Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №16. 20.04.2012

ДОКУМЕНТЫ ТОЖЕ ЛГУТ

Наши читатели хорошо знают имя Валентины Пашининой. Она много лет собирает материалы о Сергее Есенине. Как утверждают учёные из Института мировой литературы, её книги просто бесценны. Сегодня подвижница представляет свои новые разыскания как о Есенине, его друзьях и злопыхателях, так и о том времени, в котором творил великий поэт.

  

О Бу­ха­ри­не

 

Как сви­де­тель­ст­ву­ет по­след­няя же­на, Ан­на Ми­хай­лов­на Ла­ри­на-Бу­ха­ри­на, трав­ля Ни­ко­лая Ива­но­ви­ча Бу­ха­ри­на продолжа­лась с ав­гу­с­та 1936 го­да по фе­в­раль 1937 го­да.

За пол­го­да изо­ля­ции сте­пень нрав­ст­вен­но­го по­тря­се­ния бы­ла та­ко­ва, что на по­след­нем пар­тий­ном со­бра­нии, где Бу­ха­ри­на ис­клю­ча­ли из пар­тии, он уже не мог ни си­деть, ни сто­ять. Он ле­жал на по­лу, из­мож­дён­ный, ис­ст­ра­дав­ший­ся, без вся­ко­го же­ла­ния жить. Ни­кто не по­дал ему ру­ки, не ока­зал по­мо­щи и со­дей­ст­вия. Это бы­ло жал­кое зре­ли­ще. Дру­зья от не­го от­вер­ну­лись.

Ста­тьи оп­ро­вер­же­ния, ко­то­рые он пи­сал в эти ме­ся­цы, ни­кто не пе­ча­тал. Пы­тал­ся пись­мен­но объ­яс­нить­ся с дру­зь­я­ми, но те толь­ко от­ма­хи­ва­лись, на те­ле­фон­ные звон­ки не от­ве­ча­ли.

Ре­шил объ­я­вить го­ло­дов­ку, но в до­маш­ней изо­ля­ции ни­ко­му до не­го не бы­ло де­ла, и сво­ей го­ло­дов­кой он толь­ко из­во­дил мо­ло­дую же­ну.

За пол­го­да та­кой изо­щ­рён­ной пыт­ки, ког­да че­ло­век не аре­с­то­ван, не на­хо­дит­ся под след­ст­ви­ем, не си­дит в тюрь­ме, но из­гнан ото­всю­ду, Ни­ко­лай Бу­ха­рин был слом­лен. Ан­на Ми­хай­лов­на па­те­ти­че­с­ки вос­кли­ца­ет: «Га­зе­та со свя­тым на­зва­ни­ем «Прав­да» пе­ча­та­ет гнус­ней­шую ложь!» Стра­ст­ная, но стран­ная па­те­ти­ка. Ведь она сви­де­тель­ст­ву­ет про­тив Ни­ко­лая Ива­но­ви­ча Бу­ха­ри­на, ко­то­рый мно­го лет сто­ял во гла­ве цен­т­раль­ных пар­тий­ных ор­га­нов и вос­пи­ты­вал но­вую пле­я­ду пар­тий­ных жур­на­ли­с­тов. А в 1926–27 го­ды Бу­ха­рин сов­ме­ст­но с Со­снов­ским все пе­чат­ные сред­ст­ва на­пра­вил про­тив Есе­ни­на.

«Сколь­ко дур­но­го, гад­ко­го и глу­по­го пи­шет­ся о Сер­гее,– пи­са­ла Со­фья Тол­стая-Есе­ни­на 16 окт. 1926 г. Мак­си­му Горь­ко­му. – Пе­чать и ру­ко­во­дя­щая об­ще­ст­вен­ность под­ня­ла ди­кую трав­лю на имя и твор­че­ст­во мо­е­го му­жа».

А по­сле опуб­ли­ко­ва­ния Ник. Бу­ха­ри­ным ста­тьи «Злые за­мет­ки» Со­ня сно­ва на­пом­нит М.Горь­ко­му: «Вы един­ст­вен­ный че­ло­век, ко­то­рый мог бы сей­час ска­зать по-на­сто­я­ще­му, что­бы эти лю­ди при­шли в се­бя, а то они сов­сем взбе­си­лись. И всё это с лёг­кой ру­ки Со­снов­ско­го и Бу­ха­ри­на, Сер­гей уже стал «фа­ши­с­том» по от­зы­ву осо­бо ре­ти­вых».

Трав­ля ина­ко­мыс­ля­щих и лже­сви­де­тель­ст­во мог­ли сло­мить лю­бо­го боль­ше­ви­ка, да­же то­го, кто от­лич­но по­ни­мал, что в прес­се пе­ча­та­ют «оче­ред­ное изо­б­ре­те­ние ком­му­ни­с­ти­че­с­кой ре­жис­су­ры».

«Шум и треск, по­ды­ма­е­мый на­ши­ми ре­зо­лю­ци­я­ми, про­те­с­та­ми, воз­зва­ни­я­ми и дру­ги­ми изо­б­ре­те­ни­я­ми ком­му­ни­с­ти­че­с­кой ре­жис­су­ры, так ве­лик, что за­глу­ша­ет со­бой сто­ны и во­пли на­ших жертв и ра­зоб­ла­че­ния стран­ст­ву­ю­щих дон­ки­хо­тов по по­во­ду «мос­ков­ских па­ла­чей», – так на­пи­шет в пись­ме-ис­по­ве­ди Ник. Бу­ха­рин, где изоб­ли­ча­ет всю «дряб­лую ин­тел­ли­гент­скую сво­лочь, ко­то­рая на­хо­дит­ся под оба­я­ни­ем на­ших гром­ких ло­зун­гов». Но при­ме­ни­тель­но к се­бе не вы­дер­жал и сло­мал­ся.

 

А.К. Во­рон­ский

 

Ав­то­ри­тет тол­сто­го жур­на­ла «Крас­ная новь» и его ре­дак­то­ра Во­рон­ско­го был вы­сок. В ад­рес ре­дак­ции пи­са­ли мно­гие: «Хо­тим по­лу­чить от вас ав­то­ри­тет­ное сло­во, хо­тим слы­шать о при­чи­нах смер­ти Есе­ни­на».

Груп­па бе­ло­рус­ских пи­са­те­лей, воз­му­щён­ная опуб­ли­ко­ван­ной ста­ть­ёй Со­снов­ско­го «Раз­вен­чай­те ху­ли­ган­ст­во», на­пра­ви­ла в «Крас­ную новь» свой про­тест: «Под ма­с­кой раз­вен­чи­ва­ния ху­ли­ган­ст­ва вид­но же­ла­ние, ко­то­рое обу­ре­ва­ет мно­гих «пи­сак», лить и бро­сать все­воз­мож­ные от­бро­сы на ку­д­ря­вую го­ло­ву Есе­ни­на. Вы­ступ­ле­ние про­тив ху­ли­ган­ст­ва мы го­ря­чо при­вет­ст­ву­ем, но за­чем пят­нать имя по­эта лов­ко за­ма­с­ки­ро­ван­ной кле­ве­той, ни в ка­ком слу­чае не за­слу­жен­ной Есе­ни­ным? Все уси­лия цен­т­раль­ной прес­сы на­прав­ле­ны на то, что­бы пре­под­не­с­ти Есе­ни­на в дру­гом ка­че­ст­ве».

В ста­тье «Об ото­шед­шем» Алек­сандр Кон­стан­ти­но­вич от­ве­тил чи­та­те­лям: «Раз­да­ют­ся го­ло­са, что в смер­ти по­эта по­вин­ны не то ком­му­ни­с­ты, не то Со­вет­ская власть… По­вин­на эпо­ха, дух вре­ме­ни, но кто ос­ме­лит­ся бро­сить ка­мень в эту сто­ро­ну? У трак­то­ра сей­час в Рос­сии не мень­ше ис­то­ри­че­с­ких прав, чем у крас­но­гри­во­го же­ре­бён­ка».

Сов­сем не­дав­но это­го до­б­ро­по­ря­доч­но­го че­ло­ве­ка и че­ст­но­го ком­му­ни­с­та воз­му­ща­ла дву­руш­ни­че­с­кая по­зи­ция тех ре­дак­то­ров, ко­то­рые со­гла­ша­лись на дис­со­нан­сы в есе­нин­ском твор­че­ст­ве: «Пусть пи­шет не­ис­крен­но, но пусть пи­шет нуж­ные ве­щи». Алек­сандр Во­рон­ский не со­гла­шал­ся с та­кой по­зи­ци­ей, счи­тая это без­нрав­ст­вен­ным и амо­раль­ным, а че­рез год сам на­пи­шет ста­тью «Об ото­шед­шем», где нач­нёт­ся вся та кле­ве­та на Есе­ни­на, ко­то­рая длит­ся до на­сто­я­ще­го вре­ме­ни. Та­кой бы­ла боль­ше­вист­ская си­с­те­ма, она ло­ма­ла са­мых пре­дан­ных и стой­ких.

Ка­тя Есе­ни­на осу­ди­ла и всту­пи­тель­ную ста­тью Ев­до­ки­мо­ва, и ста­тью Во­рон­ско­го. В пись­ме Со­фье Тол­стой-Есе­ни­ной от 28 авг. 1928 г. пи­шет:

«Чьё бу­дет пре­дис­ло­вие и бу­дет ли вы­бро­ше­на из 4-го то­ма ев­до­ки­мов­ская бе­ли­бер­да? Я пред­ло­жи­ла бы вот что: что­бы не бы­ло пре­дис­ло­вий Во­рон­ско­го, а дать од­но хо­ро­шее пре­дис­ло­вие и во­об­ще очи­с­тить это пол­ное со­бра­ние ото вся­ко­го му­со­ра».

 

В. Эр­лих «Пра­во на песнь»

 

Вос­по­ми­на­ния Воль­фа Эр­ли­ха о Есе­ни­не, из­дан­ные в 1930 го­ду, вклю­ча­ют не­боль­шой фраг­мент «От ав­то­ра». Эр­лих за­га­доч­но пи­шет:

«По со­ве­с­ти, я дол­жен по­го­во­рить сей­час с тем, о ком я пи­шу. Вер­нее, я дол­жен по­про­сить у не­го про­ще­ния.

Но не за то, что я, чис­лясь его дру­гом, как у нас лю­бят го­во­рить, – не су­мел убе­речь его. Обе­ре­гать по­эта так же лег­ко, а глав­ное, так же ум­но, как обе­ре­гать сол­да­та или по­жар­но­го.

И да­же не за то, что до се­го вре­ме­ни я ни­че­го не сде­лал, что­бы па­мять о нём бы­ла до­стой­ней его и чи­ще, не­же­ли ны­не. Он ос­та­вил по­сле се­бя сти­хов всё-та­ки боль­ше, чем дру­зей, и в этом его бла­го.

Нет, я хо­чу по­про­сить у не­го про­ще­ния за то, что я, сле­дуя при­ме­ру ста­рей­ших, но не че­ст­ней­ших, пи­шу о нём та­кую кни­гу.

Я хо­чу, что­бы он про­стил мне то, что я про­дол­жаю по­да­вать ру­ки при встре­чах, по край­ней ме­ре, дво­им из его дру­зей-по­этов. Это зна­чит, что во мне не­до­ста­точ­но чув­ст­во его и сво­ей че­с­ти.

И на­ко­нец, пусть он про­стит мне на­и­боль­шую мою ви­ну пе­ред ним, ту, ко­то­рую он не знал, а я – знаю.

В за­клю­че­ние я хо­тел бы, что­бы он поз­во­лил мне по­свя­тить эту кни­гу па­мя­ти жен­щи­ны, быв­шей его на­и­луч­шим, ес­ли не един­ст­вен­ным дру­гом, па­мя­ти Га­ли­ны Ар­ту­ров­ны Бе­ни­слав­ской. Я ду­маю, что кни­га от это­го ста­нет луч­ше».

Долж­но быть, имен­но эти за­га­доч­ные стро­ки «От ав­то­ра» на­влек­ли на Эр­ли­ха даль­ней­шие не­при­ят­но­с­ти и при­ве­ли к ги­бе­ли. Не про­ща­ли че­кист­ские ор­га­ны ни­ка­ких на­мё­ков и та­ин­ст­вен­ных за­га­док, что ка­са­лось судь­бы Есенина.

 

А вот что написал Сандро Кусиков

 

Приглашая в Па­риж ан­г­лий­ско­го про­фес­со­ра-есе­ни­но­ве­да Гор­до­на Мак­вея, Алек­сандр Ку­си­ков пи­шет ему 11 дек. 1967 г.: «При­ез­жай­те! Я вас жду. Вы най­дё­те в мо­их ар­хи­вах то, что вам бу­дет нуж­но. 95% не­учей, без­дар­ных и не­из­беж­ных при­ли­те­ра­тур­ных ду­ра­ков уже вы­ска­за­лись в сво­их «вос­по­ми­на­ни­ях» и «на­уч­ных под­хо­дах». Это мас­со­вое тош­но­тво­ре­ние со­зда­ло все­рос­сий­скую «есе­нин­щи­ну». Как в своё вре­мя про­вин­ци­аль­ные гим­на­зи­с­ты и гим­на­зи­ст­ки… со­зда­ли «над­со­нов­щи­ну».

Че­рез 2 дня по­сле отъ­ез­да Мак­вея Ку­си­ков об­на­ру­жил, что пись­мо Есе­ни­на у не­го ук­ра­ли. «Этот до­ку­мент, кро­ме вас и мо­их во­ров, я ни­ко­му ни­ког­да не по­ка­зы­вал из-за его слиш­ком ан­ти­со­вет­ско­го со­дер­жа­ния за все 48 лет его су­ще­ст­во­ва­ния в мо­ём ар­хи­ве, счи­тая не­свое­вре­мен­но…» (при­меч. Г.Мак­вея: не 48 лет, а 45). Сан­д­ро Ку­си­ков по­до­зре­вал в кра­же тех двух дам, ко­то­рые «лю­без­но на­ста­и­ва­ли» по­мочь ему ра­зо­брать ли­те­ра­тур­ный ар­хив.

«При­шли. Но, ухо­дя, ук­ра­ли пись­мо Есе­ни­на ко мне – ис­по­ведь его ду­ши и мою ру­ко­пись, – этот ред­чай­ший и ог­ром­ный до­ку­мент… Моё здо­ро­вье очень по­шат­ну­лось. Я боль­ше об этом пи­сать не мо­гу… Они (во­ры) унич­то­жи­ли мою ра­бо­ту лет на 25–50…»

А.Б. Ку­си­ков умер в 1977 го­ду под Па­ри­жем. А в ок­тя­б­ре то­го же го­да на­след­ни­ки со­об­щи­ли Мак­вею, что пись­мо Есе­ни­на вновь най­де­но.

Как ви­дим, о пись­ме Есе­ни­на зна­ли уже тог­да, но ни­кто не ре­шал­ся его опуб­ли­ко­вать по при­чи­не «ан­ти­со­вет­ско­го со­дер­жа­ния», «счи­тая не­свое­вре­мен­но», и Мак­вей опуб­ли­ко­вал толь­ко в 1995 го­ду.

Ин­те­рес­но, по­че­му же ан­г­лий­ский учё­ный скры­вал этот факт так мно­го лет?

Бо­рис Со­ко­лов в кни­ге «Сер­гей Есе­нин. Крас­ная нить судь­бы» боль­шую часть кни­ги по­свя­тил, ко­неч­но, пьян­ст­ву Есе­ни­на, а за­кон­чил фра­зой, что и Шек­с­пир не при­ду­мал бы луч­ше: «К пьян­ст­ву Есе­ни­на по­буж­да­ло трез­вое от­но­ше­ние к со­вет­ской дей­ст­ви­тель­но­с­ти».

До­б­ро­же­ла­те­ли мно­го га­до­с­тей на­го­во­ри­ли и на­пи­са­ли в ад­рес Есе­ни­на: ло­жил­ся на рель­сы дач­но­го по­ез­да, в Па­ри­же ве­шал­ся в оте­ле на лю­с­т­ре, в Моск­ве пы­тал­ся вы­бро­сить­ся с пя­то­го эта­жа, вскры­вал се­бе ве­ны, пы­тал­ся за­ст­ре­лить­ся в квар­ти­ре Моск­ви­ных, но всех пе­ре­плю­ну­ла со­вре­мен­ная жур­на­ли­ст­ка Еле­на Ша­пош­ни­ко­ва в га­зе­те «Труд», 26 де­ка­б­ря 2006 го­да «уто­пи­ла» Есе­ни­на в ци­с­тер­не с неф­тью: «В Тби­ли­си он пы­тал­ся бро­сить­ся в Ку­ру, в Ба­ку на неф­тя­ных про­мыс­лах прыг­нул в ци­с­тер­ну с неф­тью».

Со­вре­мен­ни­ки Есе­ни­на бы­ли бо­лее ува­жи­тель­ны, хо­тя пи­са­ли «за­каз­ные» ме­му­а­ры, но пи­са­ли о де­ли­кат­но­с­ти, ще­д­ро­с­ти, по­ря­доч­но­с­ти Есе­ни­на, пи­са­ли ла­ко­нич­но. За­то на­ши со­вре­мен­ни­ки ни­чуть не це­ре­мо­нят­ся.

На­та­лья Бо­ри­сов­на Аля­ше­ва, ав­тор кни­ги «Асей­до­ра Дун­кан», пи­шет о Есе­ни­не, по­вто­ряя вра­ньё Ма­ри­ен­го­фа:

«Ал­ко­го­лик. Об­ре­чён­ный, бес­про­свет­ный, с днев­ным бре­дом, пе­ной на гу­бах, с гал­лю­ци­на­ци­я­ми, с за­тме­ни­ем со­зна­ния».

«Те­рял всё: и день­ги из кар­ма­на, и стыд из ду­ши, и по­след­не­го дру­га, и лю­би­мую жен­щи­ну, и шап­ку с го­ло­вы, и го­ло­ву в ка­ба­ке, – но толь­ко не сти­хи» (Н.Б. Аля­ше­ва. Асей­до­ра Дун­кан, изд. Урал, ЛТД).

Со­вре­мен­ни­ки пи­шут ува­жи­тель­но, по­то­му что лю­би­ли Есе­ни­на как по­эта и че­ло­ве­ка и до­ро­жи­ли сво­ей ре­пу­та­ци­ей. На­ши бес­пар­дон­ные со­вре­мен­ни­ки вы­ти­ра­ют но­ги, ни­чуть не за­ду­мы­ва­ясь, за­чем ос­тав­ля­ют по се­бе по­доб­ную грязь.

Ю.Про­ку­шев пи­шет: «Са­мое до­сад­ное и пе­чаль­ное и, ес­ли хо­ти­те, – ди­кое, что и в на­ше вре­мя не пе­ре­ве­лись эта­кие ма­лень­кие «со­вре­мен­ные со­снов­ские и бу­ха­ри­ны», та­кие же са­мо­уве­рен­ные и не­до­б­ро­со­ве­ст­ные в сво­их суж­де­ни­ях о Есе­ни­не».

Сек­со­тов, пи­шу­щих до­но­сы, пре­зи­ра­ют все. Но до­но­сы чи­та­ют толь­ко слу­жи­те­ли оп­ре­де­лён­ных ор­га­нов, и при­том все­гда под­вер­гая со­мне­нию на­пи­сан­ное. А ху­до­же­ст­ва Е.Ша­пош­ни­ко­вой и Н.Аля­ше­вой пред­наз­на­че­ны ты­ся­чам чи­та­те­лей. О та­ких жур­на­ли­с­тах (луч­ше ска­зать, жур­на­лю­гах) со­вре­мен­ни­ки Есе­ни­на пи­са­ли: «И рас­про­ст­ра­нять они уме­ют толь­ко сплет­ни и сквер­ный за­пах» (Н.Верж­биц­кий).

Од­ни на­гро­мож­да­ли от­кро­вен­ную ложь, дру­гие вир­ту­оз­но под­ме­ня­ли по­ня­тия. Эр­лих пи­шет: «В упо­мя­ну­тую Пер­сию он не по­ехал, хоть очень к это­му стре­мил­ся». Мож­но на­пи­сать так, а мож­но так, как бы­ло на са­мом де­ле:

«В Пер­сию его (Есе­ни­на) не пу­с­ти­ли».

Н.Верж­биц­кий: «Ко­неч­но, сме­нить об­раз жиз­ни Есе­ни­ну не уда­лось, слиш­ком не лю­бил он оди­но­че­ст­ва, что­бы за­крыть­ся от всех и ра­бо­тать».

А вот что пи­шет сам Есе­нин – Га­ли­не Бе­ни­слав­ской в этот пе­ри­од: «Гос­ти, гос­ти, гос­ти, хоть бы кто ме­ня спас от них. Глав­ное, ме­ша­ют ра­бо­тать». Та­кую об­ста­нов­ку на­роч­но со­зда­ва­ли во­круг по­эта.

К кон­цу ше­с­ти­де­ся­тых го­дов сло­жи­лось «об­ще­ст­вен­ное мне­ние» и «офи­ци­аль­ный взгляд» на Есе­ни­на, ко­то­рый учё­ные не то­ро­пят­ся пе­ре­сма­т­ри­вать.

Хо­тел то­го Есе­нин или нет, но его по­эзия раз­де­ли­ла, рас­ко­ло­ла и про­лет­куль­тов­цев, и пар­тий­ные ря­ды, да и пар­тий­ную эли­ту. Од­ни стре­ми­лись про­дол­жать ми­ро­вую ре­во­лю­цию, не счи­та­ясь ни с ка­ки­ми жерт­ва­ми:

 

Серд­ца еди­ной ве­рой спла­вим,

Пу­с­кай нас ма­ло – не бе­да!

Мы за со­бой ид­ти за­ста­вим

К би­чам при­вык­шие ста­да.

Че­го жа­леть ра­бов – сол­дат

С ду­шой бес­кры­лою и ку­цой,

Пусть гиб­нут сот­ня­ми, до­б­рят

По­ля гря­ду­щих ре­во­лю­ций.

(Вас. Кня­зев «Крас­ное еван­ге­лие»)

 

Дру­гие об­ра­ти­ли взор на воз­рож­де­ние стра­ны:

 

От­ку­да, при­ятель, пес­ня твоя:

«Гре­на­да, Гре­на­да, Гре­на­да моя»?

Ска­жи мне, Ук­рай­на,

и, Харь­ков, от­веть,

Дав­но ль по-ис­пан­ски

вы на­ча­ли петь?

(Мих. Свет­лов «Гре­на­да»)

«От­ку­да у пар­ня ис­пан­ская грусть?» И кто на­пел ему эти пес­ни? Ми­ха­ил Ар­ка­дь­е­вич Свет­лов то­же не со­от­вет­ст­во­вал ду­ху вре­ме­ни, долж­но быть, с тех са­мых вре­мён так и ос­та­вал­ся опаль­ным по­этом.

 

ДО­КУ­МЕН­ТЫ И ФАК­ТЫ

 

Шуб­ни­ко­ва-Гу­се­ва Н.И. – ве­ду­щий на­уч­ный со­труд­ник Ин­сти­ту­та ми­ро­вой ли­те­ра­ту­ры им. А.М. Горь­ко­го РАН, ру­ко­во­ди­тель Есе­нин­ской груп­пы, док­тор фи­ло­ло­ги­че­с­ких на­ук, пи­шет: «Имя Есе­ни­на ос­та­ёт­ся ис­точ­ни­ком ле­генд. Во­прос о ги­бе­ли Есе­ни­на встал с та­кой ос­т­ро­той, что учё­ные-есе­ни­но­ве­ды вы­нуж­де­ны бы­ли со­здать ко­мис­сию по рас­сле­до­ва­нию ги­бе­ли Есе­ни­на.

В 1989 го­ду бы­ла со­зда­на ко­мис­сия Есе­нин­ско­го ко­ми­те­та Со­ю­за пи­са­те­лей по вы­яс­не­нию об­сто­я­тельств смер­ти С.А. Есе­ни­на. Ко­мис­сию воз­глав­лял Ю.Л. Про­ку­шев. Про­де­лан­ная ею ра­бо­та не поз­во­ли­ла сде­лать вы­вод, что Есе­нин был убит»… И ещё один за­клю­чи­тель­ный итог: «Но вы­во­ды ко­мис­сии не удов­ле­тво­ри­ли не­ко­то­рых по­чи­та­те­лей Есе­ни­на».

Вот тут и вспо­ми­на­ют­ся сло­ва од­но­го из че­ст­ней­ших учё­ных и по­ря­доч­ных лю­дей Юрия Ты­ня­но­ва: «До­ку­мен­ты то­же лгут, прав­ди­вы толь­ко фак­ты».

В са­мый на­пря­жён­ный мо­мент Ве­ли­кой Оте­че­ст­вен­ной вой­ны, пе­ред Кур­ско-Ор­лов­ской бит­вой 1943 го­да гер­ман­ская прес­са опо­ве­с­ти­ла весь мир о зло­дей­ском пре­ступ­ле­нии НКВД в Ка­ты­ни. Не­мец­кая про­па­ган­да всё про­де­ла­ла в луч­шем ви­де, да­же в со­вет­ских се­к­рет­ных до­не­се­ни­ях (для вну­т­рен­не­го поль­зо­ва­ния) пи­са­ли: «Спи­с­ки опо­зна­ния, со­став­лен­ные нем­ца­ми вес­ной 1943 го­да во вре­мя экс­гу­ма­ции, по­ка­за­ли на­ли­чие пря­мых сов­па­де­ний, что яв­ля­ет­ся до­ка­за­тель­ст­вом вза­и­мо­свя­зи на­сту­пив­ших со­бы­тий».

Это же на­до при­ду­мать та­кой осо­бый «ка­ге­беш­ный» язык, вме­с­то то­го, что­бы че­ст­но ска­зать: «Про­сти­те нас, От­че!» Та­кой оди­но­кий го­лос по­ка­я­ния про­зву­чал во вре­мя служ­бы по по­во­ду пе­ре­за­хо­ро­не­ния ос­тан­ков рас­ст­ре­лян­ных в Ка­ты­ни.

А в 1944 го­ду, ког­да со­вет­ская ар­мия ос­во­бо­ди­ла Смо­ленск, бы­ла со­зда­на со­вет­ская ко­мис­сия по рас­сле­до­ва­нию рас­ст­ре­лян­ных по­ля­ков. Ко­мис­сию воз­гла­вил Н.Н. Бур­ден­ко. По­сле рас­сле­до­ва­ния Бур­ден­ко че­ст­но ска­зал, что со­став­лен­ный че­ки­с­та­ми акт под­пи­сы­вать не бу­дет. Ему от­ве­ти­ли: «Под­пи­ше­те вы, Ни­ко­лай Ни­ло­вич, акт или нет, не име­ет зна­че­ния, ва­ша под­пись сто­ять бу­дет». Бур­ден­ко под­пи­сал. Под­пи­сал и А.Н. Тол­стой и др. А Поль­шу ос­во­бо­ди­те­ли на­вод­ни­ли пач­ка­ми фаль­си­фи­ци­ро­ван­но­го за­клю­че­ния со­вет­ской ко­мис­сии о Ка­ты­ни.

Так и в Есе­нин­ском ко­ми­те­те. Че­ты­ре го­да изу­ча­ла ко­мис­сия до­ку­мен­ты, со­став­лен­ные че­ки­с­та­ми, и под­твер­ди­ла то, что бы­ло из­ве­ст­но из­на­чаль­но.

Под­пи­сал А.Ги­ля­рев­ский акт о при­чи­нах смер­ти Есе­ни­на или нет, его под­пись сто­ит под до­ку­мен­том, толь­ко сам су­деб­но-ме­ди­цин­ский экс­перт А.Г. Ги­ля­рев­ский ку­да-то бес­след­но ис­чез, судь­ба его не­из­ве­ст­на. А же­на бы­ла поз­же аре­с­то­ва­на и по­гиб­ла в ла­ге­рях, – так на­пи­сал про­фес­си­о­наль­ный сле­до­ва­тель пол­ков­ник ми­ли­ции Эду­ард Хлы­с­та­лов.

Та­ко­вы до­ку­мен­ты и та­ко­вы фак­ты.

Груп­па поль­ских учё­ных-кри­ми­на­ли­с­тов изу­чи­ла до­ку­мен­ты о смер­ти Есе­ни­на, его по­смерт­ные ма­с­ки и фо­то­гра­фии и про­ве­ла кри­ми­на­ли­с­ти­че­с­кие экс­пе­ри­мен­ты. Вы­во­ды, к ко­то­рым при­шли учё­ные, опуб­ли­ко­ва­ны в кни­ге «Кри­ми­на­ли­с­ти­че­с­кие экс­пе­ри­мен­ты и де­ло о смер­ти по­эта Сер­гея Есе­ни­на» (SZCZYTNO, 2009).

Гже­гош Ой­це­вич пи­шет:

Ре­зю­ме

Ос­нов­ной це­лью этой кни­ги яв­ля­ет­ся вы­яс­не­ние при­чи­ны ско­ро­по­с­тиж­ной кон­чи­ны Сер­гея Есе­ни­на (1895–1925), об­сто­я­тель­ст­ва смер­ти ко­то­ро­го вот уже бо­лее вось­ми де­ся­ти­ле­тий ос­та­ют­ся куль­тур­ной за­гад­кой и ис­точ­ни­ком ле­генд о пи­са­те­ле. Опи­ра­ясь на но­вей­шие по­зна­ния в об­ла­с­ти кри­ми­на­ли­с­ти­ки, ис­то­рии и ли­те­ра­ту­ры, а так­же на соб­ст­вен­ный опыт, ав­то­ры ана­ли­зи­ру­ют и про­ве­ря­ют до­сто­вер­ность все­го, что бы­ло ус­та­нов­ле­но ли­ца­ми, имев­ши­ми не­по­сред­ст­вен­ный кон­такт с те­лом Есе­ни­на на ме­с­те про­ис­ше­ст­вия и во вре­мя про­ве­де­ния вскры­тия. При рас­смо­т­ре­нии раз­лич­ных мне­ний на те­му не­о­жи­дан­ной кон­чи­ны по­эта об­на­ру­жи­лось мно­же­ст­во не­точ­но­с­тей и от­сут­ст­вие ло­ги­ки в офи­ци­аль­ных до­ку­мен­тах, свя­зан­ных с дан­ным де­лом. Воз­ник­шие но­вые ги­по­те­зы мо­гут в боль­шой сте­пе­ни из­ме­нить при­ня­тую вер­сию со­бы­тий, ко­то­рые про­изо­ш­ли в гос­ти­ни­це «Ан­г­ле­тер» с 27 на 28 де­ка­б­ря 1925 г. Все кри­ми­на­ли­с­ти­че­с­кие экс­пе­ри­мен­ты, про­ве­дён­ные ав­то­ра­ми для ус­та­нов­ле­ния ис­тин­ных об­сто­я­тельств смер­ти Сер­гея Есе­ни­на, од­но­знач­но под­твер­ди­ли те­зис об убий­ст­ве, а не са­мо­убий­ст­ве од­но­го из ве­ли­чай­ших рус­ских по­этов и по­ка­за­ли, что ос­нов­ную при­чи­ну де­кабрь­ской тра­ге­дии сле­ду­ет ис­кать в по­ли­ти­че­с­кой си­ту­а­ции то­го вре­ме­ни.

 

 

ЧЕР­ДАЧ­НЫЕ АР­ХИ­ВЫ

Все ве­ли­кие зло­де­я­ния оку­та­ны ве­ли­кой тай­ной.

 

В го­ды тер­ро­ра в Усть-Сы­соль­ске – так на­зы­вал­ся тог­да го­род Сык­тыв­кар – в чис­ле вось­ми рас­ст­ре­лян­ных боль­ше­ви­ка­ми зна­чил­ся Ле­о­нид Ле­нин.

Прой­ти ми­мо та­ко­го фак­та Аннa Сив­ко­ва – ве­ду­щий жур­на­лист га­зе­ты «Ре­с­пуб­ли­ка» – не мог­ла. На­чал­ся по­иск. Это же имя упо­ми­нал ме­ст­ный ис­то­рик-кра­е­вед А.Цем­бер. О рас­ст­ре­лян­ном в 1918 го­ду в сво­ём днев­ни­ке на­пи­сал: «У Ле­о­ни­да Ле­ни­на семь душ едо­ков. Со­вет­ская власть ли­ша­ет про­до­воль­ст­вен­но­го пай­ка, объ­яв­ляя вра­га­ми на­ро­да и тем са­мым об­ре­кая на ско­рую ги­бель».

Ма­ло кто и сей­час зна­ет о том, как Уль­я­нов стал Ле­ни­ным. Да­же близ­кие лю­ди, со­рат­ни­ки, не зна­ли это­го. Так, 15 мая 1923 го­да Ник. Бу­ха­рин и Алек­сандр Во­рон­ский объ­я­ви­ли в жур­на­ле «Про­жек­тор» кон­курс на те­му: «По­че­му В.Иль­ич на­зы­ва­ет­ся Ле­ни­ным».

Ле­нин об этом ни­ког­да не рас­ска­зы­вал, На­деж­да Круп­ская, к ко­то­рой об­ра­ща­лись с этим во­про­сом, уве­ря­ла, что то­же ни­ког­да Иль­и­ча не спра­ши­ва­ла. Но это бы­ло ло­жью. Имен­но Круп­ская со­дей­ст­во­ва­ла по­яв­ле­нию это­го псев­до­ни­ма.

На­деж­да Кон­стан­ти­нов­на ра­бо­та­ла в вос­крес­ной шко­ле для ра­бо­чих с Оль­гой Ни­ко­ла­ев­ной Ле­ни­ной. Ког­да умер её отец Ни­ко­лай Его­ро­вич Ле­нин, Круп­ская об­ра­ти­лась с прось­бой пе­ре­дать па­с­порт по­кой­но­го для Вла­ди­ми­ра Иль­и­ча. Вла­с­ти дол­гое вре­мя не да­ва­ли раз­ре­ше­ния на вы­езд за гра­ни­цу. Это бы­ло на ру­бе­же ХХ ве­ка. Вла­ди­мир Иль­ич вос­поль­зо­вал­ся чу­жим па­с­пор­том, в ко­то­ром ему из­ме­ни­ли толь­ко год рож­де­ния. К име­ни Ни­ко­лай Вла­ди­мир Иль­ич, вид­но, при­вык, и по­это­му дол­го и при со­вет­ской вла­с­ти под­пи­сы­вал до­ку­мен­ты и ста­тьи име­нем Ни­ко­лая.

A фа­ми­лию Ле­нин пре­док боль­шой се­мьи Иван По­сник по­лу­чил дей­ст­ви­тель­но по на­зва­нию си­бир­ской ре­ки. И по­лу­чил её как на­гра­ду, за стро­и­тель­ст­во кре­по­с­ти на ре­ке Ле­не бы­ли по­жа­ло­ва­ны ему дво­рян­ст­во и фа­ми­лия Ле­нин. По­том­ки с че­с­тью слу­жи­ли Оте­че­ст­ву. А при со­вет­ской вла­с­ти, «ус­т­ра­шив­шись за до­став­шу­ю­ся в на­след­ст­во гром­кую фа­ми­лию, не ре­ша­ясь ис­ку­шать судь­бу, фа­ми­лию из­ме­ни­ли. Те­перь они Лё­ни­ны, Ко­ло­со­вы, Во­ро­но­вы, По­по­вы» (Ис­то­ри­ко-кра­е­вед­че­с­кий вы­пуск га­зе­ты «Ре­с­пуб­ли­ка» «Дым Оте­че­ст­ва», Сык­тыв­кар, 1998–1999 г.).

 

«ЗА­БОТ­ЛИ­ВОЕ ПИСЬ­МО ВОЖ­ДЯ»

 

По­мощь го­ло­да­ю­щим в 1921 го­ду ор­га­ни­зо­ва­ли не боль­ше­ви­ки, а цер­ков­ные па­с­ты­ри. Об этом есть до­ку­мент па­т­ри­ар­ха Ти­хо­на. Имен­но по его ука­за­нию на­ча­ли цер­ков­ные слу­жи­те­ли сбор средств для го­ло­да­ю­щих. Боль­ше­ви­ки их ос­та­но­ви­ли, ска­зав, что са­ми на­кор­мят го­ло­да­ю­щих, и ве­ле­ли весь сбор сдать го­су­дар­ст­ву.

Тог­да боль­ше­ви­ки да­же не пред­по­ла­га­ли, что го­лод сви­реп­ст­во­вал в та­ких раз­ме­рах, что че­рез ме­сяц они уже не от­ка­зы­ва­лись от по­мо­щи церк­ви. Об­ра­ти­лись за по­мо­щью и к ин­тел­ли­ген­ции, но не са­ми, а че­рез Мак­си­ма Горь­ко­го. Сло­во Бу­ре­ве­ст­ни­ка тот­час бы­ло ус­лы­ша­но. Ин­тел­ли­ген­ты хоть и не лю­би­ли со­вет­скую власть, но по­мочь в бла­го­род­ном де­ле не от­ка­за­лись.

28 ию­ня М.Горь­кий внёс своё пред­ло­же­ние о со­зда­нии ко­мис­сии.

29 ию­ня оно бы­ло рас­смо­т­ре­но на по­лит­бю­ро.

12 ию­ля ут­вер­ди­ли груп­пу де­ле­га­тов от боль­ше­ви­ков и ин­тел­ли­ген­ции.

Со­би­ра­лись ча­с­то, но рас­пре­де­лять бы­ло не­че­го, и за­се­да­ния ко­мис­сии сво­ди­лись к раз­го­во­рам. И по­то­му вне­сли пред­ло­же­ние на­чать сбор средств за ру­бе­жом. А для вы­ез­да по­тре­бо­ва­лись со­от­вет­ст­ву­ю­щие до­ку­мен­ты.

От име­ни об­ще­ст­вен­но­с­ти Горь­кий че­рез Ка­ме­не­ва об­ра­тил­ся пись­мен­но к Ле­ни­ну. А 9 ав­гу­с­та Алек­сей Мак­си­мо­вич по­лу­чил то са­мое «за­бот­ли­вое» пись­мо, в ко­то­ром вождь со­ве­то­вал Горь­ко­му по­ехать по­ле­чить­ся, а чле­ны ко­мис­сии 26-го ав­гу­с­та бы­ли аре­с­то­ва­ны.

Вла­ди­слав Хо­да­се­вич жил в тот год у М.Горь­ко­го, всё про­ис­хо­ди­ло на его гла­зах. Вот его за­пи­си: «Ког­да вся об­ще­ст­вен­ность по рас­по­ря­же­нию Ле­ни­на бы­ла аре­с­то­ва­на и не аре­с­то­ван толь­ко «за­чин­щик», Мак­сим Горь­кий ска­зал Ка­ме­не­ву:

– Вы сде­ла­ли ме­ня про­во­ка­то­ром. Это­го со мной ещё не слу­ча­лось.

Вот тог­да и вос­поль­зо­вал­ся со­ве­том Ле­ни­на и осе­нью по­ки­нул со­вет­скую Рос­сию».

М.Горь­кий с при­вле­чён­ной ин­тел­ли­ген­ци­ей стал для боль­ше­ви­ков по­ме­хой. Тре­бо­ва­ние до­ку­мен­тов вы­ез­да за гра­ни­цу бы­ло в га­зе­тах объ­яв­ле­но как «про­ти­во­пра­ви­тель­ст­вен­ные ре­чи».

В том же го­ду М.Горь­кий пи­шет во Фран­цию ра­бо­чим о по­мо­щи го­ло­да­ю­щей Рос­сии: «По не­пре­клон­ной во­ле ис­то­рии рус­ские ра­бо­чие со­вер­ша­ют со­ци­аль­ный опыт, и го­лод гро­зит пре­рвать этот ве­ли­кий опыт…». Ра­зу­ме­ет­ся, за­вер­ше­ние «ве­ли­ко­го опы­та» про­ле­тар­ский пи­са­тель на­блю­дал из Ита­лии.

В очер­ке «Ле­нин» Мак­сим Горь­кий на­пи­шет о вож­де: «Сам поч­ти боль­ной, очень ус­та­лый, он пи­сал мне 28 ию­ня 21 го­да: «У Вас кро­во­хар­ка­нье, а вы не еде­те».

С тех пор этот ле­нин­ский до­ку­мент зна­чит­ся как «За­бот­ли­вое пись­мо вож­дя».


Валентина ПАШИНИНА




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования