Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №46. 18.11.2011

ЛЁГКОЕ ДЫХАНИЕ ДРАМАТУРГИИ

 Он сжёг пред­ме­с­тья и по­ло­ви­ну жи­те­лей

свёл с ума ядо­ви­тым ды­мом.

Ев­ге­ний Шварц. Дра­кон.

 

«Пьес нет, те­атр умер, дра­ма­тур­ги ис­пи­са­лись». По­доб­но­го ро­да шаб­лон­ные «ахи-охи» не­ред­ко мож­но об­на­ру­жить в пе­ча­ти. Не в пе­ча­ти же мож­но ус­лы­шать и кое-что по­жёст­че. «Ахи­нея и пол­ный бред» – по­жа­луй, бу­дет са­мым сдер­жан­ным вы­ска­зы­ва­ни­ем в бло­гах по по­во­ду со­вре­мен­ной дра­ма­тур­гии. При­вер­жен­цы клас­си­че­с­кой шко­лы бу­дут ру­гать сек­тан­тов от те­че­ния «но­вой дра­мы», те в свою оче­редь – кос­ных, вы­жив­ших из ума «ста­ро­об­ряд­цев». И все бу­дут по­ка­зы­вать друг на дру­га вир­ту­аль­ны­ми пер­ста­ми.

Рис. Бориса ДЕМИНА
Рис. Бориса ДЕМИНА

Так есть пье­сы или всё-та­ки их нет? Про­ве­рить это не­слож­но. Зай­ди­те на сайт те­а­т­раль­ной биб­ли­о­те­ки Сер­гея Ефи­мо­ва («У па­ро­во­за»), и вы най­дё­те как «но­вую», так и «ста­рую» дра­ма­тур­гию ко­ли­че­ст­вом бо­лее 4 600 штук. Там бу­дет и на­бив­шая ос­ко­ми­ну клас­си­ка из жиз­ни мон­текк-ка­пул­ле­ти, и са­мо­быт­ная с пер­чи­ком «но­вин­ка» из жиз­ни мар­ги­на­лов; и рус­ские ав­то­ры, и им­порт­ный ва­ри­ант; и пье­сы, на­пи­сан­ные скуч­но и гра­мот­но, и пье­сы не без но­ва­ций в язы­ке – с гран­ди­оз­ным ко­ли­че­ст­вом оши­бок и сти­ли­с­ти­че­с­ких «ля­пов» (ноу-хау «но­вой дра­мы»). Ас­сор­ти­мент, как ви­ди­те, впе­чат­ля­ю­щий. Де­ло ос­та­лось за ма­лым – вы­брать под­хо­дя­щую пье­су из это­го раз­ва­ла и по­ста­вить спек­такль. Ес­ли уме­ст­но в дан­ном кон­тек­с­те срав­не­ние с про­дук­то­вым ма­га­зи­ном – ку­пить по­лу­фа­б­ри­кат, по­ста­вить в ми­к­ро­вол­нов­ку и ра­зо­греть ужин.

Вот с это­го и нач­ну. С ужи­на. От ко­то­ро­го тра­вит­ся лю­бой вме­ня­е­мый чи­та­тель, а впос­лед­ст­вии и зри­тель. Не­слож­но до­га­дать­ся, что про­бле­ма на са­мом де­ле не в пе­чи, а в ис­пор­чен­ном про­дук­те.

 

Итак, что же всё-та­ки пред­став­ля­ет пье­са с фор­маль­ной точ­ки зре­ния? Имен­но пье­са – а не со­мни­тель­ный по­лу­фа­б­ри­кат, ко­то­рый нам ак­тив­но пы­та­ют­ся впа­рить уш­лые ме­не­д­же­ры от «но­вой дра­мы».

 

Сра­зу за­ме­чу, я «все­яд­ный», по­это­му при­чис­лить ме­ня к то­му или ино­му «вку­со­во­му» ла­ге­рю не­воз­мож­но. Про­сто, как лю­бой по­ку­па­тель, ста­ра­юсь вы­брать ка­че­ст­вен­ный про­дукт, а не ис­пор­чен­ный. Ины­ми сло­ва­ми, я за здо­ро­вую и по­лез­ную пи­щу, а не саль­мо­нел­лёз с бо­ту­лиз­мом – что по­па­ло в рот не та­щу.

Так вот, по дан­ным ря­да сло­ва­рей, пье­са – это дра­ма­ти­че­с­кое про­из­ве­де­ние, со­здан­ное для по­ста­нов­ки ка­ко­го-ли­бо дей­ст­вия в те­а­т­ре. А «дра­ма» эти­мо­ло­ги­че­с­ки про­ис­хо­дит от гре­че­с­ко­го гла­го­ла «де­лать». То есть, ес­ли уж сов­сем на при­ми­тив­ном уров­не, пье­са – это ди­а­ло­ги (мо­но­ло­ги) плюс дей­ст­вие. Ес­те­ст­вен­но, в пье­се долж­ны быть ме­с­то дей­ст­вия, сю­жет, ха­рак­те­ры, кон­флик­ты, но, в от­ли­чие от дру­гих жа­н­ров, при опи­са­нии че­го-ли­бо в ней край­не не­же­ла­тель­ны ука­за­ния на круп­ные пла­ны, как в ки­но­сце­на­рии, и уж тем бо­лее на мыс­ли и пе­ре­жи­ва­ния ге­роя, что со­вер­шен­но нор­маль­но для по­ве­с­тей и ро­ма­нов. Де­ло в том, что в те­а­т­ре это всё не вид­но, по­это­му по­доб­ные ве­щи про­пи­сы­ва­ют­ся дра­ма­тур­гом че­рез кон­крет­ное дей­ст­вие, а не че­рез опи­са­ние про­цес­сов, про­ис­хо­дя­щих у ге­роя в слёз­ных же­ле­зах или ду­ше. Так ус­т­ро­е­на лю­бая пье­са. Гру­бо го­во­ря, «па­цан ска­зал, па­цан – сде­лал». Ка­за­лось бы, всё до­воль­но про­сто. Но по ни­же­при­ве­дён­ным тек­с­там ока­жет­ся, что не­ко­то­рые со­вре­мен­ные дра­ма­тур­ги и чле­ны жю­ри дра­ма­тур­ги­че­с­ких кон­кур­сов да­же не по­ни­ма­ют, что та­кое пье­са.

Сра­зу ого­во­рюсь, те­о­ре­ти­че­с­ки в са­мом спек­так­ле не­слож­но по­ка­зать и сле­зу, те­ку­щую по ще­ке, вы­ста­вив на сце­не эк­ран, мыс­ли ге­роя мож­но за­чи­тать и в ми­к­ро­фон, но это уже во­прос к ре­жис­су­ре и не­ред­ко к сце­ни­че­с­кой адап­та­ции тек­с­та. К при­ме­ру, от то­го, что на сце­не ста­вят «Ши­нель» или «Бра­ть­ев Ка­ра­ма­зо­вых», – са­ми про­из­ве­де­ния пье­са­ми не ста­но­вят­ся. А мы го­во­рим имен­но о пье­сах. Не толь­ко о со­дер­жа­нии, но и о фор­ме. Ког­да дра­ма­тург чёт­ко по­ни­ма­ет, «что» и «как» он пи­шет, а не на­бра­сы­ва­ет не­кий рых­лый «ки­но-про­за-пье­са-текст» и впос­лед­ст­вии от­да­ёт ре­жис­сё­ру рас­пе­чат­ки со сло­ва­ми: «даль­ше сам раз­би­рай­ся, а я умы­ваю ру­ки».

По су­ти, пье­са – это «ске­лет» бу­ду­щей по­ста­нов­ки. И цель у пье­сы, в от­ли­чие, ска­жем, от рас­ска­за, од­на – стать спек­так­лем, а не тек­с­том для чте­ния. По­это­му сам дра­ма­тург, ког­да пи­шет, дол­жен пред­став­лять пе­ред со­бой сце­ну. «Но­вые дра­ма­тур­ги», к со­жа­ле­нию, её ви­деть от­ка­зы­ва­ют­ся.

Они сле­пы. Они ты­чут­ся мор­доч­кой в свой текст, слов­но ку­тя­та в со­сцы дра­ма­тур­ги­че­с­кой двор­ня­ги, а по­том удив­ля­ют­ся, что се­рь­ёз­ный ре­жис­сёр бе­рёт их за шквар­ник и то­пит вме­с­те с тек­с­та­ми в те­а­т­раль­ном ко­лод­це.

 

За­ме­чу од­ну не­ма­ло­важ­ную де­таль. Та­лант­ли­вый ре­жис­сёр мо­жет из лю­бо­го по­сред­ст­вен­но­го про­из­ве­де­ния со­здать гран­ди­оз­ный спек­такль. По­это­му ска­жу сра­зу, речь пой­дёт не столь­ко о спек­так­лях, сколь­ко о пье­сах и дра­ма­тур­ги­че­с­ких (sic!) кон­кур­сах. О тек­с­тах и вла­де­нии фор­мой. Это очень важ­ный мо­мент ста­тьи.

 

По­то­му что кто-ни­будь мо­жет за­явить: «А мы хо­ди­ли на спек­такль в те­атр «Прак­ти­ка» и нам по­нра­ви­лось! Мы с де­воч­ка­ми хло­па­ли в ла­до­ши!» Ско­рее все­го, вы ап­ло­ди­ро­ва­ли не дра­ма­тур­гу, а – ре­жис­сё­ру. Это раз­ные ве­щи. Кста­ти го­во­ря, мож­но взять бле­с­тя­щие тек­с­ты Шек­с­пи­ра и так их на сце­не из­вра­тить, что Ла-Манш из бе­ре­гов вый­дет. От «Гам­ле­та» там толь­ко тень от­ца и ос­та­нет­ся. По­это­му да­вай­те не пу­тать. «Му­хи от­дель­но – кот­ле­ты от­дель­но». Кто из них кто, су­ди­те са­ми.

В ка­че­ст­ве при­ме­ров я вы­брал па­ру пьес из шорт-ли­с­та од­ной дра­ма­тур­ги­че­с­кой пре­мии. К со­жа­ле­нию, объ­ём ста­тьи не поз­во­ля­ет ра­зо­брать боль­ше «ше­де­в­ров», но уже по этим тек­с­там бу­дет по­нят­на об­щая тен­ден­ция, на­ме­тив­ша­я­ся в со­вре­мен­ной лже-дра­ма­тур­гии. Хо­чу об­ра­тить ва­ше вни­ма­ние, что обе пье­сы взя­ты мной с офи­ци­аль­но­го сай­та на­ци­о­наль­ной те­а­т­раль­ной пре­мии «Зо­ло­тая Ма­с­ка». Из че­го мож­но сде­лать впол­не ло­гич­ный вы­вод, что это не толь­ко не на­бро­с­ки и чер­но­ви­ки с оди­оз­ной «Про­за.ру», а го­то­вые пье­сы, бо­лее то­го – од­ни из луч­ших в со­вре­мен­ной дра­ма­тур­гии. Ска­жу сра­зу, по­сле их про­чте­ния я уяс­нил од­но: это «пье­сы-ре­во­лю­ции», «пье­сы-гим­ны», «пье­сы-ка­тар­си­сы». Вы это и са­ми ско­ро пой­мё­те.

Павел ПРЯЖКО
Павел ПРЯЖКО

Вот что пи­шет о всём твор­че­ст­ве од­но­го из «дра­ма­тур­гов» (поз­во­лю се­бе взять это сло­во в ка­выч­ки) те­а­т­раль­ный кри­тик – Па­вел Руд­нев:

«…Па­вел Пряж­ко смог из­ме­нить ход раз­ви­тия со­вре­мен­ной пье­сы в Рос­сии. Он по­вер­нул «но­вую дра­му» от дра­ма­тур­гии те­мы к дра­ма­тур­гии язы­ка, к дис­кус­сии во­круг строя со­вре­мен­ной пье­сы. Он сде­лал фор­му тек­с­та и язык пье­сы те­ма­ми для об­суж­де­ния… Па­вел Пряж­ко, преж­де все­го, ста­вит фор­маль­ные экс­пе­ри­мен­ты на тер­ри­то­рии дра­ма­тур­ги­че­с­ко­го пись­ма: он по су­ти пе­ре­во­ра­чи­ва­ет функ­цию ре­мар­ки… У Пряж­ко как у пи­са­те­ля фи­ло­ло­ги­че­с­кие и фи­ло­соф­ские ин­те­ре­сы. Он ув­ле­чён струк­ту­ра­лиз­мом и се­ми­оти­кой, куль­тур­фи­ло­соф­ски­ми те­че­ни­я­ми со­вре­мен­но­с­ти… У Пряж­ко ре­мар­ка – не про­сто часть ав­тор­ско­го тек­с­та, ат­мо­сфер­ная «под­сказ­ка» спек­так­лю, опыт «са­мо­ре­жис­су­ры». Это са­ма ткань те­а­т­раль­но­го пред­став­ле­ния… Это пре­вра­ща­ет пье­су Пряж­ко в ка­кой-то но­вый ви­ток рус­ско­го те­а­т­ра аб­сур­да… Про­ст­ран­ст­ва ре­мар­ки го­раз­до боль­ше, чем про­ст­ран­ст­ва тек­с­та. И это – не не­уме­ние дра­ма­тур­га по­ст­ро­ить ди­а­лог…» (Ли­те­ра­тур­но-фи­ло­соф­ский жур­нал «То­пос». Раз­дел: Ис­кус­ст­во. Но­вая дра­ма, № 10. Па­вел Пряж­ко. За­кры­тая дверь. 22.06.2010 г.).

 

Кра­си­вые штам­пы, прав­да? Во­об­ще, за что я люб­лю мно­гих кри­ти­ков, пи­шут они мно­го­слов­но и па­то­ко­об­раз­но, но по­сле про­чте­ния та­ко­го ро­да ста­тей ни­че­го, кро­ме гу­ла, в го­ло­ве не ос­та­ёт­ся. При­мер­но та­кое же ощу­ще­ние у ме­ня воз­ни­ка­ет по­сле фей­ер­вер­ка, вы­ст­ре­ла хло­пу­шек и про­чих шу­тих. Гром­ко, цве­та­с­то – но всё рас­па­да­ет­ся на эхо и бле­с­куч­ки в не­бе. Эта­кий пра­зд­ник, ко­то­рый все­гда с то­бой.

 

По­это­му пред­ла­гаю по­слу­шать не кри­ти­ков, а са­мо­го Пав­ла Пряж­ко. Вот что он ска­зал в од­ном ин­тер­вью: «Че­хов пло­хой дра­ма­тург – это со­вер­шен­но точ­но. У не­го один п****ж, это ли­те­ра­ту­ра. Но Шек­с­пир ещё ху­же» (га­зе­та «Зо­ло­тая Ма­с­ка», № 3, 13.04.2010 г.). Впе­чат­ля­ет, не прав­да ли? Не­мно­го на­по­ми­на­ет бас­ню про сло­на и мось­ку, но, с дру­гой сто­ро­ны, а как ещё пи­а­рить­ся в на­ше не­лёг­кое вре­мя? По­это­му, ска­жу че­ст­но, я ис­крен­не за­ин­те­ре­со­вал­ся этим «дра­ма­тур­гом», а по­сле про­чте­ния его «пьес» мо­мен­таль­но стал по­клон­ни­ком ав­то­ра. На­всег­да и бес­по­во­рот­но. По­это­му уса­жи­вай­тесь по­удоб­ней и при­го­товь­тесь оце­нить са­мо­быт­ность Че­хо­ва XXI ве­ка. Вот что он пи­шет в сво­их тек­с­тах.

Па­вел Пряж­ко. «Лёг­кое ды­ха­ние» (шорт-лист «Но­вая пье­са»–2010).

Сю­жет. Ис­то­рия про мо­ло­день­ких ле­с­би­я­но­чек. И это пра­виль­но, не о по­жи­лых же ге­те­ро­сек­су­аль­ных ин­же­не­рах пи­сать, в са­мом де­ле? Дей­ст­вие – не­кие бес­смыс­лен­ные ха­о­тич­ные те­ло­дви­же­ния на ули­це и в квар­ти­ре. Ди­а­ло­ги – бы­то­вые раз­го­во­ры ни о чём, в том чис­ле и с ге­те­ро­ори­ен­ти­ро­ван­ны­ми осо­бя­ми. Не­мно­го ма­тю­гов для соч­но­с­ти. Ес­те­ст­вен­но, а ка­кая со­вре­мен­ность без это­го? Всё. «Пье­са» за­кон­чи­лась, так и не на­чав­шись. Мож­но бы­ло 5 стра­ниц на­ка­тать, а мож­но 100. Пряж­ко ос­та­но­вил­ся на 33. Ис­сяк. Дай­те-ка от­га­даю, «дра­ма­тург» пы­тал­ся по­ка­зать тще­ту жиз­ни, уны­лость су­ще­ст­во­ва­ния и «бес­пер­спек­тив­няк». Убо­гий эк­зи­с­тен­ци­а­лизм, ины­ми сло­ва­ми. Я, прав­да, не­что по­доб­ное в том или ином ви­де где-то уже встре­чал, но так и не смог вспом­нить где. Та­кие сю­же­ты у ме­ня из па­мя­ти, к со­жа­ле­нию, бы­с­т­ро вы­ве­т­ри­ва­ют­ся. Вне за­ви­си­мо­с­ти – про «ге­те­ро» эти тек­с­ты или про «го­мо». Так что бу­дем про­сто счи­тать эту «пье­су» но­вым сло­вом в дра­ма­тур­гии, раз уж я та­кой за­быв­чи­вый.

Ре­мар­ки. А вот тут по­дроб­ней. Ина­че в пол­ной ме­ре не об­на­жит­ся вы­да­ю­щий­ся та­лант «дра­ма­тур­га». По­это­му сде­ла­ем до кон­ца за Пав­ла Руд­не­ва его ра­бо­ту, по­сколь­ку в ста­тье он при­вёл толь­ко од­ну ци­та­ту (при­чём ре­мар­ку) из всех «про­из­ве­де­ний» Пряж­ко – «…и ни о чём не ду­ма­ет» (что, в об­щем, вер­но, ес­ли го­во­рить о тек­с­тах ав­то­ра). По­ла­гаю, кри­тик про­сто не смог най­ти что-то по­до­ба­ю­щее для «струк­ту­ра­лиз­ма». Мне, прав­да, по­ка­за­лось, что в оцен­ках «пи­са­те­ля» он где-то слу­ка­вил, но с дру­гой сто­ро­ны в этой про­фес­сии та­кие ве­щи не воз­бра­ня­ют­ся. По­это­му не бу­дем су­дить кри­ти­ка стро­го. Един­ст­вен­ное, хо­чет­ся от­ме­тить, что Руд­нев о «Лёг­ком ды­ха­нии» во­об­ще по­че­му-то за­был, хо­тя кри­ти­че­с­кая ста­тья, по­вто­рюсь, от­но­сит­ся ко все­му твор­че­ст­ву «дра­ма­тур­га», имен­но по­это­му я без за­зре­ния со­ве­с­ти и при­во­жу из неё ци­та­ты, бо­лее то­го, счи­таю это впол­не уме­ст­ным, по­сколь­ку при­ве­дён­ные фра­зы в рав­ной сте­пе­ни мо­гут от­но­сить­ся к лю­бо­му «про­из­ве­де­нию» ав­то­ра. Уро­вень у «ше­де­в­ров» при­мер­но оди­на­ко­вый, раз­нит­ся толь­ко ко­ли­че­ст­во об­сцен­ной лек­си­ки. Итак. Па­вел Пряж­ко соб­ст­вен­ной пер­со­ной. На­бе­ри­те «лёг­кие ды­ха­ни­ем» и чи­тай­те. Ори­ги­наль­ный язык «про­из­ве­де­ния» – рус­ский. Вни­ма­ние – это ре­мар­ки:

«Ок­са­на из под ло­бья по­гля­ды­ва­ет на про­хо­дя­щих ми­мо лю­дей…/ Ка­жет­ся Оль­га все­гда за­ра­нее зна­ет, чем всё за­кон­чит­ся. А за­кон­чит­ся всё, не так как бы ей хо­те­лось, осо­бен­но хо­ро­шее, по­то­му что хо­ро­шее за­кан­чи­ва­ет­ся все­гда, но луч­ше бы оно не за­кан­чи­ва­лось, од­на­ко это не­воз­мож­но./ Оль­га на­бра­ла ко­рот­кую, по объ­ё­му слов эсэ­мэ­с­ку и су­нет со­то­вый в кар­ман джин­сов./ Ок­са­на чув­ст­ву­ет это не­удоб­ст­во, но про­дол­жа­ет си­деть./ Ок­са­на ду­ма­ет о том, что она всё-та­ки ле­с­би­ян­ка, но не та­кой че­ло­век ну­жен ей ря­дом./ Оль­га от­во­ра­чи­ва­ет­ся от Ок­са­ны, она со­би­ра­ет­ся по­тре­бить от­но­си­тель­но чи­с­тый воз­дух пар­ка... Ок­са­на воз­ду­хом сов­сем не на­слаж­да­ет­ся./ Ок­са­на вста­ёт со ска­мей­ки, она го­то­ва ухо­дить./ Ок­са­на справ­ля­ет­ся с воз­ник­шим не­га­ти­вом…(3 ра­за на 1 стр.)/ Оль­га сей­час не мо­жет уде­лить боль­ше чем уде­ля­ет вни­ма­ния Ок­са­не. Сей­час она не мо­жет вы­ле­зать из ко­жи, ей на­до по­спать./ Де­вуш­ка упи­ра­ет­ся ку­ла­ка­ми у грудь пар­ня./ Оль­га уми­ля­ет­ся с пар­ня и де­вуш­ки./ Оль­га де­ла­ет та­кую гри­ма­су, ти­па про­сти­те, но я по-дру­го­му ве­с­ти се­бя не мо­гу, это моя ра­бо­та, и од­но­вре­мен­но ещё ко­неч­но, она ис­пы­ты­ва­ет чув­ст­во ви­ны./ Ей хо­ро­шо, она сде­ла­ла хо­ро­шее де­ло./»

 

А вам хо­ро­шо от это­го «спа­ма из Ни­ге­рии»? Че­ст­но ска­жу, не знаю, ка­кие у Пав­ла Пряж­ко от­но­ше­ния с Ан­то­ном Пав­ло­ви­чем, ви­ди­мо, на­пря­жён­ные, но уве­рен в од­ном – Ильф и Пе­т­ров от тек­с­тов «дра­ма­тур­га» при­шли бы в вос­торг. Ска­жу боль­ше, ког­да я чи­таю по­доб­ные опу­сы, сра­зу вспо­ми­наю за­ме­ча­тель­ный ро­лик про «ад­скую бе­лоч­ку», про­гре­мев­ший на весь Ин­тер­нет: «Бу­ха­е­те? Тог­да я иду к вам!»

 

А те­перь вер­ни­тесь к ста­тье Пав­ла Руд­не­ва, по­свя­щён­ной твор­че­ст­ву Пряж­ко, и по­чув­ст­вуй­те раз­ни­цу меж­ду вор­ко­ва­ни­ем кри­ти­ка и при­ве­дён­ны­ми ци­та­та­ми. Кста­ти, очень мно­гие имен­но та­ким об­ра­зом «но­вую дра­му» на­хва­ли­ва­ют. Уму­д­ря­ют­ся най­ти в «про­из­ве­де­ни­ях» то, че­го в них ни­ког­да не бы­ло. Ведь глав­ное – это кри­ти­че­с­кий уро­жай. На ка­ких удо­б­ре­ни­ях он про­ра­с­та­ет – не суть важ­но. Всё им, кри­ти­кам, ро­са бо­жья – что «не­удоб­ст­во», что не­по­треб­ст­во. Ка­кие, к чёр­ту, «струк­ту­ра­лизм» с «се­ми­оти­кой»? Су­дя по тек­с­ту, Пряж­ко и слов-то та­ких не зна­ет.

Да это ров­ным счё­том та­кая же пье­са, как то, что вы сей­час ви­ди­те, – не ки­рил­ли­ца, а хи­ми­че­с­кие фор­му­лы, аз­бу­ка Мор­зе или шрифт Брай­ля. Это не пье­са, это не­кий за­пре­дель­но чу­до­вищ­ный на­бор букв, на ско­рую ру­ку на­би­тый в Во­рде, не вы­чи­тан­ный, не от­ре­дак­ти­ро­ван­ный и с мут­ных глаз вы­слан­ный на дра­ма­тур­ги­че­с­кий кон­курс. С мут­ных же глаз от­прав­лен­ный кем-то в шорт-лист. С та­ких же очей вы­став­лен­ный на сай­те «Зо­ло­той Ма­с­ки». Ес­ли и мож­но при­вя­зать этот текст к ка­кой-ни­будь фор­ме, то, ис­хо­дя из ко­ли­че­ст­ва ре­ма­рок и раз­ме­ра «про­из­ве­де­ния», – это уны­лая по­ве­с­туш­ка с ди­а­ло­га­ми. Раз­ни­ца лишь в том, что име­на «го­во­ря­щих го­лов» вы­не­се­ны в ле­вую сто­ро­ну, а реп­ли­ки – в пра­вую. Соб­ст­вен­но, тут и ком­мен­ти­ро­вать не­че­го, по­сколь­ку текст го­во­рит сам за се­бя. «Про­ст­ран­ст­ва ре­мар­ки го­раз­до боль­ше, чем про­ст­ран­ст­ва тек­с­та. И это – не не­уме­ние дра­ма­тур­га по­ст­ро­ить ди­а­лог…» – пи­шет кри­тик. Ра­зо­ча­рую Вас, ува­жа­е­мый Па­вел Руд­нев, это имен­но не­уме­ние. Со­гла­шусь в од­ном – бес­спор­но Пряж­ко «пе­ре­во­ра­чи­ва­ет функ­цию ре­мар­ки» и он «сде­лал фор­му тек­с­та и язык пье­сы те­ма­ми для об­суж­де­ния» – ина­че и быть не мог­ло. Бо­лее то­го, вы аб­со­лют­но вер­но под­ме­ти­ли – это «но­вый ви­ток рус­ско­го те­а­т­ра аб­сур­да», по­то­му что сам «пи­са­тель» так ду­ма­ет, так вы­ра­жа­ет свои мыс­ли на бу­ма­ге и так ви­дит по­сле­ду­ю­щее во­пло­ще­ние сво­е­го опу­са на сце­не. И ак­цен­ти­рую – это имен­но ре­мар­ки, а не реп­ли­ки. Да, мо­гут быть «ля­пы», пас­са­жи, не­точ­но­с­ти – все мы не иде­аль­ны, в кон­це кон­цов. Но у не­го весь текст та­кой. Все 33 стра­ни­цы. Сто­ит ли во­об­ще го­во­рить о гран­ди­оз­ном, про­сто за­шка­ли­ва­ю­щем, ко­ли­че­ст­ве оши­бок? В том чис­ле и в реп­ли­ках. Взгля­ни­те, к при­ме­ру, на син­так­сис:

«Оль­га. (улы­ба­ясь,)Ты мо­жешь ко­неч­но, ес­ли хо­чешь, но тут же по­лу­ча­ет­ся од­на ком­на­та сво­бод­ная вто­рая….ни­кто не по­ме­ша­ет нам там за­крыть­ся и пить ви­с­ки. Я от­крою фор­точ­ку, из­ви­ни я за­бы­ла ты ку­ришь?»

Вы уви­де­ли тут «дра­ма­тур­ги­че­с­кое пись­мо»? Мо­жет, «куль­тур­фи­ло­со­фию»? Мне слож­но ска­зать, ка­кие у «пи­са­те­ля» Пав­ла Пряж­ко «фи­ло­ло­ги­че­с­кие и фи­ло­соф­ские ин­те­ре­сы», но то, что «фор­маль­ный экс­пе­ри­мент» в тек­с­те при­сут­ст­ву­ет на все сто – бес­спор­но. А как вам пре­ле­ст­ные но­ва­ции в ре­мар­ках: «чув­ст­ву­ет это не­удоб­ст­во», «по­тре­бить от­но­си­тель­но чи­с­тый воз­дух»? Иди­те, по­треб­ляй­те «от­но­си­тель­но чи­с­тый воз­дух» на сце­не. По­ка­жи­те мне это в дей­ст­вии. По­бо­ри­тесь с «воз­ник­шим не­га­ти­вом». Как вам это «лёг­кое ды­ха­ние» – этот при­ступ аст­мы, эта ише­ми­че­с­кая бо­лезнь серд­ца? Ка­кая пье­са? Я не при­вёл и де­ся­той ча­с­ти всех пер­лов. Ни­ка­кая это не дра­ма­тур­гия, это да­же не про­за – это не­уд по рус­ско­му язы­ку и не­сдан­ный ЕГЭ. Не знаю, как у вас, но лич­но у ме­ня во­ло­сы вста­ли ды­бом при про­чте­нии это­го дра­ма­тур­ги­че­с­ко­го «ше­де­в­ра». И во­все не от его со­дер­жа­ния. Оно при­ми­тив­ное, как и сам текст. И не на­до ни­ко­го убеж­дать, что по­доб­ны­ми тек­с­та­ми Пряж­ко по­ка­зы­ва­ет «од­но­кле­точ­ность», убо­гость и ва­ку­ум на­шей жиз­ни. Он про­сто не уме­ет внят­но вы­ра­жать свои мыс­ли – вот и весь ва­ку­ум. Ме­ня боль­ше дру­гое по­ра­зи­ло – ка­ко­го ка­че­ст­ва тек­с­ты по­па­да­ют в шорт-ли­с­ты дра­ма­тур­ги­че­с­ких кон­кур­сов.

В кри­ти­че­с­кой ста­тье Па­вел Руд­нев за­ме­тил, что «Пряж­ко пи­шет мно­го». И вот что я на это за­ме­чу. Не пи­ши­те, Пряж­ко, мно­го. Не на­до. Ни мно­го, ни ма­ло. От­ка­жи­тесь от этой па­губ­ной при­выч­ки. И по­верь­те – «всем бу­дет хо­ро­шо, вы сде­ла­е­те хо­ро­шее де­ло».

Вы всё ещё мне не ве­ри­те? Тог­да зай­ди­те на сайт «Зо­ло­той Ма­с­ки». Там для всех при­го­тов­лен боль­шой сюр­приз. Толь­ко со­ве­тую по­спе­шить, а то опо­мнят­ся и от­ре­дак­ти­ру­ют или уда­лят файл.

Так ко­му же нуж­на та­кая «пье­сов­щи­на», спро­си­те вы? О, вы не по­ни­ма­е­те, ещё как нуж­на! По­то­му что те­че­ние «но­вой дра­мы» за­ме­ше­но на эпа­та­же и про­во­ка­ци­ях и ин­тен­сив­но по­до­гре­ва­ет­ся пре­ми­я­ми с гран­та­ми. По­это­му ка­че­ст­во тек­с­тов в этом си­ю­ми­нут­ном, но при­быль­ном про­цес­се не важ­но. Так что «пряж­ко­ве­а­да» для нас толь­ко на­чи­на­ет­ся. И да­ле­ко тут хо­дить не на­до.

В 2010 го­ду «чит­ка» по пье­се Пав­ла Пряж­ко «Жизнь уда­лась» (реж. Ми­ха­ил Уга­ров, Ма­рат Га­ца­лов) ста­ла од­ним из ла­у­ре­а­тов на фе­с­ти­ва­ле «Зо­ло­той Ма­с­ки». Прав­да, Па­вел Руд­нев в ста­тье о Пряж­ко лю­без­но на­рёк «чит­ку» спек­так­лем, но фо­то­гра­фии с «Зо­ло­той Ма­с­ки» го­во­рят об об­рат­ном – ак­тё­ры «Те­а­т­ра.doc», в ко­то­ром Ми­ха­ил Уга­ров так­же яв­ля­ет­ся и ху­д­ру­ком, дер­жат в ру­ках рас­пе­чат­ки с тек­с­том. Так вот, по­сколь­ку это бы­ла «чит­ка», а в ста­тье Руд­не­ва на­пи­са­но: «От­дель­ная те­ма в пье­се «Жизнь уда­лась» – жизнь ре­мар­ки», хо­чу по­ин­те­ре­со­вать­ся, бы­ли ли за­чи­та­ны вме­с­те с ку­цы­ми, «вер­ба­тим­ны­ми», реп­ли­ка­ми, со­сто­я­щи­ми на 70% из ма­та, та­кие пер­лы, как: «Ле­на ждёт, но ждать ей в пад­лу. Ря­дом сто­ит Ан­же­ла. Ей ждать не в пад­лу», «Ле­на.(воз­му­щён­но крив­ля­ет)…», «Ва­дим кон­ча­ет. Ле­на не кон­ча­ет во­об­ще ни­ког­да», «Ва­дим не об­ра­ща­ет вни­ма­ния, су­нет па­лец в рот, что­бы от­ку­сить но­готь» и т.п.? Ме­ня да­же не столь­ко са­ми ре­мар­ки ин­те­ре­су­ют, сколь­ко их сце­ни­че­с­кое во­пло­ще­ние. По­ка­жи­те мне на сце­не, к при­ме­ру, про­тя­жён­ную во вре­ме­ни сек­су­аль­ную про­бле­му Ле­ны. Как вам та­кая «ат­мо­сфер­ная «под­сказ­ка» спек­так­лю, опыт «са­мо­ре­жис­су­ры»?

 

Во­об­ще, хо­чет­ся толь­ко по­ра­до­вать­ся за те­атр. На­ко­нец-то у нас «чит­ки» ста­ли по­лу­чать на­гра­ды, ко­то­рые при­ня­то да­вать пол­но­цен­ным спек­так­лям. По­то­му что «чит­ки» к спек­так­лям име­ют та­кое же от­но­ше­ние, как чте­ние нот к – пе­нию, а ли­с­та­ние ме­ню – к по­гло­ще­нию пи­щи. Ду­маю, ни­ко­му не на­до объ­яс­нять, что это не спек­такль, а вид ре­пе­ти­ции бу­ду­щей по­ста­нов­ки? И ни­ка­кое это не «но­ва­тор­ст­во», это вам лю­бой сту­дент «Щу­ки» ска­жет. Вас про­сто в оче­ред­ной раз об­ма­ну­ли.

 

Вот та­кая «Зо­ло­тая Ма­с­ка», вот та­кой гип­со­вый сле­пок с мёрт­во­го ли­ца те­а­т­раль­ных пре­мий. Для пол­но­го «вит­ка рус­ско­го аб­сур­да» ос­та­лось толь­ко на­гра­дить «Ки­но без плён­ки» ста­ту­эт­кой с «Ки­но­та­в­ра» и дать пре­мию «НОС» за ро­ман без букв. Что и го­во­рить, чуд­ны де­ла твои, Мель­по­ме­на-бес­пре­дель­щи­ца. Уди­ви­тель­ны. Толь­ко вот чу­де­са эти все на по­верх­но­с­ти, по­то­му что ад­ми­ни­с­т­ра­тив­но­му ре­сур­су «но­во­дра­мов­цев» мож­но по­за­ви­до­вать.

Ни­же­при­ве­дён­ная «ин­фор­ма­ция к раз­мы­ш­ле­нию» взя­та мной с офи­ци­аль­но­го сай­та Ми­ни­с­тер­ст­ва Куль­ту­ры РФ. Сто­рон­ни­кам На­валь­но­го, ду­маю, она бу­дет не­бе­зын­те­рес­на. При ми­ни­с­тер­ст­ве су­ще­ст­ву­ет кон­курс по под­держ­ке со­вре­мен­ной дра­ма­тур­гии, на ко­то­рый при­ни­ма­ют­ся за­яв­ки те­а­т­ров, вклю­чив­ших про­из­ве­де­ние в план по­ста­но­воч­ной ча­с­ти. По ито­гам кон­кур­са за­клю­ча­ют­ся до­го­во­ры с ав­то­ра­ми о при­об­ре­те­нии прав на по­ста­нов­ку пьес в те­а­т­ре-за­яви­те­ле (про то, де­лят­ся ли дра­ма­тур­ги с те­а­т­ра­ми по­лу­чен­ны­ми гран­та­ми, ин­фор­ма­ции, ес­те­ст­вен­но, нет и быть не мо­жет; но мы жи­вём в Рос­сии и с клас­си­кой хо­ро­шо зна­ко­мы). Так вот, в со­ста­ве экс­перт­но­го со­ве­та кон­кур­са 10 че­ло­век. А ми­ни­мум 5 из них по стран­но­му сте­че­нию об­сто­я­тельств в той или иной сте­пе­ни яв­ля­ют­ся по­клон­ни­ка­ми «но­вой дра­мы»: Еле­на Гре­ми­на (же­на Ми­ха­и­ла Уга­ро­ва), Па­вел Руд­нев, Еле­на Ко­валь­ская, Ро­ман Дол­жан­ский, Гри­го­рий За­слав­ский. О взгля­дах дру­гих мо­гу толь­ко до­га­ды­вать­ся. В спра­воч­ни­ке «Те­а­т­раль­ная Рос­сия» око­ло 1000 те­а­т­ров. А спи­сок из 14 по­бе­ди­те­лей за 2009 г. вы­гля­дит по­че­му-то так: «Те­атр.doc» (5), «Центр дра­ма­тур­гии и ре­жис­су­ры» (3), «Шко­ла со­вре­мен­ной пье­сы» (1), ос­таль­ные по­ш­ли в до­ве­сок. За 2010 год дан­ных на сай­те нет, а в 2011 го­ду на­блю­да­ет­ся чуть смяг­чён­ная «но­во­дра­мов­ская» кар­ти­на (ви­ди­мо, по­ня­ли, что слег­ка пе­ре­бор­щи­ли): «Центр дра­ма­тур­гии и ре­жис­су­ры» (2), НП «Ко­ля­да-Те­атр» (2), «Те­атр.doc» (1). И вот тут сто­ить от­ме­тить, что Еле­на Гре­ми­на яв­ля­ет­ся со­зда­те­лем и иде­о­ло­гом «Те­а­т­ра.doc», а Ми­ха­ил Уга­ров – как я пи­сал ра­нее, его ху­д­ру­ком и ре­жис­сё­ром (ин­фор­ма­ция с офи­ци­аль­но­го сай­та те­а­т­ра). Бо­лее то­го, с 2007 го­да Ми­ха­ил Уга­ров яв­ля­ет­ся чле­ном худ­со­ве­та «Цен­т­ра дра­ма­тур­гии и ре­жис­су­ры», в 2010 го­ду стал его пред­се­да­те­лем, а в ию­ле 2011 го­да на­зна­чен ху­д­ру­ком (дан­ные сай­та «ЦДР»). И тут я уже спро­шу пря­мо. Мо­жет, в ми­ни­с­тер­ст­ве по­ра ре­а­ги­ро­вать на это не­при­кры­тое ку­мов­ст­во, а не бес­связ­но ло­по­тать о борь­бе с кор­руп­ци­ей?.. Что же ка­са­ет­ся вы­дви­га­е­мых дра­ма­тур­гов, то по ним вы­шло при­мер­но сле­ду­ю­щее: из 28 по­бе­ди­те­лей (за 2 го­да) «но­во­дра­мов­ских» ав­то­ров – ми­ни­мум 20 (!) Сто­ит ли го­во­рить, что сре­ди них есть и сам Ми­ха­ил Уга­ров (его, ес­те­ст­вен­но, но­ми­ни­ро­вал «Центр дра­ма­тур­гии и ре­жис­су­ры») и… «пи­са­тель» Па­вел Пряж­ко (при­чём дваж­ды). Да та­ки­ми тем­па­ми наш «струк­ту­ра­лист» ско­ро во­об­ще «за­слу­жен­ным» ста­нет. О чём это го­во­рит, по­ми­мо «все­го про­че­го»? Ни­ка­кие это не «дис­си­ден­ты», ушед­шие в под­по­лье и под­ва­лы «Те­а­т­ра.doc.», ни­ка­кое это не про­ти­во­сто­я­ние «за­сто­яв­шей­ся» куль­ту­ре и «но­вое сло­во» в ней. Это, к со­жа­ле­нию, уже и есть куль­ту­ра. Вду­май­тесь толь­ко. Спек­так­ли и «чит­ки». Куль­ту­ра и Пряж­ко…

Ну а по­ка рас­пи­ли­ва­ют­ся «де­сер­ты», на аван­сце­ну вы­хо­дит но­вый «дра­ма­тург». Толь­ко с кош­ка­ми. Сра­зу пре­ду­преж­даю – лю­дям с не­урав­но­ве­шен­ной пси­хи­кой, бе­ре­мен­ным жен­щи­нам и де­тям до 14 лет чи­тать не ре­ко­мен­ду­ет­ся.

Юрий Клав­ди­ев. «Мо­но­те­ист» (шорт-лист «Но­вая пье­са»–2010).

Сю­жет. Сказ про са­та­ни­с­тов. Клад­би­ще, рез­ня, ли­т­ры ге­мо­гло­би­на. Ко­нец пред­ска­зу­ем с са­мо­го на­ча­ла – бу­дет го­ра тру­пов. В об­щем, дру­го­го фи­на­ла при та­кой «слож­ней­шей» дра­ма­тур­гии и быть не мог­ло. Ну а на­зва­ние «пье­сы», как вы по­ни­ма­е­те, име­ет та­кое же от­но­ше­ние к ве­ре в еди­но­го Бо­га, как ма­нь­як-ре­ци­ди­вист к со­ст­ра­да­нию.

Реп­ли­ки. Мат со сло­ва­ми для свя­зи.

«Мыс­ле-ре­мар­ки». От­ме­чу – да­лее пой­дут не ре­мар­ки и да­же не мо­но­лог, а во­об­ще мыс­ли ге­роя. Или что-то в этом ро­де. Та­ко­го пла­на «мыс­лей» в «пье­се» – 12. Раз­ных длин­нот и уров­ня на­ту­ра­лиз­ма. При­во­жу са­мый «неж­ный» ку­сок:

«Дзынь! Раз­би­лась бу­тыл­ка. И, по-мо­е­му, об­ла­ка по­бе­жа­ли чу­точ­ку бы­с­т­рее. И, по-мо­е­му, кот за­дёр­гал­ся, вы­рвал зад­нюю ла­пу и пыр­нул Трок­си ког­тя­ми в За­пя­с­тье. Я бе­ру стек­ло. Я ре­жу ко­та. Трок­си вы­са­сы­ва­ет кровь из ра­ны, при­жав тя­жё­лым ар­мей­ским бо­тин­ком ла­пу ко­та. Я ре­жу ко­та. Шерсть на­мо­ка­ет кро­вью, на­ру­жу ле­зет жир и вы­вер­ну­тая на­из­нан­ку ко­жа. Трок­си сно­ва бе­рёт ко­та за ла­пу и ло­ма­ет её. Я рап­лю­щи­ваю сво­бод­ной ру­кой пе­ред­ние ла­пы ко­та и мор­ду, дав­лю на че­лю­с­ти. Кот бе­ше­но дёр­га­ет­ся всем те­лом. Кот ды­мит­ся бо­лью. Кот ды­мит­ся кро­вью. Я ре­жу ко­та. Я ре­жу ко­та. Я ре­жу ко­та…»

Экая «кук­ла­чёв­щи­на» от дра­ма­тур­гии. Вы не на­хо­ди­те? Экая са­мо­быт­ная ша­ри­ков­щи­на. Пред­став­ляю, с ка­ким на­слаж­де­ни­ем Клав­ди­ев на­би­рал свою «пье­су». Аж за­хлё­бы­вал­ся. Так, на­вер­ное, так­си­дер­мист на­би­ва­ет чу­че­ло. Но де­ло тут на са­мом де­ле не толь­ко в ки­сах и со­дер­жа­нии.

 

Кста­ти, в от­ли­чие от Пряж­ко, Клав­ди­ев пи­шет до­воль­но гра­мот­но. Слу­чай­ные «рап­лю­щи­ва­ния» ско­рее от ку­ра­жа. Про­бле­ма в дру­гом. Клав­ди­ев не толь­ко жи­вот­ных не лю­бит – он ре­жис­сё­ров не­на­ви­дит. По­то­му что при­ве­дён­ный вы­ше текст к пье­се во­об­ще ни­ка­ко­го от­но­ше­ния не име­ет, это – про­за. А вся «пье­са» – ско­рее микс по­то­ка со­зна­ния с ки­но­сце­на­ри­ем. При­чём по­ток я здесь уви­дел, а со­зна­ние – нет.

 

Да режь­те вы хоть ко­шек, хоть ля­гу­шек пре­па­ри­руй­те, хоть жу­ков на бу­лав­ки на­ка­лы­вай­те – бу­ма­га всё стер­пит. Толь­ко не на­до ва­ши тек­с­ты за пье­сы вы­да­вать – на­учи­тесь для на­ча­ла го­то­вить ва­ших «ко­шек». Един­ст­вен­ное, хо­чу пре­до­сте­речь: ес­ли у вас «со­ба­чье серд­це», то ра­но или по­зд­но вы мо­же­те за­ла­ять, по­то­му что со­дер­жа­ние про­из­ве­де­ния ча­с­то го­во­рит о нрав­ст­вен­ном уров­не пи­шу­ще­го. «Вче­ра ко­тов ду­ши­ли, ду­ши­ли»…

По­дроб­нее же вот что хо­чет­ся ска­зать. То, что сле­пил Клав­ди­ев, – в том ви­де, в ка­ком он это пред­ла­га­ет ги­по­те­ти­че­с­ко­му те­а­т­раль­но­му ре­жис­сё­ру, – на сце­не (не в ки­но) край­не слож­но по­ста­вить по сле­ду­ю­щим при­чи­нам. Тут на­до ли­бо ре­зать жи­вую кош­ку, но тог­да из те­а­т­ра вый­дет 99% зри­те­лей, ли­бо про­из­во­дить ма­ни­пу­ля­ции с кук­лой и пу­с­кать из-за ку­лис прон­зи­тель­ное «мяу». А то и во­все за­чи­ты­вать текст. Но в этом слу­чае зри­тель как раз и не по­ве­рит в так на­зы­ва­е­мую «вер­ба­тим­ность», или до­ку­мен­таль­ность, уси­лен­но дек­ла­ри­ру­е­мую «но­вой дра­мой». То есть бу­дет под­дел­ка. Ложь. Ку­коль­ный те­атр. А по­доб­ных ку­с­ков, меж­ду про­чим, 12 на 23 стра­ни­цы «пье­сы». Есть и ещё один не­ма­ло­важ­ный ню­анс. Ес­ли дан­ную «пье­су» c на­тяж­кой мож­но рас­сма­т­ри­вать как не­кий экс­пе­ри­мент, то вот эс­те­ти­ка у Клав­ди­е­ва, со­гла­си­тесь, на боль­шо­го лю­би­те­ля. По­это­му не сто­ит удив­лять­ся то­му, что се­рь­ёз­ные те­а­т­ры, – а не раз­ные экс­пе­ри­мен­таль­ные ли­ли­пут­ские сту­дии, цен­т­ры и ла­бо­ра­то­рии, – с боль­шой не­о­хо­той бе­рут пье­сы «но­во­дра­мов­цев» к по­ста­нов­кам. Рас­пи­а­рить, как из­ве­ст­но, мож­но всё что угод­но. У нас и не та­кие мыль­ные пу­зы­ри раз­ду­ва­ли. Но вот как за­ста­вить зри­те­лей хо­дить в круп­ные те­а­т­ры на та­кую «пье­су», да ещё что­бы она не­сколь­ко се­зо­нов шла? Так что не на­до роп­тать и срав­ни­вать се­бя с Вам­пи­ло­вым («но­во­дра­мов­цы» это очень лю­бят), мол, его то­же в своё вре­мя не ста­ви­ли. Его не ста­ви­ли по дру­гим при­чи­нам – не ан­ти­са­ни­тар­ным, а цен­зур­ным. А сей­час их фак­ти­че­с­ки нет – ни цен­зу­ры, ни са­мо­цен­зу­ры, ни са­ни­та­рии. Но ска­жу ба­наль­ность: ког­да вы не­на­ви­ди­те сво­их ге­ро­ев, зри­те­лей и соб­ст­вен­ные тек­с­ты – те­атр бу­дет пла­тить вам той же мо­не­той.

Мож­но, ко­неч­но, с пе­ной у рта спо­рить о со­дер­жа­нии. На мой взгляд, та­кой спор бес­смыс­лен и все­гда субъ­ек­ти­вен. В кон­це кон­цов, эс­те­ти­ка у каж­до­го своя. Это во­прос при­ст­ра­с­тий и вку­са: од­ним нра­вят­ся лоб­сте­ры, дру­гим – зем­ля­ные чер­ви. Но вот фор­му ме­нять есть смысл толь­ко в том слу­чае, ес­ли это аб­со­лют­но точ­но экс­пе­ри­мент. А ког­да я и в тек­с­тах дру­гих «но­во­дра­мов­цев» сплошь и ря­дом на­ты­ка­юсь на та­кие а-ля син­кре­ти­че­с­кие «экс­пе­ри­мен­ты», то по­ни­маю: в боль­шин­ст­ве слу­ча­ев это идёт не от «пи­са­тель­ской пре­сы­щен­но­с­ти», а от не­уме­ния, не­зна­ния про­стей­ших пра­вил и азов дра­ма­тур­гии. Вы же не пу­та­е­те за обе­дом вил­ку с лож­кой? А не­о­бос­но­ван­ное ко­ли­че­ст­во про­за­и­че­с­ко­го тек­с­та в пье­сах как раз и под­тверж­да­ет, что ав­тор не уме­ет поль­зо­вать­ся «при­бо­ра­ми за сто­лом». Он хва­та­ет­ся за всё под­ряд и ис­поль­зу­ет эти «при­бо­ры» не по на­зна­че­нию. На­ка­лы­ва­ет на нож ры­би­ну, на­кло­ня­ет суп­ни­цу, хле­ба­ет из неё, вил­кой на­ма­зы­ва­ет мас­ло, ест ру­ка­ми. Всё это мо­ве­тон. Да, бы­ва­ют ис­клю­чи­тель­ные слу­чаи, ког­да дра­ма­тург не мо­жет уй­ти от ли­те­ра­тур­ной на­ход­ки, ка­ко­го-то уни­каль­но­го об­ра­за, ко­то­рый ре­жис­сё­ру в спек­так­ле ни­ког­да не при­го­дит­ся. Но не мо­жет быть про­зы це­лы­ми аб­за­ца­ми, ко­то­рые при по­ста­нов­ке ста­но­вят­ся про­сто бес­смыс­лен­ны­ми и их на­до бес­по­щад­но уда­лять из тек­с­та. Тог­да это – рас­сказ, по­весть, ро­ман. Но толь­ко не пье­са.

Та­кие ве­щи, кста­ти, очень хо­ро­шо по­ни­мал Ва­си­лий Шук­шин. «Энер­гич­ные лю­ди» не яв­ля­ет­ся пье­сой, пи­са­тель оха­рак­те­ри­зо­вал про­из­ве­де­ние как «са­ти­ри­че­с­кую по­весть для те­а­т­ра». Во­об­ще, при оби­лии ди­а­ло­гов в тек­с­те на сце­не мож­но по­ста­вить всё что угод­но, – и ки­но­сце­на­рий, и лю­бое про­за­и­че­с­кое про­из­ве­де­ние. Тут во­прос к ре­жис­сёр­ской сно­ров­ке и, к со­жа­ле­нию, не все­гда к та­лан­ту. Но ведь речь идёт о дра­ма­тур­ги­че­с­ких кон­кур­сах. О кон­кур­сах имен­но пьес, а не сце­ни­че­с­ких по­де­лок и пье­со-рас­ска­зов. В сре­де «ре­жис­сё­ров чи­ток» и «ав­то­ров мик­сов» (ес­ли не ска­зать ко­мик­сов, по­сколь­ку бо­лее ото­рван­ных от ре­аль­ной жиз­ни тек­с­тов чи­тать мне не при­хо­ди­лось) во­об­ще мод­но счи­тать, что пье­сой мо­жет быть лю­бой дра­ма­тур­ги­че­с­кий ма­те­ри­ал, ес­ли ав­тор про­сто на­звал его «пье­сой». Но тут поз­во­лю не со­гла­сить­ся, по­сколь­ку это оче­ред­ная под­ме­на по­ня­тий. В кон­це кон­цов, вы же не не­сё­те на по­эти­че­с­кий кон­курс сло­ва, со­бран­ные в ак­ку­рат­ный стол­бик, толь­ко по­то­му, что вы по­счи­та­ли его сти­хо­тво­ре­ни­ем? Ина­че по­лу­чит­ся, что кас­со­вый чек из про­дук­то­во­го ма­га­зи­на во­об­ще иде­аль­ный кон­кур­сант. Но, со­гла­си­тесь, ни к ям­бу, ни к гек­за­ме­т­ру этот стол­бик ни­ка­ко­го от­но­ше­ния не име­ет.

И тут очень к ме­с­ту бу­дет при­ве­с­ти ци­та­ту из ин­тер­вью с Ми­ха­и­лом Уга­ро­вым, по­сле ко­то­рой всё окон­ча­тель­но вста­ёт на свои ме­с­та: «Сколь­ко ни пи­шу пье­сы, от­ве­тить на во­прос, что та­кое пье­са, не мо­гу» («Пи­сать пье­сы – без­нрав­ст­вен­но». Свет­ла­на Но­ви­ко­ва. «Друж­ба на­ро­дов», 1999, № 2). Всё. Даль­ше мож­но не про­дол­жать.

Как вы по­ни­ма­е­те, при та­ком под­хо­де к пье­се «стар­ших то­ва­ри­щей», ос­таль­ных «но­во­дра­мов­цев» мож­но не ци­ти­ро­вать. По­то­му что всё это бу­дет ана­ло­гич­но пряж­ко-клав­ди­ев­ским опу­сам, вы­пол­нен­ным с той или иной сте­пе­нью «изящ­но­с­ти». Микс из про­зы, ки­но­сце­на­ри­ев, сце­ни­че­с­ких тек­с­тов. Трэш из от­се­бя­ти­ны, не­гра­мот­но­с­ти, пси­хо­зов. Эта­кое ко­ры­то, в ко­то­ром всё бу­дет гнить и пу­зы­рить­ся. И поч­ти в лю­бой «пье­се» вы обя­за­тель­но уп­рё­тесь в ка­кую-ни­будь па­то­ло­гию. При­чём слож­но ска­зать, ко­го – ге­ро­ев или са­мих «дра­ма­тур­гов». По­то­му что, как вы по­ни­ма­е­те, всё это вна­ча­ле в го­ло­ве по­яв­ля­ет­ся и толь­ко по­том пе­ре­но­сит­ся на бу­ма­гу.

Ну а ко­му ин­те­ре­сен бо­лее де­таль­ный раз­бор ос­таль­ных «пьес» с кон­кур­сов, на­сто­я­тель­но ре­ко­мен­дую по­се­тить блог в ЖЖ Алек­сея Би­то­ва и его кол­лег («Ли­те­ра­ту­ра, те­атр, са­ни­та­рия, ги­ги­е­на»). Но пре­ду­пре­жу сра­зу, там пре­мии не раз­да­ют, там все «сё­с­т­ры» весь­ма про­фес­си­о­наль­но по­лу­ча­ют «по серь­гам».

«Но ведь дра­ма­тур­ги­че­с­кие кон­кур­сы не толь­ко для «но­во­дра­мов­цев», – ска­же­те вы. – В них лю­бой мо­жет уча­ст­во­вать». А я ваc спро­шу: «Вы на­пи­са­ли что-то на­по­до­бие «Ва­лен­тин и Ва­лен­ти­на»?» Ну, тог­да по­смо­т­ри­те на ни­же­при­ве­дён­ные фа­ми­лии, а там уж са­ми до­га­да­е­тесь, что с ва­ши­ми «ва­лен­тин­ка­ми» сде­ла­ют. За­од­но по­ду­май­те, не со­вер­ши­ли ли вы «вер­баль­ную ошиб­ку», ска­зав «дра­ма­тур­ги­че­с­кие кон­кур­сы», по­сколь­ку всё это, по су­ти, один кон­курс, толь­ко под раз­ны­ми име­на­ми: «Де­бют», «Лю­би­мов­ка», «Ев­ра­зия», «Дей­ст­ву­ю­щие ли­ца», «Пре­мье­ра.txt», «Но­вая пье­са», «Тек­с­ту­ра» и т.п. За все­ми без ис­клю­че­ния – или в ка­че­ст­ве уч­ре­ди­те­лей, или в ка­че­ст­ве чле­нов жю­ри, или в ка­че­ст­ве арт-ди­рек­то­ров, или в ка­че­ст­ве «ри­де­ров», от­би­ра­ю­щих тек­с­ты, – бу­дут сто­ять адеп­ты «но­вой дра­мы». Их да­же нет смыс­ла всех пе­ре­чис­лять. По­име­ную лишь не­ко­то­рых: Ни­ко­лай Ко­ля­да, Ми­ха­ил Уга­ров, Еле­на Гре­ми­на, Эду­ард Бо­я­ков, Па­вел Руд­нев, Еле­на Ко­валь­ская, Али­са Ни­коль­ская, Кри­с­ти­на Мат­ви­ен­ко, Вла­ди­мир За­ба­лу­ев, Алек­сей Зен­зи­нов.

 

Сто­ит ли по­сле это­го го­во­рить, что в шорт-ли­с­тах ря­да пре­мий бу­дут в ос­нов­ном «но­во­дра­мов­цы» и уче­ни­ки Ни­ко­лая Ко­ля­ды, а «Те­атр.doc» при под­держ­ке се­мей­ной ар­те­ли год за го­дом бу­дет пло­дить но­вых «пряж­ко»?

 

В за­клю­че­ние вот что хо­чет­ся до­ба­вить. Де­ло на са­мом де­ле не в мар­ги­на­лах и ма­те. Лич­но ме­ня это во­об­ще не сму­ща­ет. Ос­нов­ная про­бле­ма в том, что это очень пло­хо – «по-лю­до­ед­ски» – при­го­тов­ле­но. Ес­ли уб­рать мат, а пье­са при этом раз­ва­ли­ва­ет­ся, то и не бы­ло ни­ка­кой пье­сы; не­до­ста­точ­но ма­нь­я­ку в ру­ки те­сак вло­жить, на­до этот те­сак ещё дра­ма­тур­ги­че­с­ки за­то­чить. И нет та­ких по­ня­тий, как «ста­рая дра­ма» и «но­вая дра­ма». Есть про­фес­си­о­на­лизм и ка­че­ст­во, а есть – лю­би­тель­щи­на с про­сро­чен­ным про­дук­том, и за­ча­с­тую это да­же не «осе­т­ри­на вто­рой све­же­с­ти», а тух­лая киль­ка, вы­да­ва­е­мая за ба­лык.

И ког­да я на­ты­ка­юсь в кри­ти­че­с­ких ста­ть­ях и бло­гах на сло­ва «струк­ту­ра­лизм», «вер­ба­тим», «но­ва­тор­ст­во», а по­том от­кры­ваю бес­по­мощ­ные, без­гра­мот­ные тек­с­ты «дра­ма­тур­гов», то по­ни­маю – син­те­ти­че­с­ки­ми, не­жи­вы­ми, «дис­сер­та­ци­он­ны­ми» тер­ми­на­ми по­про­с­ту при­кры­ва­ют не­уме­ние и без­дар­ность. Так фи­го­вым ли­ст­ком при­кры­ва­ют срам. И, по-мо­е­му, дав­но при­шло вре­мя ска­зать од­ну важ­ную вещь. По­ка мы не на­учим­ся на­зы­вать всё сво­и­ми име­на­ми: «син­кре­тизм» – ка­шей, «гран­ты» – рас­пи­лом, «мейн-стрим» – дви­жу­хой, а «кре­а­тив­щи­ков» – гра­фо­ма­на­ми, путь у нас один: «Ку­шать по­да­но! Рас­чле­нён­ка, гос­по­да!»

Ко­ти­ков толь­ко жал­ко…

 

Глеб НАГОРНЫЙ


Глеб Юрь­е­вич Ко­б­рин (ли­те­ра­тур­ный псев­до­ним – Глеб На­гор­ный) ро­дил­ся 10 мая 1973 го­да в Виль­ню­се. Окон­чил юри­ди­че­с­кий фа­куль­тет Виль­нюс­ско­го уни­вер­си­те­та, эко­но­ми­че­с­кий фа­куль­тет Бал­тий­ско­го рус­ско­го ин­сти­ту­та, пси­хо­ло­ги­че­с­кий фа­куль­тет МГУ­КИ и фа­куль­тет «Ки­но­ре­жис­су­ры» ВГИК (ма­с­тер­ская М.М. Ху­ци­е­ва). Ад­во­кат. Ав­тор ро­ма­на «Флёр», пьес «Лайф-Лайф», «Са­лон ри­ту­аль­ных ус­луг», «Крас­ная мель­ни­ца» и сбор­ни­ка рас­ска­зов «День Го­ро­да».





Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования