боч­ную вер­сию. За­то он – от­мен­ный фокс­те­рь­ер, не от­пу­с­ка­ю­щий до­бы­чу. Энер­гич­ный «гос­по­дин 10 000 вольт» с Пе­т­ров­ки. Лю­би­мый ат­трак­ци­он То­ми­на – это шер­лок­холм­сов­ское пе­ре­во­пло­ще­ние то в уго­лов­ни­ка, то в бо­га­то­го южа­ни­на. Вне­д­ре­ние в бан­ду, да и про­сто в кру­ги, ин­те­ре­су­ю­щие след­ст­вие – ко­нёк «Шу­ри­ка». Он и внеш­не по­хо­дил на одес­си­та или кав­каз­ца – осо­бен­но ког­да от­пу­с­тил усы – ко­ре­на­с­тый брю­нет, ко­то­рый ни ми­ну­ты не мо­жет без ли­хо­ра­доч­ной же­с­ти­ку­ля­ции. И изо­б­ра­жа­ли кав­каз­цев То­мин с Ка­нев­ским очень азарт­но. В филь­ме про не­у­ём­но рев­ни­во­го му­жа в То­ми­на стре­ля­ли. Это слу­чи­лось в ти­хом рай­цен­т­ре – Елов­ске. В со­сто­я­нии аф­фек­та, да ещё и по ошиб­ке – но зри­те­ли по­ду­ма­ли, что бра­вый ин­спек­тор убит. И, как лю­би­ли го­во­рить в те го­ды, «по­ш­ли пись­ма»: «Ес­ли не вер­нё­те То­ми­на – мы вы­бро­сим те­ле­ви­зор!».

«Да­моч­ка-экс­перт» (так на­звал её один из кли­ен­тов) в боль­шин­ст­ве сю­же­тов по­яв­ля­ет­ся ред­ко, да мет­ко. Про­чи­ты­вал­ся рас­чёт ав­то­ров –  зри­тель дол­жен был ох­нуть: «Да она же ум­нее всех муж­чин!». Бро­шен­ные ми­мо­хо­дом умо­за­клю­че­ния Ки­б­рит, как пра­ви­ло, при­во­ди­ли к клю­чу от за­гад­ки. А она по­бу­дет на эк­ра­не ми­нут­ку, со­рвёт па­ру вос­тор­жен­ных взгля­дов Шу­ри­ка с Пал Па­лы­чем – и уда­лит­ся в свою ла­бо­ра­то­рию скром­но, но с до­сто­ин­ст­вом. Что­бы сно­ва по­явить­ся в кри­ти­че­с­кий мо­мент, ког­да зна­то­ки на­чи­на­ют «мыс­лить кол­лек­тив­но». То­мин уха­жи­ва­ет за Ки­б­рит слиш­ком бур­но и на­по­каз – вид­но, что это при­ятель­ская иг­ра. За­то за бла­го­род­но­го Пал Па­лы­ча пуб­ли­ка Зи­ноч­ку охот­но сва­та­ла. Но, как со­об­щи­ла са­ма Ки­б­рит кра­са­ви­це-ма­ме Пал Па­лы­ча, ка­кой-то про­блеск был, но пе­ре­рос в хро­ни­че­с­кую друж­бу. И вот в од­ной из цвет­ных се­рий Зи­ноч­ка со­об­щи­ла дру­зь­ям, что вы­хо­дит за­муж, но и по­ки­дать со­юз зна­то­ков не на­ме­ре­на. Но­вость эта дру­зей оша­ра­ши­ла, но не­на­дол­го. 

Спа­ян­ная трой­ка спе­ци­а­ли­с­тов рас­кру­чи­ва­ла де­ла. А вот ад­во­ка­тов в след­ст­ви­ях зна­то­ков не бы­ло. Они ока­за­лись лиш­ни­ми в этом те­лем­ском аб­бат­ст­ве.

Ла­в­ро­вы по­ка­зы­ва­ют буд­ни Пе­т­ров­ки – без сен­са­ци­он­но­с­ти и ска­зоч­но­го ро­ман­тиз­ма в фа­бу­лах. За­то ед­ва ли не каж­дая се­рия ста­но­ви­лась со­ци­аль­ной, пуб­ли­ци­с­ти­че­с­кой зло­бо­днев­ной сен­са­ци­ей: у нас, ока­зы­ва­ет­ся, во­ру­ют в ма­га­зи­нах, на овощ­ных ба­зах и да­же на го­род­ской свал­ке; на фа­б­ри­ке вме­с­то ко­нь­я­ка про­пи­ты­ва­ют би­ск­вит стар­кой, а от ску­ки ино­гда да­же пы­та­ют­ся под­де­лы­вать ас­сиг­на­ции! Ай-яй-яй… В се­рии «Ушёл и не вер­нул­ся» ста­рый ча­сов­щик при­ду­мал уни­каль­ную ма­хи­на­цию: он за­ку­пал на фа­б­ри­ке де­шё­вую че­кан­ку, по­том в кол­хо­зе на­кле­и­вал на ин­ду­с­т­ри­аль­ную штам­пов­ку лей­б­лы не­су­ще­ст­ву­ю­щей ар­те­ли – и про­да­вал втри­до­ро­га, как из­де­лие на­род­ных умель­цев. Зри­те­ли жда­ли но­вых се­рий – ко­го на этот раз за­клей­мят Ла­в­ро­вы? И лю­би­ли се­ри­ал, по боль­шо­му счё­ту, за доз­во­лен­ную прав­ду-мат­ку. Им уда­ва­лось быть ак­ту­аль­ны­ми, как пе­ре­да­ча «Че­ло­век и за­кон», вплоть до эпи­ло­га гор­ба­чёв­ской пе­ре­ст­рой­ки, ког­да в се­рии «Ма­фия» сме­ша­лись в ку­чу ко­о­пе­ра­то­ры и нар­ко­ди­ле­ры в тол­пе, со­сто­я­щей из джин­со­вых ва­рё­нок и пласт­мас­со­вой би­жу­те­рии в сти­ле аго­ни­зи­ру­ю­ще­го дис­ко.

Не­ко­то­рые сю­же­ты ка­жут­ся обы­ден­ны­ми пу­с­тяч­ка­ми: вот клад­би­щен­ский ва­я­тель из-за де­вуш­ки дал по шее сту­ден­ту-ка­ва­ле­ру. Сту­дент ед­ва не стал ин­ва­ли­дом – и луч­ший сле­до­ва­тель Со­вет­ско­го Со­ю­за пол­то­ра ча­са эк­ран­но­го вре­ме­ни бьёт­ся над сви­де­те­лем, что­бы ре­шить всё по спра­вед­ли­во­с­ти. Че­ст­ное зна­мен­ское! А сви­де­тель ока­зал­ся стран­ным, ре­флек­ти­ру­ю­щим, ему не­лов­ко ре­шать судь­бу не­сдер­жан­но­го то­ва­ри­ща, ко­то­рый один раз, да ещё и без за­ма­ха, уда­рив че­ло­ве­ка, мо­жет на­дол­го уго­дить за ре­шёт­ку. Зна­мен­ский чув­ст­ву­ет, что у за­дум­чи­во­го сви­де­те­ля есть не­кие тай­ные мо­ти­вы – и ока­зы­ва­ет­ся прав. В фи­на­ле он при­хо­дит к Пал Па­лы­чу с при­зна­ни­ем: не­сколь­ко лет на­зад ны­неш­ний сви­де­тель сам на буль­ва­ре на­от­машь ото­ва­рил улич­но­го по­ве­су. Из-за де­вуш­ки. И сей­час он го­тов ид­ти за это в тюрь­му, по­то­му что не лю­бит быть долж­ни­ком ни пе­ред че­ло­ве­ком, ни пе­ред об­ще­ст­вом. Лю­бо­пыт­но, что эти­кет трид­ца­тых-со­ро­ко­вых го­дов пред­по­ла­гал ува­жи­тель­ное от­но­ше­ние к мор­до­бою: «Моск­ва бьёт с но­с­ка и сле­зам не ве­рит». Креп­кий удар вос­при­ни­мал­ся как па­тент на бла­го­на­ме­рен­ность, как знак на­сто­я­ще­го со­вет­ско­го че­ло­ве­ка – та­ко­го, как за­глав­ный ге­рой филь­ма «Алек­сандр Пар­хо­мен­ко». С раз­ви­ти­ем ин­тел­лек­ту­а­лиз­ма тя­жё­лая ру­ка ча­ще все­го ока­зы­ва­лась при­над­леж­но­с­тью ху­ли­ган­ст­ву­ю­щих эле­мен­тов. Ана­ло­гич­ная ме­та­мор­фо­за про­изо­ш­ла в от­но­ше­нии к дрес­си­ров­ке со­бак: в «Вы­со­кой на­гра­де» (1939) по­ри­ца­ет­ся ду­ров­ская дрес­си­ров­ка ла­с­кой и про­па­ган­ди­ру­ет­ся вос­пи­та­ние зло­с­ти и аг­рес­сии у слу­жеб­ных ов­ча­рок. В 60–70-е те­ма аг­рес­сии в рас­ска­зах о со­ба­ках не под­чёр­ки­ва­лась, пер­во­сте­пен­ны­ми ка­че­ст­ва­ми счи­та­лись вер­ность и до­б­ро­та («Ко мне, Мух­тар!», 1964, «Бе­лый Бим Чёр­ное Ухо», 1977, «По­гра­нич­ный пёс Алый», 1979). Ве­ге­та­ри­ан­ские вре­ме­на от­ри­ца­ли же­с­то­кость.

Или – ещё за­гад­ка для со­вет­ско­го Ме­г­рэ: не­кто пе­ре­шёл про­ез­жую часть в не­по­ло­жен­ном ме­с­те. Мо­ло­дой так­сист рез­ко по­вер­нул на мос­то­вую и за­да­вил че­ло­ве­ка… А граж­да­нин в шля­пе, тот зло­коз­нен­ный пе­ше­ход, ока­зы­ва­ет­ся впол­не со­лид­ным сов­на­чаль­ни­ком. Ко­неч­но, кон­то­ра по озе­ле­не­нию – не ми­ни­с­тер­ст­во и не главк, но вид у се­до­вла­со­го пе­ше­хо­да очень да­же но­мен­к­ла­тур­ный, на две­ри ка­би­не­та кра­су­ет­ся имен­ная таб­лич­ка, и ки­чит­ся он сво­ей не­за­ме­ни­мо­с­тью. Его на­про­па­лую вы­го­ра­жи­ва­ют под­чи­нён­ные, но Зна­мен­ский не­пре­кло­нен. Как в бас­не Ми­хал­ко­ва, за­рвав­ший­ся на­чаль­ник по­лу­ча­ет на­ка­за­ние, а оби­та­те­ли тес­ных ти­по­вых квар­тир по­сле про­смо­т­ра этой се­рии пре­бы­ва­ли в чув­ст­вах глу­бо­ко­го удов­ле­тво­ре­ния. При взгля­де на пол­ный свод зна­то­ков­ских дел сра­зу ощу­ща­ет­ся ус­та­нов­ка на до­ку­мен­та­лизм: здесь, как в би­о­гра­фии лю­бо­го сле­до­ва­те­ля, пре­об­ла­да­ют вро­де бы ря­до­вые сю­же­ты, в каж­дом из ко­то­рых есть лю­бо­пыт­ные по­во­ро­ты. Имен­но за прав­до­по­до­бие так лю­би­ли «Зна­то­ков» в МВД. Один раз слу­чай­но по­пал­ся шпи­он, в дру­гой раз – экс­цен­т­рич­ные мо­шен­ни­ки с под­дель­ным клей­мом Фа­бер­же, а так – и пред­на­ме­рен­ных убийств-то прак­ти­че­с­ки нет, сплош­ные при­пи­с­ки, взят­ки, ут­ру­с­ка, бы­то­вые скан­да­лы, уго­ны ма­шин, кра­жи со взло­мом.  Ав­то­ры не гна­лись за эф­фект­ны­ми при­клю­че­ни­я­ми.

«Зна­то­ки» – эн­цик­ло­пе­дия зре­лой по­лит­кор­рект­но­с­ти се­ми­де­ся­тых. Ма­лень­кий че­ло­век бу­дет за­щи­щён, а ос­ту­пив­ши­е­ся по­лу­чат от сле­до­ва­те­ля па­ру оте­че­с­ких со­ве­тов и ре­ко­мен­да­цию для тру­до­ус­т­рой­ст­ва. И в фи­на­ле ин­спек­тор То­мин крик­нет в те­ле­фон­ную труб­ку: «Как там у вас?.. И у нас то­же всё в по­ряд­ке!».

С вы­со­кой три­бу­ны Бреж­нев се­то­вал: «При­хо­дит­ся при­знать, что воз­мож­но­с­ти для вы­дви­же­ния жен­щин на от­вет­ст­вен­ные по­сты ре­а­ли­зу­ют­ся ещё не в пол­ной ме­ре. Та­кое по­ло­же­ние сле­ду­ет по­прав­лять». За­мет­ная да­ма-экс­перт в со­вет­ском ки­но­де­тек­ти­ве уже бы­ла: ге­ро­и­ня кра­са­ви­цы Та­ть­я­ны Пи­лец­кой из шля­ге­ра 1956 го­да «Де­ло № 306». Зи­на­и­да Янов­на Ки­б­рит ока­за­лась по­пу­ляр­нее пред­ше­ст­вен­ниц: как-ни­как она по­да­ри­ла слог сво­ей фа­ми­лии на­зва­нию се­ри­а­ла – а это уже ко мно­го­му обя­зы­ва­ет. Она не по­бо­ит­ся да­же хи­т­ро­го и дерз­ко­го аван­тю­ри­с­та, на­зван­но­го в ти­т­рах по при­зва­нию – Шан­та­жист (это­го опас­но­го пре­ступ­ни­ка сы­г­рал Ар­мен Джи­гар­ха­нян). Хо­тя од­наж­ды – в се­рии про Ди­но­за­в­ра – со­рвёт­ся на­зло фе­ми­ни­ст­кам, по­сы­пая го­ло­ву пеп­лом: «Это я во всём ви­но­ва­та. Всё-та­ки ба­ба есть ба­ба».

В бо­лее по­зд­них кар­ти­нах не­ред­ко ста­ви­лась за­да­ча про­сто по­ка­зать тот или иной ко­ло­рит­ный срез пре­ступ­но­го ми­ра – ма­хи­на­то­ров со свал­ки или мо­шен­ни­ков – кол­лек­ци­о­не­ров жи­во­пи­си и ан­тик­ва­ри­а­та – а ход след­ст­вия ос­та­вал­ся на вто­ром пла­не. В этих слу­ча­ях Зна­мен­ский да­же от­ст­ра­нял­ся от до­про­сов, пе­ре­да­вая браз­ды или су­рь­ёз­но­му пол­ков­ни­ку Ско­пи­ну (ак­тё­ры так и не до­го­во­ри­лись об уда­ре­нии в этой бо­яр­ской фа­ми­лии пол­ков­ни­ка!), ли­бо лег­ко­мыс­лен­но­му сле­до­ва­те­лю в крас­ной ру­баш­ке под ко­жа­ным пи­д­жа­ком. Под­час ре­ль­еф­ная кар­тин­ка из жиз­ни пре­ступ­ни­ков слиш­ком за­тме­ва­ла след­ст­вен­ную ин­три­гу. Уже к кон­цу се­ми­де­ся­тых у по­клон­ни­ков се­ри­а­ла сло­жи­лось впе­чат­ле­ние, что смо­т­реть его сто­ит из-за ко­ло­рит­ной га­ле­реи пре­ступ­ни­ков, ко­то­рых с на­слаж­де­ни­ем иг­ра­ли луч­шие на­ши ак­тё­ры. С бле­с­ком пред­ста­вить от­ри­ца­тель­ное оба­я­ние – слад­кая ко­в­риж­ка для ли­це­дея, а сы­г­рать без про­ва­ла иде­аль­но­го сле­до­ва­те­ля с транс­па­ран­та ку­да слож­нее. Тем цен­нее ра­бо­та Ге­ор­гия Мар­ты­ню­ка!

…В те же го­ды аме­ри­кан­цы ув­ле­чён­но сле­ди­ли за ра­бо­той по­ли­цей­ско­го лей­те­нан­та Ко­лом­бо – ка­ли­фор­ний­ца из от­де­ла убийств. Мно­гое род­нит Ко­лом­бо с со­вет­ски­ми кол­ле­га­ми. Он не­бо­гат. Ма­ши­на куп­ле­на од­наж­ды и на­всег­да (да и куп­ле­на, на­вер­ное, по­дер­жан­ной!), а в ди­а­ло­гах с силь­ны­ми и бо­га­ты­ми джентль­ме­на­ми, со­шед­ши­ми со стра­ниц «Таймс» и «Плей­боя», он по­сто­ян­но на­ме­ка­ет на раз­ни­цу в со­ци­аль­ном ста­ту­се. У не­го и бо­тин­ки за 10 дол­ла­ров, и в ре­с­пек­та­бель­ном ре­с­то­ра­не он не был ни­ког­да в жиз­ни… А бо­га­тые це­ни­те­ли пре­стиж­ных ма­рок, при всей утон­чён­но­с­ти их до­ро­го­сто­я­щих хоб­би, по­че­му-то из се­рии в се­рию ока­зы­ва­ют­ся пре­ступ­ни­ка­ми. А ещё го­во­рят, что это ис­клю­чи­тель­но сла­вян­ская чер­та – не­лю­бовь к бо­га­тым.

Оче­вид­но, что «ши­ро­кий зри­тель» са­мой ли­бе­раль­ной им­пе­рии ми­ра со зло­рад­ст­вом сле­дит за кра­ха­ми пре­ступ­ных пла­нов ло­щё­ных бо­га­чей и со­чув­ст­ву­ет про­сто­му зав­сег­да­таю де­шё­вых ба­ров, че­ло­ве­ку из боль­шин­ст­ва в ста­ром мя­том пла­ще. И кли­ен­ты зна­то­ков – обес­пе­чен­ные, упа­ко­ван­ные со­вет­ские бур­жуа из от­дель­ных квар­тир, с по­ло­же­ни­ем, с ко­нь­яч­ком и от­бив­ны­ми в ре­с­то­ра­не – к вос­тор­гу зри­те­ля, все как один по­срам­ле­ны бес­сре­б­ре­ни­ком Зна­мен­ским. Лю­бо­пыт­но, что и ве­сель­чак То­мин вся­кий раз гнев­но стре­ля­ет гла­за­ми, ког­да речь за­хо­дит о ка­ких-ли­бо ма­те­ри­аль­ных бо­гат­ст­вах, о де­фи­ци­те, о пре­стиж­ном шир­по­тре­бе: «Я раз­ре­шу вам взять с со­бой в ка­ме­ру не­множ­ко кол­ба­с­ки». За 50 ча­сов се­ри­а­ла не­про­сто най­ти хо­тя бы од­но­го ге­роя с при­зна­ка­ми ма­те­ри­аль­ной обес­пе­чен­но­с­ти, ко­то­рый не ока­зал­ся бы про­хин­де­ем. Ну, встре­тил­ся как-то Зна­мен­ско­му один со­лид­ный сви­де­тель, по­на­ча­лу по­ка­зав­ший­ся по­до­зри­тель­ным, а вы­яс­ни­лось, что – ака­де­мик. На всех же ос­таль­ных по­ло­жи­тель­ных ге­ро­ях яв­но ле­жит пе­чать су­ще­ст­во­ва­ния «от зар­пла­ты до зар­пла­ты». Это, меж­ду про­чим, имен­но зна­то­ков­ская ре­а­ли­с­ти­че­с­кая тен­ден­ция: в дру­гих со­вет­ских филь­мах той по­ры лю­би­ли по­ка­зы­вать за­жи­точ­ный ком­форт­ный быт че­ст­ных ус­пеш­ных тру­же­ни­ков. 

Са­мый пес­си­ми­с­тич­ный фильм о зна­то­ках – «До пер­во­го вы­ст­ре­ла» (там в фи­на­ле стре­ля­ют в де­вуш­ку-ми­ли­ци­о­не­ра) – се­го­дня вы­зы­ва­ет при­ступ но­с­таль­гии. Во­круг од­но­го пи­с­то­ле­та ТТ за­ва­ри­ва­ет­ся чуть ли не опе­ра­ция все­со­юз­но­го мас­шта­ба: пи­с­то­лет в пре­ступ­ных ру­ках – яв­ле­ние не­о­бы­чай­ное, и судь­бу зло­сча­ст­но­го ору­жия ар­хи­вы Пе­т­ров­ки про­сле­жи­ва­ют на про­тя­же­нии де­ся­ти­ле­тий. Ведь это очень опас­но и экс­тра­ор­ди­нар­но, ког­да уго­лов­ник во­ору­жён! Не то что каж­дый ствол, каж­дая фин­ка бы­ла у Зна­мен­ско­го с То­ми­ным на при­ме­те, а Ки­б­рит зна­ла на них лю­бую ца­ра­пин­ку…

Се­ми­де­ся­тые бы­ли, по­жа­луй, са­мым до­б­рым и бла­го­душ­ным вре­ме­нем в бур­ной ис­то­рии на­шей стра­ны. До­б­ро­му вре­ме­ни тре­бо­ва­лись до­б­рые сле­до­ва­те­ли – ис­по­вед­ни­ки,  ко­то­рые уме­ют про­буж­дать в сви­де­те­лях и по­до­зре­ва­е­мых «чув­ст­ва до­б­рые». Кто зна­ет, мо­жет быть, имен­но та­кие сле­до­ва­те­ли по­на­до­бят­ся в бли­жай­шее вре­мя – не за­в­т­ра, так по­сле­за­в­т­ра?


Арсений ЗАМОСТЬЯНОВ




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования