Литературная Россия
       
Литературная Россия
Еженедельная газета писателей России
Редакция | Архив | Книги | Реклама |  КонкурсыЖить не по лжиКазачьему роду нет переводуЯ был бессмертен в каждом слове  | Наши мероприятияФоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Казачьему роду нет переводу»Фоторепортаж с церемонии награждения конкурса «Честь имею» | Журнал Мир Севера
     RSS  

Новости

17-04-2015
ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШИЗОФРЕНИЯ НА ЛИТЕРАТУРНОЙ ОСНОВЕ
В 2014 году привелось познакомиться с тем, как нынче проводится Всероссийская олимпиада по литературе, которой рулит НИЦ Высшая школа экономики..
17-04-2015
КАКУЮ ПАМЯТЬ ОСТАВИЛ В КОСТРОМЕ О СЕБЕ БЫВШИЙ ГУБЕРНАТОР СЛЮНЯЕВ–АЛБИН
Здравствуйте, Дмитрий Чёрный! Решил обратиться непосредственно к Вам, поскольку наши материалы в «ЛР» от 14 ноября минувшего года были сведены на одном развороте...
17-04-2015
ЮБИЛЕЙ НА БЕРЕГАХ НЕВЫ
60 лет журнал «Нева» омывает берега классического, пушкинского Санкт-Петербурга, доходя по бесчисленным каналам до всех точек на карте страны...

Архив : №08. 06.03.2015

ЖИЗНЬ САМА – ТАКАЯ БЫСТРАЯ ДОРОГА!..

Валентина СЛЯДНЕВА
Валентина СЛЯДНЕВА

 ДЕТИ ЗЕМЛИ

 

О, до чего ж мы бываем порой сиротливы!

Ночи бессонной молчание не донести…

Кажется, тянут к нам ветви плакучие ивы,

Кажется, шепчут осенние ветры: «Прости…»

 

Нынче поклонники мы звёздных р

ейсов и йоги,

Нас отнимают у нас у самих города.

Силимся мы улететь к небесам, а в итоге –

Дети Земли – остаёмся мы с ней навсегда.

 

Будет цветок завсегдатаем в наших хоромах,

Радости прошлой свидетель и новой беды…

Сумерки настежь раскрою и выйду из дома,

Сердцу послушная, зову далёкой звезды.

 

                     ***

 

Я, жизни суетность презрев,

Отбросив ваши стрелы с ядом,

Не стану звать Господень гнев

На вас…

                Мне этого не надо.

 

И славой я не дорожу,

И красотой былою, тленной,

И только Лире я служу,

Бессмертной Лире дерзновенной.

 

 

РОДНОЕ СЛОВО

 

Родное слово припеклось к губам,

И я его вовеки не предам.

 

Оно – в земле, у тополя в корнях,

В заветных думах, торопливых днях.

 

Судья – оно, слепой потатчик мой,

Везение моё и рок мой злой,

 

Родное слово – день и свет зари.

Ты пой его, шепчи и говори,

Храни его святыню за душой,

И станет она – чистой и большой.

 

                              ***

 

Ездили в кибитках, дрогли мы на дрогах

По донским, сибирским заспанным дорогам.

И клубились тучи в долгих далях хмурых,

За целковый кучер загонял каурых.

 

Только за целковый купленное время

Уходило скоро за туманный гребень.

…Нынче мы торопим поезда, трамваи,

Уложится в сроки всё ж – не успеваем.

 

Жизнь сама – такая быстрая дорога!

Мчим под облаками – под окном у Бога.

 

 

                      ***

 

Поколенье отцов не за страх,

А за совесть землёй становилось,

Чтоб Россия жила не впотьмах,

Не сдавалась

На чью-нибудь милость!

Всё, что будет и было допреж

У меня дорогого, святого, –

Это память о них –

Тот рубеж

Обозначили сердце и слово!

 

 

                             ***

 

Смотались в клубки и запутались тропки,

Связались в узлы заревые дороги.

В какие-то избы входила я робко,

И чьи-то с поминок везли меня дроги.

Но снова толпящийся зал ожиданий,

И галки на ветках, и лето, и осень…

 

И не позабыть ни одно из свиданий,

Тоску ни одну мне в дороге не бросить.

И мало мне счастья, и мало печали,

Трепещет сердечко – чему оно радо?

Хочу, чтобы вечно колёса стучали, –

И – ветер в лицо, пусть с дождём или градом!

 

 

                           ***

 

Ничего, ничего отойду как-нибудь

От удавки – тоски и кромешной обиды,

И упрёк заглушу, и к воротам не выйду –

Для случайных гостей моё время всё вышло.

И вдали пропадает невидимый путь.

 

Ничего, ничего, вновь гроза отгремит,

А зайдётся ль рыданьем опять – неизвестно.

Ей в пределах моих, может быть, стало тесно…

Я стою пред всем и земным, и небесным,

И опять что-то сердце щемит и щемит.

 

Ничего, ничего, ничего, что весна

Меня крылышком даже не зацепила,

Но какая-то держит на плаву меня сила,

Хоть давно уже я не умна, не красива,

И мне кажется только, что я в мире одна.

 

 

                        ***

                              Ю. Кузнецову

 

За краем великой дороги,

Когда все сомненья – к концу,

Ударюсь я в пыльные ноги

Седому, как лунь, мудрецу.

 

Он стёртые лапти покажет

И горб за согбенной спиной

«По силам живёт, – скажет, – каждый,

И нету дороги иной.

 

Не волей вселенского Бога,

Не милостью прочих владей

Ты жизнью своею… Тревога

Проснётся в тебе за людей,

 

За дерево, птицу и лошадь,

За землю живую в горсти…

По силам берёт каждый ношу,

Несёт, сколько может нести».

 

Сказал и пропал. А быть может,

То ветер кострище задул.

И что-то мне сердце тревожит…

Иль чует какую беду?

 

 

                        ***

 

Посижу в холодке я под вязами

У текучих, задумчивых вод...

Нас терзает любовь и обязанность

Пожесточе, чем плети господ.

 

И какое уж там вдохновение!

Вьют верёвки и этот и тот.

Даже хуже, чем солнца затмение, –

От усталости сомкнутый рот.

 

Только солнце скользнуло застенчиво

На ладошку уселось мою…

Ах, ужели я птица не певчая? –

Вот взлечу на сучок, запою.

 

ЖИЗНЬ МОЯ

 

Не синим туманом дали повиты –

Любовью моей.

И не ветвями склонилась ракита –

Печалью моей.

То не пшеницу полощет ветер –

Платье моё.

Нет, то не солнце так щедро светит –

Сердце моё.

Не хмелем июнь заплетает ограду –

Моею тоской.

И не вином наливается кисть винограда –

Моей слезой.

То не река разлилась половодьем

Во все края –

Древним сказанием где-то здесь бродит

Жизнь моя…

 

АЭРОДРОМ В БРАНДИСЕ

 

22 июня 1941 года с этого аэродрома

вылетели первые немецкие самолёты

бомбить советские города.

 

Со свастиками шли, виднелись еле

Те самолёты в чистой синеве,

Под гул и рёв смолкали колыбели

На Буге, на Днепре и на Неве.

 

С триумфом самолёты возвращались

И смертоносный груз несли туда,

Где не могли пока опомниться минчане,

Где погрузились в темень города.

 

И вот он, этот Брандис, предо мною!

Ухоженный, почти что как курорт…

А у меня от мысли сердце ноет:

Что он, видать, победами был горд.

 

В дубовой роще не щебечет птица.

Куда деваться ей от немоты?!

Земля тут красоты своей стыдится

И прячет в травах яркие цветы.

 

 

СОЛДАТЫ РОССИИ

 

Я надпись читаю. Поверить не смею –

Ни дня рожденья, ни смерти дат!

«Солдат Неизвестный» – бумагой заклею

И напишу я: «России Солдат».

 

Сиянием солнца просторы залиты,

На мраморных плитах – сухая хвоя,

Коснулась на миг ледяного гранита

Ладошка покуда живая моя.

 

Солдаты России, Солдаты России!

Вы – Слава Отчизны на все времена,

Ах, как же недолго, недолго носили

Вам данные матушками имена.

 

                   ***

 

Закурили, сняли шапки

У дощатого крыльца,

Зарумянились солдатки

От забытого словца.

 

Опрокинули вчерашний

Неподъёмный горький день,

Можно думать и про пашню,

И про сломанный плетень,

 

И про домик обветшалый,

И про лампу-светунец,

И про то, что на кошаре

И в помине нет овец.

 

…Можно, отыскав отвагу,

Ледяной покров сломав,

Возвратить, как твёрдость шагу,

Нежность – трепетным словам.

 

Мемориал - Братская могила советских воинов.
Мемориал - Братская могила советских воинов.

                          ***

 

Я – огненного времени птенец,

Опять над полем брани пролетаю

И вижу, как рассыпанную стаю

Подкашивает там и тут свинец.

Огонь разлучный гнёзда все спалил,

Обуглил птиц живое оперенье…

Господь, на что мне грустное прозрение? –

Но бог войны всегда неумолим.

 

О жизнь – всего прекрасного венец!

Победа мне была такой наградой.

Зачем же вновь круги земного ада,

Высвечивает память-светунец?!

 

Я – огненного времени птенец.

И, над землёю пролетая низко,

Где поднялись кресты и обелиски,

Вновь склёвываю жалящий свинец!

 

У БРАТСКОЙ МОГИЛЫ

 

Из двадцати тысяч советских солдат,

погибших в Берлине, пять тысяч

похоронены в Трептов-парке.

 

Высыпаю я горстку землицы,

Лист берёзы, слетая, кружит…

Пяти тысячам воинам снится

Незабытая мирная жизнь.

 

Шли последние в мае бои,

И, надеясь с бедой разминуться,

Те солдаты в посланиях своих

До сих пор обещают вернуться.

 

Не вернутся они, не придут,

К ветеркам, что теплынь разносили…

К Трептов-парку сегодня ведут

Все пять тысяч дорог из России.

 

«О ВОЙНЕ СТИХИ Я НЕ ПИШУ…»

 

О войне стихи я не пишу,

И в слова о смерти не играю –

А с бойцами в бой сама хожу

И не понарошку умираю.

 

Жизнь поит меня живой водой,

Радует весенним благовестом…

Я лежу под каждою звездой

И под каждым холмиком

Безвестным.

 

Зацветают каждый год цветы,

Каждый год снега в округе тают…

И стоят солдатские кресты,

А за ними Родина святая.


Валентина СЛЯДНЕВА




Поделитесь статьёй с друзьями:
Кузнецов Юрий Поликарпович. С ВОЙНЫ НАЧИНАЮСЬ… (Ко Дню Победы): стихотворения и поэмы Бубенин Виталий Дмитриевич. КРОВАВЫЙ СНЕГ ДАМАНСКОГО. События 1967–1969 гг. Игумнов Александр Петрович. ИМЯ ТВОЁ – СОЛДАТ: Рассказы Кузнецов Юрий Поликарпович. Тропы вечных тем: проза поэта Поколение Егора. Гражданская оборона, Постдайджест Live.txt Вячеслав Огрызко. Страна некомпетентных чинуш: Статьи и заметки последних лет. Михаил Андреев. Префект. Охота: Стихи. Проза. Критика. Я был бессмертен в каждом слове…: Поэзия. Публицистика. Критика. Составитель Роман Сенчин. Краснов Владислав Георгиевич.
«Новая Россия: от коммунизма к национальному
возрождению» Вячеслав Огрызко. Юрий Кузнецов – поэт концепций и образов: Биобиблиографический указатель Вячеслав Огрызко. Отечественные исследователи коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока Казачьему роду нет переводу: Проза. Публицистика. Стихи. Кузнецов Юрий Поликарпович. Стихотворения и поэмы. Том 5. ВСЁ О СЕНЧИНЕ. В лабиринте критики. Селькупская литература. Звать меня Кузнецов. Я один: Воспоминания. Статьи о творчестве. Оценки современников Вячеслав Огрызко. БЕССТЫЖАЯ ВЛАСТЬ, или Бунт против лизоблюдства: Статьи и заметки последних лет. Сергей Минин. Бильярды и гробы: сборник рассказов. Сергей Минин. Симулянты Дмитрий Чёрный. ХАО СТИ Лица и лики, том 1 Лица и лики, том 2 Цветы во льдах Честь имею: Сборник Иван Гобзев. Зона правды.Роман Иван Гобзев. Те, кого любят боги умирают молодыми.Повесть, рассказы Роман Сенчин. Тёплый год ледникового периода Вячеслав Огрызко. Дерзать или лизать Дитя хрущёвской оттепели. Предтеча «Литературной России»: документы, письма, воспоминания, оценки историков / Составитель Вячеслав Огрызко Ительменская литература Ульчская литература
Редакция | Архив | Книги | Реклама | Конкурсы



Яндекс цитирования